Всеобщая история великих путешествий и великих путешественников. Часть 1. Открытие Земли: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В 1298 г. между республиками Венецией и Генуей разгорелась междоусобная война. Генуэзский флот под начальством Лампи Дориа стал угрожать Венеции. Венецианцы поспешно снарядили свой флот под начальством адмирала Андреа Дандоло, который поручил Марко Поло командовать галерой.

В морском сражении 7 сентября 1298 г. венецианцы были разбиты генуэзцами, и Марко Поло, тяжело раненный, попал в плен. Победители, зная о путешествиях Поло, отнеслись к нему с уважением. Знатные генуэзцы охотно принимали пленника в своих домах, желая послушать удивительные истории. Они не уставали слушать знаменитого путешественника, но, в конце концов, тому надоело рассказывать. Чтобы дать возможность всем желающим познакомиться с его приключениями в стране великого хана, Марко Поло в 1298 г. продиктовал свой рассказ пизанцу Рустичано, с которым встретился в генуэзской тюрьме, где его держали в качестве заложника.

Около 1299 г. Марко Поло был отпущен на свободу, вернулся в Венецию и там женился. После этого его следы теряются. Из сохранившегося духовного завещания, помеченного 9 января 1323 г., известно только, что он оставил трех дочерей; биографы полагают, что Марко Поло умер около того же времени, семидесяти лет от роду.

Такова жизнь знаменитого путешественника, записки которого оказали громадное влияние на развитие географических знаний. До середины XVIII в. книгой Марко Поло, которая долгое время распространялась под заглавием «Книга чудес мира», пользовались для установления торговых путей в Индию, в Китай и в Центральную Азию. Но еще большую роль книге Марко Поло суждено было сыграть в истории открытия Нового Света, так как его рассказы о чудесных странах Востока, изобилующих сокровищами, побудили европейцев предпринять поиски морского пути в Индию и к берегам Китая.

Глава пятая

ИБН БАТТУТА (1304 — 1377)

Примерно через четверть века после возвращения Марко Поло на родину с 1313 по 1330 г. один францисканский монах пересек всю Азию, от Черного моря до восточных окраин Китая, проехав через Трабзон, гору Арарат, Вавилон и остров Ява. Но отчет о путешествии настолько запутан, а легковерие странника настолько очевидно, что его россказням не стоит придавать какого-либо значения. Было также путешествие сказочного Джона Мандевиля, о котором Кули говорит, что тот опубликовал «работу, настолько заполненную ложью, что другой подобной не существует ни на одном из известных языков».

Достойным последователем Марко Поло был арабский путешественник Ибн Баттута, который для исследования Египта, Аравии, Анатолии, Татарии, Индии, Китая, Бенгалии и Судана сделал так же много, как и венецианец для значительной части Центральной Азии. Этот предприимчивый и смелый путешественник должен занять место в ряду самых выдающихся исследователей.

Ибн Баттута (полное его имя Абу-Абдаллах-Мухаммед ибн Абдаллах аль-Лавати ат-Танджи) родился в 1304 г. в городе Танжере в Северной Африке. Получив богословское образование, Ибн Баттута в 1324 г. решил совершить паломничество в священный город арабов Мекку, но отправился туда не прямым путем. Из Танжера он отбыл в Египет, побывал в Александрии и Каире, поднялся вверх по Нилу до границ Нубии, а затем, вернувшись в Египет, переправился в Малую Азию. Посетив Газу, могилы Авраама, Исаака, Иакова, город Тир, тогда очень сильно укрепленный и неприступный с трех сторон, Тиверию, от которой остались только развалины, причем прославленные ее купальни были также разрушены полностью, Ибн Баттута был привлечен красотами Ливанских гор, где все тогдашние отшельники назначали друг другу свидания, разумно избрав эти чудесные края, одни из прекраснейших на земле, местом окончания своих бренных дней. Побывав в Баальбеке, путешественник подошел к Дамаску, но тогда, в 1345 г., в городе свирепствовала чума. Ужасная болезнь уносила за день до «двадцати четырех тысяч» человек, если верить словам очевидца, и Дамаск, без сомнения, по-настоящему; опустел бы без вмешательства небес, по словам Ибн Баттуты, уступившим мольбам народа, собравшегося в ту самую высокочтимую мечеть, в которой можно видеть драгоценный камень, хранящий отпечаток ступни Моисея.

Из Дамаска Ибн Баттута поспешил в Мешхед, где посетил гробницу арабского пророка Али. В Мешхеде собираются толпы больных и увечных, которым достаточно провести у гробницы одну ночь, чтобы исцелиться от своих недугов. Баттута, по-видимому, нисколько не сомневается в возможности этого чуда, носящего на Востоке название «ночь выздоровления».

После Мешхеда неутомимый и любознательный паломник отправился в Басру, затем в королевство Исфахан и в провинцию Шираз. Из Шираза он поехал в Багдад, Тебриз, оттуда — в Медину и, наконец, прибыл в Мекку, где оставался три года.

Во времена Ибн Баттуты, в эпоху расцвета владычества ислама, в Мекку стекались богомольцы с разных концов земли. С караваном паломников Ибн Баттута посетил все города Йемена. Добравшись до Адена, он отплыл в Зейлу, один из портов Абиссинии, и ступил на африканский берег. В стране берберийцев[67] путешественник познакомился с нравами и обычаями «этих грязных и отвратительных племен», питающихся только рыбой и верблюжьим мясом. Однако в городе Макдасбу Ибн Баттута встретил некоторую роскошь, мы бы даже сказали — комфорт, о котором он сохранил доброе воспоминание. Жители города были очень тучными: каждый из; них «ел столько же, сколько целый монастырь», и очень ценил лакомства — такие, например, как подорожник, кипяченный в молоке, засахаренный лимон, стручки свежего перца и зеленый имбирь.

Несколько познакомившись со страной берберов, причем в основном с прибрежными районами, Ибн Баттута переплыл Красное море и, следуя вдоль Аравийского берега, прибыл в город Зафар, лежащий на берегу Индийского океана. Здесь он встретил великолепную растительность: бетель[68], кокосовые пальмы и другие деревья образовывали роскошные леса. Продвигаясь все дальше и дальше, любознательный путешественник попал в Ормуз, объехал несколько персидских провинций, и в 1332 г. мы вторично застаем его в Мекке, куда он вернулся после трехлетних странствий.

Но это был только временный перерыв в путешествиях Ибн Баттуты. Вскоре он опять покинул Аравию. Пустившись исследовать малоизвестные страны Верхнего Египта, он направился к Каиру, оттуда — в Сирию, в Иерусалим, Триполи, Анатолию, где единоверцы оказали ему радушный прием.

Арабский путешественник рассказывает также и о Малой Азии. В Эрзуруме ему показали метеорит весом в 620 фунтов.

Переплыв Черное море, Ибн Баттута совершил путешествие по Крыму и добрался до города Болгар, лежавшего на берегах Камы, недалеко от Волги — на такой высокой широте, замечает путешественник, что стало очень заметно неравенство дня и ночи. Затем Ибн Баттута спустился к устью Волги и прибыл в Астрахань, где находилась зимняя резиденция татарского хана. В это время одна из жен хана собиралась навестить своего отца, константинопольского императора. Ибн Баттута не преминул воспользоваться оказией, чтобы посетить европейскую Турцию. Он добился разрешения присоединиться к свите. Жена хана отправилась в путь в сопровождении пяти тысяч человек. Прием, оказанный им в Константинополе, был великолепен: колокола гремели с такой неистовой силой, что, казалось, «даже горизонт колеблется от этого звона».

Ибн Баттуте была дана возможность подробно ознакомиться с городом, и он оставался в нем тридцать шесть дней.

Без сомнения, в эпоху, когда передвижения между различными странами были трудными и опасными, Ибн Баттута показал себя отважным исследователем. Он проехал через Египет, Аравию, азиатскую Турцию, кавказские провинции. После стольких трудов он получил право на отдых. Его слава была велика, и этим удовлетворился бы менее амбициозный ум. Ибн Баттута был, бесспорно, самым знаменитым путешественником XIV в.; но ненасытная страсть все еще влекла его в странствия, и круг его исследований должен был значительно разрастись.

Из Константинополя он возвратился в Астрахань. Отсюда, через бесплодные пустыни Туркестана, Ибн Баттута направился в Хорезм, а затем в Бухару, полуразрушенную после нашествия Чингисхана. Некоторое время спустя мы встречаем его в Самарканде, произведшем на него весьма благоприятное впечатление, а потом в Балхе, куда он мог попасть, только преодолев Хоросанскую пустыню. Город Балх был опустошен и разрушен, так как через него прошли полчища варваров, а потому Ибн Баттута не мог там задерживаться. Задумав вернуться на запад, на границу Афганистана, он должен был пробраться через гористую страну Хузистан. Мучительные трудности не остановили отважного араба. Не только терпение, но и удача помогли ему добраться до города Герата. Это был самый дальний пункт, достигнутый путешественником на западе. Отсюда он решил повернуть к востоку и продвигаться до крайних пределов Азии у берегов Тихого океана. Если бы ему это удалось, он превзошел бы своими исследованиями самого Марко Поло.

Следуя вдоль границы Афганистана, он достиг берегов Инда и отправился вниз по течению до устья реки. Побывав в городе Лахоре, путешественник направился в Дели. Это был большой и прекрасный город, жители которого почти все разбежались, напуганные жестокостями тамошнего властителя Мухаммеда.

Но иногда на этого тирана находили минуты великодушия. Арабский путешественник прибыл к нему в одну из таких счастливых минут и был принят весьма благосклонно. Тиран осыпал его милостями и назначил судьей в Дели, предоставив земли и денежные доходы, связанные с этой должностью. Вскоре, однако, тиран заподозрил Ибн Баттуту в заговоре. Чтобы избежать гнева императора, тот вынужден был оставить свою должность и сделался факиром. Но Мухаммед неожиданно сменил гнев на милость и назначил Ибн Баттуту посланником в Китай.

Итак, судьба еще раз улыбнулась мужественному путешественнику. Теперь он мог добраться до отдаленнейших стран при очень удобных и сравнительно безопасных условиях. В сопровождении двух тысяч всадников он повез подарки китайскому императору. Ибн Баттута никак не рассчитывал на встречу с повстанцами. Между тем индийцы напали на его конвой, а самого Ибн Баттуту дочиста ограбили и взяли в плен. Связанного по рукам и ногам, его увезли в неизвестном направлении. Однако он не потерял присутствия духа и, воспользовавшись первой возможностью, совершил смелый побег. Арабский путешественник скитался в течение семи дней, пока не встретил наконец одного негра, который привез его в Дели, ко двору императора.

Мухаммед, узнав о злоключениях Ибн Баттуты, снарядил новую экспедицию, которая на сей раз благополучно миновала мятежные области и достигла Малабарского берега. Через некоторое время Ибн Баттута вступил в Каликут. Здесь он оставался три месяца в ожидании благоприятного ветра. Этой невольной остановкой путешественник воспользовался для изучения морской торговли китайцев, посещавших город. Он с восхищением говорит о китайских джонках, о «плавучих садах», в которых китайцы выращивают имбирь и овощи и т. п.

Наконец задул попутный ветер. Для переезда Ибн Баттута выбрал маленькую, но уютно обустроенную джонку, на которой он приказал разместить свои богатства и свой багаж. Он также нанял 13 джонок и нагрузил на них подарки для китайского императора. Но разыгравшаяся ночью буря разбила все суда, и дары пошли на дно. По счастливой случайности сам Ибн Баттута находился в ту ночь на берегу, желая присутствовать на утреннем богослужении в мечети. Из всех богатств уцелел только один коврик, на котором он молился. После этой, второй, катастрофы Ибн Баттута уже больше не рискнул предстать пред властителем Дели.

Восстановить против себя и менее требовательного правителя поводов было достаточно.

Ибн Баттута покорился судьбе; он оставил службу при дворе императора и преимущества, связанные с его положением посланника, и отплыл на Мальдивские острова, которыми тогда правила женщина. Архипелаг этот был известен торговлей пальмовым волокном. Там арабский теолог вновь был облечен полномочиями судьи; он взял себе трех жен, но вскоре вынужден был бежать, поскольку навлек на себя гнев завистливого визиря. Он надеялся добраться до Коромандельского берега, но ветры отнесли его судно к острову Цейлон.

Здесь Ибн Баттута был принят с большим почетом и получил от султана разрешение подняться на священную гору Серендид, или Адамов пик. Ему хотелось увидеть на вершине горы чудесный отпечаток человеческой ноги, который, как утверждали индийцы, был оставлен на камне «стопою Будды» при его вознесении на небо. В своем сочинении Ибн Баттута говорит, что этот след имеет одиннадцать пядей в длину. Путешественник принимает на веру и другие легенды. Он сообщает, например, что значительную часть населения острова составляют большие бородатые обезьяны, которые подчиняются своему королю — павиану, увенчанному короной из древесных листьев.

С Цейлона Ибн Баттута все же добрался до Коромандельского берега, хоть и испытал в пути жестокие бури. Миновав южную оконечность полуострова Индостан, он достиг другой стороны берега, откуда опять пустился в море. На этот раз путешественника ожидало новое испытание: на его судно напали пираты. Дочиста ограбленный, в жалких лохмотьях, изнуренный от голода и лишений, он кое-как добрался до Каликута. Но никакое несчастье не могло сломить этого человека! Он принадлежал к числу тех великих путешественников, которые в испытаниях черпают лишь новую энергию. Благодаря помощи нескольких купцов из Дели он опять снарядился в дальний путь и отплыл к Мальдивским островам, откуда попал в Бенгалию, где его восхитили естественные богатства страны, и затем переправился на Суматру. Принятый с почетом местным королем, он воспользовался его щедротами, которые помогли собрать необходимые средства для поездки в Китай.

Джонка понесла арабского путешественника по «Тихому морю», и через семьдесят один день он достиг гавани «Каилук», столицы какой-то таинственной страны, где жители, «красивые и мужественные люди, выделывают превосходное оружие». Из Каилука Ибн Баттута проехал несколько китайских провинций и прежде всего посетил великолепный город Зейтун, по-видимому, нынешний Цюаньчжоу, расположенный чуть севернее Нанкина.

Ибн Баттута побывал во многих городах этой обширной империи, изучая обычаи китайцев, промышленность и торговлю. Правда, до Великой стены на севере Китая он так и не добрался, хотя упоминает о ней в своем сочинении, называя эту стену «препятствием Гога и Магога»[69]. Переходя из одного места в другое, арабский исследователь посетил, между прочим, провинцию Шэньси, включавшую в себя шесть укрепленных городов, и прожил там довольно долгое время. Случай дал ему возможность присутствовать на похоронах одного хана, который был погребен вместе с четырьмя рабами, шестью фаворитами и четырьмя лошадьми. Затем Ибн Баттута вернулся в Зейтун, но вспыхнувшее там восстание заставило его покинуть этот город. Он отплыл обратно на Суматру, откуда после остановок в Каликуте и Ормузе возвратился в 1348 г. в Мекку, объехав также Персию и Сирию.

В следующем году Ибн Баттута вернулся после двадцатипятилетних странствий в свой родной город Танжер, но не мог долго усидеть на одном месте. Через некоторое время его снова потянуло в дальние страны.

[67] Берберы — группа народов, составляющая коренное население Западной, и Северной Африки (Марокко, Алжира и Туниса). Кроме того, они населяли оазисы Сахары и Триполитании. Берберы являются потомками древнего населения Северной Африки — ливийцев. После арабского завоевания (VII в.) значительная часть берберских племен переняла арабские обычаи, культуру, религию (ислам), язык. Теперь берберами называют лишь те группы населения, которые сохранили свои берберские языки.

[68] Бетель — небольшой вьющийся кустарник из семейства перечных. Родина его — тропическая Азия. Пряные и острые на вкус, листья бетеля вместе с кусочками семян арековой пальмы и с небольшим количеством извести используются для жевания. Оказывает возбуждающее действие на нервную систему. При жевании бетеля происходит выделение слюны, которая, как и полость рта, окрашивается в кроваво-красный цвет. Зубы при жевании бетеля становятся черными.

[69] Гог и Магог — мифический народ, который Александр Македонский якобы запер железными воротами в горном ущелье Кавказа или Тянь-Шаня. Христианские проповедники утверждали, что в день Страшного суда ожидается их нашествие на Европу. На поиски Гога и Магога в раннее средневековье снаряжались экспедиции, а на картах и в географических описаниях они упоминались вплоть до XVII столетия.