– Я повел себя недостойно и… чересчур импульсивно…
– И не один раз, – подсказала Лана.
Василиск, задумавшись, согласился:
– Да. Учитывая твое происхождение, ты заслуживала большего уважения с моей стороны…
– То есть ты хочешь сказать, что, окажись на моем месте другая, ты бы своих решений не поменял?
Беар вновь задумался. Лана не знала, что лучше. Когда он выкрикивает фразы без промедления или когда стоит и взвешивает каждое слово.
– Вероятнее всего, окажись на твоем месте другая, она приняла бы мое предложение, не вынуждая меня прибегать к крайним мерам.
Алания возмущенно взмахнула руками. Опять василиск все свел к тому, что во всех бедах виновата она.
– Но да, – продолжил он. – Я не врал тебе до этого и хочу оставаться предельно честным сейчас. Мне очень важен этот брак. Не потому, что я этого хочу, а потому что это то, чего от меня требуют. Мой клан, моя семья. От этого зависит будущее моих близких. Поэтому – да. Если бы ради получения результата мне потребовалось поступить подобным образом с кем-то еще, я бы это сделал. Ибо не могу иначе.
– Все сказал? – поинтересовалась Лана, не понимая, почему до сих пор тратит свое время на то, чтобы слушать эти пьяные откровения.
– Нет. У меня есть долг перед кланом. Хочу я этого или нет, но отступить не могу. Мне нужно, чтобы ты стала моей женой, причем в самые кратчайшие сроки. Я понимаю, что это не твои проблемы. Но все-таки предложу сделку. Ты станешь моей женой…
– Нет.
– Ты станешь моей женой. Для клана. Я не буду требовать от тебя ничего, как от супруги. Можешь жить, как тебе угодно. И с кем угодно. – Беар задумался и быстро добавил: – Только не с фениксом.
Лана смотрела на василиска, пытаясь оценить, насколько Лиам не в себе. Айка предупреждала, что василиск может пойти на всякое, но чтобы на такое…
– Не навсегда. Полтора года. Потом будешь вольна поступать, как знаешь. Захочешь, я отпущу тебя, верну на Землю. Эти годы ты ни в чем не будешь нуждаться. А если ты согласишься стать матерью моих детей…
– А сразу нельзя было все это объяснить? – удивилась девушка, вздернув подбородок. – Прежде чем похищать, угрожать. Просто, по-человечески…
– Я был неправ. И прошу за это прощения. Ты согласна?
– Конечно! Это же совсем другое дело! – улыбнулась Алания.
Лицо Лиама вытянулось, губы медленно поползли вверх. Василиск выдохнул с облегчением, намереваясь сделать шаг в сторону эльфийки.
– Стоять! – Лана выставила перед собой ладонь, вынудив Лиама замереть на месте. – Ты совсем идиот? Или только притворяешься?
Василиск растерянно посмотрел на девушку.
– Видимо, все-таки первое… Решил, что можешь заявиться ко мне посреди ночи, вывалить по чужой подсказке свое королевское «прости» и начать давить на жалость? Мол, эльфийка добрая, все стерпит? Когда же ты поймешь – я ни за что не соглашусь связать свою жизнь с тобой. Ни на год, ни на неделю.
– Но…
– Не надо, Беар. Я понимаю все, что ты говорил про семью. Я сама никогда не предам своих родных и буду свято исполнять волю родителей. Но, как ты верно подметил, это – не мои проблемы. И не надо перекладывать их с больной головы на здоровую.
– Мы могли бы все начать сначала, – предложил Беар. – Узнать друг друга лучше, и тогда ты поймешь, что есть совершенно иные варианты развития событий. Что мне сделать, чтобы ты хотя бы попыталась?
– Оставь меня в покое.
– Не могу. Попроси что-то другое.
– Я ничего не буду у тебя просить. Убирайся с моего порога и дай спокойно поспать.
Беар стоял и уходить не собирался.
– Что еще?! – возмутилась Лана, понимая, что даже дверь закрыть не может. Василиск надежно удерживал створку своей ступней.