Мне даже почти стыдно стало. Почти. Я, всё-таки, кто? Ведьма? Ведьма! Тёмная? Тёмная. А мы, вообще-то, слывём злыми. Конечно, злыми слывут только страшные ведьмы, на лицо не вышедшие, но я эксклюзивная получилась. Вобрала в себя с рождения и злость, и красоту.
— Вальдемар-р-р-р-ра! — Взбешённый Рашрок не вписывался в мои планы прогуляться спокойно и мирно до общежития, поэтому, я припустила по тропинке раньше, чем он сообразил, что убегающих ведьм в принципе никто догнать не может.
Когда я засыпала в своей постели рядом с Чернышом, мурлыкающим колыбельную, почувствовала, что сознание вытягивают из тела, перенося куда-то совсем в другое место. Позднее, я поняла, что в голову кота, который вспоминал тот вечер, когда он подслушал разговор заказчика убийства императора и исполнителей.
— Идиоты! — Громкий крик заставил вздрогнуть и оступиться, шумно приземляясь на лапы в груду ненужного пыльного хлама. Сейчас я заметила, что в этом хламе валялись колбочки и травы, по запаху, пришедшие в негодность. Почему-то никто не обратил на посторонние звуки внимания, продолжая увлечённо ругаться.
— Какого чёрта вы в открытую напали на демона? Если он найдёт вас, то, клянусь, лично выпущу кишки. Такие тупоголовые шакалы мне и даром не нужны.
— Каркающий яростный голос показался смутно знакомым.
Кот выбрался из груды хлама и прокрался вперёд, благодаря своему окрасу оставаясь незамеченным. Половина чёрной морды высунулась из-за косяка, чтобы увидеть, как трое мужиков стоят спиной к Чернышу и частично загораживают фигуру, которая мне знакома.
Навящевое чувство всё сильнее усиливается, когда заказчик продолжает свою гневную тираду.
— Вы должны были всё подстроить так, чтобы была виновата та чёртова маленькая ведьма! Но что? Вы сбежали, а она стала свидетельницей!
— Заказчик взял с тумбочки, стоящей рядом с ним, какую-то вещь и швырнул в одного из исполнителей. Тот, естественно, увернулся, отклоняясь в сторону и наконец-то давая обзор на неизвестную, но знакомую по голосу фигуру.
В кресле сидела старуха-ведьма, гневно сжимая кулаки с такими же, как и в первую встречу, чёрными когтями. Чернота в глазах, казалось, захватила и сам белок, превращая глазное яблоко в черные дыры, проходы в бездну. Седые волосы, как у Горгоны, шевелились от выплеска тёмной силы, изредка, уподабливаясь змеям, резко дергаясь в сторону троицы. Уродливый шрам от ожога светился чёрным светом. Если приглядеться, то он напоминал форму печати, не хватало только рун, чтобы понять, что за печать.
— Теперь вам, идиоты, надо затащить её на поляну Гоза-шоку до конца брачного периода оборотней. Если же нет — пишите завещание, я сгною вас в яме с червями-хищниками.
Черныш, видимо, осознавая, что всё очень плохо, решил смыться, пока его в ту яму не затолкали. Поэтому, медленно ушёл в тень и также, через окно, выпрыгнул на улицу.
Проснулась я в холодном поту. На небе ещё сверкали звёзды, а за стеклом, на створке окна, сидела жирная чёрная ворона с кровавыми глазами и, склонив голову набок, внимательно смотрела на меня. Неожиданно в неё прилетел магический шар, охватывая перья огнём и не отходя от кассы, так сказать, готовил шашлык из птицы.
Вскрикнув, разбудила кота, который сразу же кинулся на уже горящую воронку и перекусил ей глотку, а потом отправил в полёт.
Я, хоть и перепуганная до поседения, не смогла перебороть любопытство и выглянула в окно. Там, в кроне деревьев, стоял Тинар, пристально вглядывающийся в моё окно. Если меня защищает и Рашрок, и Черныш, то дело пахнет керосином…
Тет-а-тет в ночном императорском кабинете
Ночь — самое прекрасное волшебство, сотворённое миром. Мириады звезд, дрожащих в высоком тёмно-тёмно синем, практически чёрном, небе и луна, смущённо выглядывающая из-за большого облака. Кажется, стоит только выглянуть в окно, как лица коснётся прохладное дыхание ветерка… А на земле ночью тоже царит волшебство, сумраком окутывая кроны деревьев и тропинки, ведущие практически во все концы дворца.
И всё было действительно так, если бы Тинар не выглядывал из-за дерева с видом маньяка, караулящего свою жертву. Из-за тени уличного фонаря, который крепили на крыльце каждый вечер, одно око «моего героя», казалось, изнутри горело адским пламенем. Редкие всполохи заставляли его глаз мерцать, а вот меня покрываться мурашками.
После того, как я решилась-таки высунуть голову в окно, светловолосый маг пришёл в движение и пятью резкими, смазанными прыжками оказался в нескольких метрах от моего окна. Пускай жила я и на втором этаже, но для Тинара какие-то два с половиной метра не проблема, судя по тому, что я сейчас увидела.
Двигался он достаточно быстро и, клянусь, я буду не ведьмой, если скажу, что он чистокровный человек. В этом маге была какая-то смесь из пары-тройки рас, предрасположенных к магии огня.
— Какие звёзды красивые, — начала я разговор, не в силах больше смотреть уже в два пылающих глаза. Просто подняла голову, чтобы убедиться, что звёзды никуда не пропали и я не выгляжу как идиотка.
— А ещё необычные вороны-фамильяры шпионят на территории дворца, — раздражённо прибавил Тинар очень уж странным голосом.
— Господин маг, а Вы, случаем, не простыли, пока за птицей подглядывали?
Рашрок красноречиво зыркнул своими кострами на меня, но промолчал, что спасибо. С каждой секундой я всё сильнее начинала паниковать и трястись от страха. Маг оказался не просто любителем пообжиматься с чужими теоретическими невестами, а действительно стоящим охранником дворца. Запускает магические огненные шары, сверкает глазами, быстро передвигается и в каждой бочке затычка. Пришла во дворец — он караульный, работала уборщицей — он стражник, ужинала с императором — он рядом сидит. Не стоит забывать, что его отец — начальник Столичной Службы Безопасности.
— Вальдемара, спускайся, надо поговорить.
Да я уж поняла, что ночка насыщенная будет, бессонная. Сразу схватила из маленького шкафа зелёное платье чуть выше колена, так как оно быстрее и проще всего одевалось, с полки стащила большой чёрный платок с яркими цветами и резинку, чтобы потом завязать косу. Когда уже выбегала в тапочках из комнаты, заглянула в зеркало и постаралась расчесать длинные волосы пятернёй, сглаживая «петухи» и спутанные волосяные узлы.
Когда вышла на улицу, то кучерявый молодец уже постукивал носком своего сапога по ступеньке, отбивая быстрый ритм.
— Я готова. Так уж и быть, пошли уже на твоё свидание, — наигранно бодро и весело произнесла в спину Рашрока и, кажется, испугала.
— Чёрт тебя дери, ведьма! — Вроде, выругался, а вроде, констатировал факт.