– Черт, – сказал он, – мне еще всю ночь собака снилась.
– Просто, наверное, сквозь сон слышал, – сказала я.
– Нет. Именно снилось, что сидит на снегу и воет собака.
– К покойнику, – сказала я и, повернувшись к нему, спросила: – Большая?
– Московская сторожевая.
– Ничего себе! – сказала я и повторила, закутываясь в одеяло и отворачиваясь к окну: – Давай спать.
Он ничего не ответил, но скоро, уже проваливаясь в сон, я почувствовала его руку на своем бедре. Ну, уж нет… По крайней мере, не сейчас. Я, не оборачиваясь, вытащила его руку, положила сверху на одеяло себе на талию и снова стала засыпать. Так хорошо…
День второй (суббота)
Когда я проснулась, было уже вовсю светло, солнечные лучи сияли на деревянных стенах комнаты, окно было приоткрыто, с улицы слышалось чирикание птиц и больше ничего. Я повернулась на другой бок, поискала телефон, чтобы посмотреть время, но под подушкой, куда я его сунула после звонка будильника, его не было. Зато он оказался на тумбочке рядом с бутылкой минералки и стаканом, причем вода была уже и в стакане. Славный мальчик, заботливый… Напившись и поставив дрожащей рукой стакан на место, я поняла, что чувствую себя, в принципе, неплохо. Мне не хотелось даже дальше валяться в постели. Неужели, я выспалась, господи? – подумала я, вылезла из-под одеяла, накинула рубаху и пробежала в душ.
Осторожно спускаясь по лестнице, я прислушивалась к звукам на первом этаже. Звуки доносились из кухни, как, впрочем, и запахи, и обещали завтрак. Я вошла на кухню, заботливый мальчик готовил яичницу с ветчиной.
– Есть будешь? – обернувшись, спросил он меня. – Привет…
Вчерашняя посуда была аккуратно составлена рядом с мойкой, и, судя по всему, дожидалась меня.
– Буду, спасибо, – сказала я и села за стол. – А дядю не видел? Привет…
– Нет… Он, вроде, вчера говорил, что рано уйдет куда-то, что я его утром уже не застану.
– Ясно.
– А он твой родной дядя?
– Нет, он вообще не дядя… Ну, не родственник. Это просто я с детства привыкла его так называть. Он друг моего отца.
– Ясно…
Мы молча позавтракали, выпили кофе, который он тоже сварил.
– Я сейчас уезжаю, – сказал он. – Приятно было познакомиться…
– Мне тоже… – до меня только сейчас дошло, что он был почти одет, только куртка должна была висеть на вешалке. И портфель, с которым он вчера приехал, лежал здесь на стуле.
– Дяде что-нибудь передать? – спросила я, мне было интересно, вернется он вечером или нет.
– Да нет, ничего. Мы вчера все обговорили, – он улыбнулся, – когда я только приехал. – Привет передавай!
– Хорошо…
– Дверь закроешь?
– Конечно…
– Ну, пока…
– Счастливо!
Он оделся, вышел, я закрыла дверь, услышала как внизу хлопнула дверца машины, потом завелся мотор. Я пошла мыть посуду.
Блин! В голове определенных мыслей не было, так – обрывки мыслей… Не спросил мой телефон… Ну, по крайней мере – не стал навязываться… Свой не оставил… Но, наверное, подумал, что я смогу спросить у дяди… А, если у него нет? Да, нет – должен быть… Они же знакомы… Блин! Что это со мною?.. Кстати, мой телефон он тоже у дяди может узнать.