Южное солнце-4. Планета мира. Слова меняют оболочку: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Как это понимать?

— Да ведь оно ж потом отрастает.

— Хм, — насторожился я, получив в ответ колкую шпильку. — А не по основной профессии кем изволите быть?

— Убираю в типографии, той, что при газетном издательстве. На Пушкинской. Там до меня крутились Бабель, Багрицкий, Ильф и Петров.

— И примкнувший к Одессе-маме Паустовский?

— Вы и за него знаете?

— Я знаю за весь штат газеты «Моряк». Родственное издание. Я из «Латвийского моряка».

— Получается, вы — по профилю?

— Не понял.

— Шо тут не ясного? Чтобы поступать вне конкурса — нужен профиль. У вас — редакция, у меня — типография.

— У Фили тоже — типография.

— На заочняк нас пустят и за тройки.

— Простите, — пофасонился я. — Пока что у меня сплошные пятерки, только по-английскому четыре.

Не удержался и ПростоФиля:

— А у меня по-иностранному пятак. За сочинение — четвертак, остальное — тройки. Но кто из русских не любит тройку и быстро ездить? Назовите мне такого дурака?

— Филя! — напомнил я, — не пора ли повторить?

Мы и повторили. Мятный ликер идет хорошо, под кофе и булочку. Не пьянит, не путает мысли, под сердцем греет, в настрое — легкая агрессивность.

Я посмотрел на ручные часы, а затем на самые заметные в центре Риги — высотные часы «Лайма», подле которых у меня через пять минут встреча с Ларисой.

— Ребята, будьте!

— Были и мы пруссаками когда-то.

— Рысаками, Филя!

— Молчать на эту тему нельзя. Это ты — рысак, а мы из прусаков. Тевтоны по матушке! — парируя, сын латышского стрелка Давида Львовича Гутманиса продемонстрировал, что на сей раз не ошибся в значении сказанного. — Сходи в Дом черноголовых, на Амату, 5 — просветись!

— Пошел — побежал, — отозвался я на легком психе. — Сам сходи на фильм «Александр Невский»! Тоже мне, тевтон! Били, бьем, и будем бить!

— Не кипятись, — примирительно произнес Филя. — Не бери близко в голову тевтонов. Мой папа горел у них в газовой печке, в Освенциме. Ты же видел его лицо…

В Риге на свиданья не опаздывают. При всем желании — не ждешь больше пятнадцати минут. Таков закон. Пусть он и плох, но лучше придерживаться его, чем потом держаться за юбку и быть на поводке.

Не знаю, было ли Ларисе ведомо о неписанных законах Риги, но появилась она минута в минуту.

Соскочила с подножки трамвая, и…

— Здравствуй!

— Здравствуй-здравствуй! Как я заждался!

— Но я ведь не опоздала.