На землю перед ними плюхнулся воробей, подхватил крошку и был таков.
— А я хочу привезти свой велосипед, — поделилась Олли. Лицо её застыло, взгляд был устремлён куда-то вдаль. — Если папа его когда-нибудь починит.
— Он ведь чинит машины, да?
— Да, — кивнула Олли. — Он всё чинит, для всех. Кроме меня.
Артур сунул сэндвич обратно в коробку, вынул оттуда яблоко и принялся ковырять его тёмный бочок.
— Слушай, Олли, — начал он, осторожно подбирая слова, — расскажи ещё про слона.
Девочка повернулась к Артуру и посмотрела в его большие карие глаза.
— Слона ещё кто-нибудь видит? — спросил снова мальчик.
Ложка с йогуртом замерла в воздухе.
— Нет. Только я, — с тихим недоумением призналась Олли. — Понимаешь, папа очень грустит. И уже давно. А я представила, что грусть — это большой серый слон, и он повсюду ходит за ним. Но вижу слона только я.
— Типа воображаемый друг?
— Воображаемый враг, — уточнила Олли.
Артур откусил от яблока.
— А слон когда-нибудь уходит?
— Никогда, — ответила Олли и уже не могла сдержаться: — Из-за слона папа ничего не может делать! Он не готовит мне еду в школу! Не стрижёт лужайку! И всё никак не починит мой велосипед…
Друзья замолчали. Ребята вокруг давно уже убрали ланчбоксы и унеслись играть на стадион.
Наконец Артур встал.
— Знаешь, что я думаю? — сказал он, держа перед собой надкусанное яблоко, словно микрофон. — Чтобы твой папа починил велосипед, надо сначала починить твоего папу.
Олли задумчиво потёрла нос.
— Но как это сделать?
— Очень просто, — ответил Артур и снова откусил от яблока. — Прогони слона.
Олли рассмеялась. Она вдруг поняла три важные вещи.
Артур был чудак.
Артур был прав.
Артур был лучшим другом во всём мире.
Велосипед
Выйдя из класса после уроков, Олли специально задержалась в коридоре — дожидалась, пока уйдут остальные. Потом она постучалась и тихонько подошла к столу мисс Марч. В пустом классе было непривычно тихо.
— Что ты хочешь, Олли? — спросила учительница. Она как раз рылась в груде вещей у себя на столе. — Я ищу… Ты не видела… Ах, неважно.