Что-то напоминающее молнию или зигзаг, названное мной «Переключатель».
Последняя руна напоминала небольшой кружок с точкой в центре и получила название «Цель».
Это были основные шесть групп рун, в каждой из которых было по шесть костяшек. Остальные десять костяных фишек составляли или отдельные руны, или группы из двух-трёх костяшек с одинаковым изображением на них.
Тут всё оказалось не так просто. Это были руны с примерно определимыми свойствами или выданным только общим направлением воздействия. Как, например, две фишки с руной, своим видом напоминающей лист дерева, по которому мы шли.
Что, кого, где и как должно было стабилизировать её ментальное воздействие, мне было совершенно непонятно, но больше ничего толкового ментоинтерфейс по данной руне выдать не смог. Назвал я её «Стабилизатор».
Было и несколько других примеров, похожих на этот. Я получал только общую фразу, по которой о работе или воздействии данной руны можно было только догадываться.
Руна, похожая на облако. Костяшек с подобным изображением было три.
Именоваться стала «Уменынитель».
Или ещё три фишки, с картинкой двойной стрелки.
Опять же что, где, как и когда? Непонятно. Название закрепилось за руной из того свойства, что мне удалось определить: «Ускорение».
И остались последние две руны, встречающиеся только в единственном экземпляре. Одна с изображением небольшого черепа (говорящая картинка). Назвал Format, по её свойствам интерфейс выдал:
Вторая руна похожа на маленького человечка.
Кого он должен вызвать, неясно. Поэтому её я тоже оставил как есть – «Зов».
Что было необычно: эти две последние костяшки содержали достаточно сложную, неоднородную энергетическую структуру внутри себя, в отличие от всех вышеперечисленных. Было похоже, что в них залито что-то уже готовое.
Но в общем, всё, что мне удалось выяснить, разбираясь с этими рунами, в значительной степени пополнило мой багаж знаний.
К тому же Искатель сообщил, что запустил переиндексацию и реорганизацию базы знаний в связи с получением новой теоретической и практической информации, затрагивающей основные постулаты использования теории ментального оперирования и воздействия. И уведомил, что на проведение обработки и реорганизации базы знаний в связи с новыми поступившими данными ему потребуется двенадцать часов. При этом он обрадовал тем, что прогнозируемый рост производительности используемых ментоструктур составит более десяти процентов. Точнее данных он предоставить не смог. Но при этом доложил, что полнота описания как уже зарегистрированных и известных ментальных структур, так и новых, выявленных в результате анализа возрастёт на пять – двенадцать процентов. И всё это благодаря данным по рассмотренным мной рунам.
«Понять бы ещё, как с ними работать, – подумал я. – Вырезать-то себе такой набор у меня получится без особого труда. Но ведь каждая руна содержит ещё и какой-то свой индивидуальный энергетический слепок, который помещён в фишку с её изображением. А вот это, похоже, самое трудное в их создании и есть. Хорошо, что ментоинтерфейс к каждой руне привязал её энергетическую структуру. Будет с чем сравнивать и анализировать. Но хоть общий принцип работы с ними понять очень хотелось бы. Пригодиться в жизни такое умение должно наверняка» – так решил я, глядя на уверенные, выверенные действия Ленивца.
Пока я размышлял, корнол ножом начертил на поверхности дерева небольшой квадрат и переложил в него все высыпанные из сумки костяшки с рунами.
Заметив мой явный интерес к его действиям и не отрываясь от сортировки костяшек, которую он стал делать, Лениавес параллельно пояснил мне свои манипуляции.
– Так быстрее составлять рунные заклинания, – сказал он, кивнув в направлении кучки лежащих фишек. – Правда, у меня заготовлены только несколько основных рун. Больно сильно усложняется процесс их применения с ростом количества используемых рун и уровнем воспроизводимых заклинаний. А это в свою очередь накладывает определённые ограничения. Их можно использовать только для составления заклинаний не выше третьего уровня. Ведь на самом деле рун истинного наречия гораздо больше, а не столько, сколько ты видишь сейчас. Это лишь минимальный базовый набор. – Он снова указал на лежащие перед ним костяные фишки. – Их большое разнообразие и позволяет составлять заклинания самого сложного порядка. К тому же нам доступны структуры двенадцатого и тринадцатого уровней, которые не могут быть использованы магами-вербалистами или теми, кто применяет ритуалистику. – Он немного подумал. – Однако реализация таких сильных заклинаний требует большого количества времени на подготовку и недюжинных знаний и умений.
Меня же в его рассказе заинтересовало как раз то, что мне было до крайности любопытно увидеть.
«Похоже, у меня сейчас будет шанс увидеть, как с этими рунами нужно обращаться», – обрадованно подумал я, наблюдая за приготовлениями корнола и даже как-то забыв об угрожающей нам опасности, и стал ещё внимательнее следить за действиями Ленивца.
Лениавес же, выбрав нужные костяшки, замер. Потом, видимо что-то просчитав в уме, убрал в сумку оставшиеся костяные фишки. Правда, немного подумав, вытащил обратно руну «Зов» и пару «Гвоздей». После чего, посидев немного и будто помедитировав, быстро принялся выкладывать руны перед собой в определённую комбинацию, на первый взгляд довольно беспорядочную.
Но как только он начал проводить свои манипуляции с рунами, мне стали заметны и те действия, которые сопровождали их в энергетическом плане. Понаблюдав дальше, я смог разобраться в принципе активации рун, проводимом Ленивцем.
Я чётко и ясно различил тот момент, когда Лениавес активировал руну, передавая ей необходимую порцию ментальной энергии через крохотный энергетический канал, скорее, даже нить, который он создавал между своей рукой и нужной руной. Вернее, даже не так: присмотревшись, я понял, что канал образовывался между его собственной энергетической структурой и той небольшой ментоактивной структурой, что размещалась в костяной заготовке, на которой была изображена руна. Именно по этому небольшому каналу в ментальную энергетическую структуру руны от корнола передавался небольшой объём энергии, видимый мной или крохотным сгустком, или тоненьким ручейком, проходящими по созданной нити в сторону ментоактивной структуры активируемой руны.
После того как ментоструктура руны полностью заполнялась энергией, она уже не нуждалась в дополнительной подпитке и самостоятельно начинала испускать определённые энергетические потоки, которые и выражали степень воздействия руны на создаваемую Лениавесом магическую структуру. И как ни странно, эта степень была ощутимо сильнее того энергетического воздействия, что оказывалось на саму руну для её непосредственной активации.
После того как активация внутренней структуры руны завершалась, он помещал её в строго определённое место некоей виртуальной схемы, целостный и законченный вид которой был пока только у него в голове. При последовательном объединении рун в некую фигуру над ними постепенно формировалась задуманная трёхмерная магическая структура.
Когда более шестидесяти процентов объёма виртуальной фигуры уже было создано, на неё отреагировал Искатель.
«Видимо, целостная законченная энергетическая структура, созданная Лениавесом, и называлась интерфейсом ментальным модулем, – понял я и только потом обратил внимание на смысл переданного мне сообщения. – Ага, значит, вот, что именно он проделать старается. Интерфейс, зафиксируй всю ментоэнергетическую структуру, полную процедуру построения и последовательность расположения рун».
Через пару мгновений корнол закончил, и я смог рассмотреть полученную модель во всём её великолепии.