Цикл "Миры за гранью" . Компиляция. книги 1-4: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Девушка замолчала. Я же подумал: «Значит, Искатель очень основательно скрывает мои эмоции и чувства, или выставив наружу какую-то их эмуляцию, или гася все значительные всплески и пики. Или, как идеальный и наиболее оптимальный вариант, он совмещает оба принципа, но, главное, всё это прекрасно работает и местные ходячие детекторы лжи, – я непроизвольно взглянул на девушку, – не могут разобраться в моих чувствах и мыслях. И это с учётом той ментальной защиты мыслей, о которой мне говорил когда-то корнол».

Необходимо иметь это в виду. Но не нужно на всё это надеяться. Корнола вон Эрея прочитать смогла. Хотя это сделал и я. Однако может найтись и кто-то и более умелый, чем они, и этот некто вполне сможет разобраться с моей аурой (я думаю, под аурой они понимают менто-информационное поле). А поэтому надо бы научиться сдерживать или контролировать свои эмоции получше, особенно на данном уровне. А то ещё одно такое сообщение может выдать меня с головой и провалить всю мою легенду.

– доложил Искатель.

«Оперативно отреагировал», – мысленно похвалил я ментоинтерфейс и вернулся к прерванной нити разговора корнола и Эреи. Ведь главного до сих пор она так и не сказала. Что за тройственный союз и почему этот вопрос вызывает такую бурю чувств в душе Эреи, сводящихся к огромному смущению и растерянности? Складывается впечатление, что она не знает, как себя вести в присутствии меня и как сказать об этом корнолу.

«Но почему?» – так и не понимал я, правда, была у меня одна безумная догадка, навеянная интуицией. И уж больно интересно было мне услышать, насколько она соответствует действительности.

Смущение, интерес ко мне, достаточно быстрое узнавание и, самое главное, такое чувство, что она ещё не сказала всей правды.

Между тем Лениавес, помолчав, потёр подбородок, потом кинул задумчивый взгляд в мою сторону и всё же ответил девушке на её завуалированную просьбу:

– В принципе я с вами согласен. Я и сам придерживаюсь такого же мнения. Пока говорить всего ему не стоит. Это не из-за того, что я ему не доверяю, – быстро проговорил он, заметив сузившиеся удивлённые глаза девушки, – на то есть свои причины. Вы этого ещё не знаете, – и корнол вновь посмотрел на меня, – но слишком много странностей окружает моего молодого друга. И вам нужно знать об этом.

«Ах ты, пройдоха, – мысленно усмехнулся я, – „странностей”. Да там не просто странности, там одна сплошная загадка. Но ведь ты ей об этом ничего не сказал, вернее, сказал, но несколько перефразировав».

– Почему вы всё это мне говорите? – спросила девушка.

– Не знаю, – пожав плечами, признался Лениавес, – просто хочу, чтобы в будущем вы были готовы к ним. Или к тому, что они могут повлечь за собой. Почему-то мне кажется, что вы должны об этом знать, и гораздо больше других. Сам не понимаю, почему я так думаю и делаю.

– Спасибо, – искренне поблагодарила Эрея и задумчиво добавила: – У вас хорошо развита интуиция, вы знаете об этом?

– Да, я маг разума, в этом нет ничего удивительного, – махнул рукой Лениавес, а потом, будто вспомнив о чём-то незначительном, спросил: – Так что вы хотели мне рассказать?

Девушка, всё ещё будто набираясь храбрости и, видимо, убеждая себя рассказать кому-то постороннему о чём-то достаточно личном, тряхнула своей пышной шевелюрой, собранной в немного растрепавшуюся причёску. Её она на автомате, во время беседы, по мере сил пыталась, и достаточно удачно, на мой не очень профессиональный взгляд, поправить, укладывая выбившиеся локоны за свои немного вытянутые, не очень привычные для меня ушки или вплетая в своеобразные необычные косички. Затем, уже явно смутившись и очень стесняясь того, что она хочет сказать, Эрея отвела глаза, стараясь не смотреть в мою сторону, и почти шёпотом проговорила:

– Есть ещё одна причина, по которой я могу уверенно утверждать, что этот хуман – младший сын императора. Это был деловой, политический союз. Я проговорилась о нём случайно. Но похоже, вы не заметили мою ещё одну случайную оговорку, ухватив лишь показавшееся вам странным и необычным событие.

Глаза Лениавеса по мере слов девушки стали приобретать размеры двух огромных блюдец. Видимо, до него постепенно доходил смысл того, о чём она хочет ему рассказать.

– Вижу, вы догадались, – слегка улыбнувшись, промолвила Эрея, уже более смело и уверенно ведя линию разговора. – Я, забывшись, сказала, что была такой же, как они, когда присутствовала на церемонии. Но как вы понимаете, на таком серьёзном и ответственном мероприятии не место восьмилетней девочке. Если только она сама не является частью сделки, договора, называйте как хотите.

«Чёрт бы меня побрал, – понял и я то, что хочет сказать Эрея. – Похоже, жениться-то я должен был на ней, а не на её племяннице».

Но моя интуиция как-то не подтвердила этот вывод.

«Тогда неужели, – я пристально посмотрел на девушку, – тройственный союз – это принц и две принцессы? И это на вполне законном международном уровне. Не мне лезть в их огород, однако у них тут и нравы… Хотя, похоже, девушку это тоже очень смущает, видимо, раньше она на это не обращала внимания, а теперь понимает, что должны были означать те самые подписанные их родителями листочки бумаги, или на чём у них тут заключаются подобные политические договоры. И ей это не очень по душе. Но и возразить она не может. Политика, однако».

Эрея вздохнув, будто освобождаясь от тяжести давно мучившего её груза, продолжила рассказывать, подтверждая мои выводы:

– Мало кто знает, что тогда был заключён тройственный союз о взаимопомощи и поддержке. А скреплён он был брачным договором и древним обрядом обручения между тремя не наследными отпрысками королевских родов империи Ларгот, Лесного княжества и анклава Релак.

– Демоны, – удивился Лениавес.

И про себя подумал: «Так вот куда пропала старшая дочь князя». Эти его мысли я очень отчётливо услышал и сам задался вопросом: «Демоны? Это те, что устроили на нас облаву, или другие? И при чём тут князь и его дочь? Хотя если подумать, то Эрея говорила о своей племяннице, а значит, это внучка князя, и она должна по определению быть чьей-то дочерью. Почему бы не сестры Эреи. Только отсюда следует ещё один интересный вопрос: откуда Лениавес так хорошо знает семью князя эльфов, что так уверенно подумал о старшей сестре Эреи?»

Но тут меня от мыслей отвлекло продолжение разговора. Девушка как раз отвечала на вопрос корнола.

– Да, – кивнула Эрея. – Принц империи Ларгот, тогда ещё десятилетний мальчик, должен был по достижении мной и Теей совершеннолетия взять нас в жёны. Брак предполагал стать политическим и полностью быть узаконен по достижении всеми нами совершеннолетия, его предзначение – ещё сильнее укрепить взаимосвязь между нашими государствами. Но что-то пошло не так. Почти сразу после церемонии на кортеж императора напали. Самого императора в нём не было, он всё ещё был на переговорах. Однако там находился его сын. Когда к нему пробилась охрана, мальчика уже не было, а вся карета, в которой он ехал, оказалась залита его кровью. Маги старались восстановить иллюзию произошедших там событий. Но кто-то не поскупился и оставил там камень с нестабильной магической структурой. И когда маги начали работать, произошёл взрыв, смешавший все магические поля и потоки на несколько километров вокруг. С тех пор прошло десять лет, и о сыне императора больше не было слышно. Он будто растворился, исчез. Лучшие маги и рейнджеры трёх наших государств пытались разыскать его. Но всё было тщетно. Это не стало тайной, и поэтому я рассказываю об этом достаточно свободно, просто многие уже забыли об этой истории. Но тогда это происшествие наделало много шума. Однако суть в другом. Для меня и Теи эти события имели ещё одно немаловажное последствие. Во время церемонии нам всем троим в ауру вплели новый родовой знак, объединяющий нас в единый род и сплетающий наши линии судьбы в будущем в единую нить. Это делается всегда при венчании или во время образования новой семьи, ведь перед богами мы должны предстать как одно целое. Правда, в нашем случае был использован несколько усложнённый вариант, он очень похож на инициацию родовой печати или метки, ведь нас было трое. И именно по этой нашей родовой метке маги смогли установить, что сын императора не погиб. А значит, и расторгнуть наш брак, как и союз, с тех пор мы тоже не могли. Для этого нужны неопровержимые доказательства, что Ар’Тура нет в живых. Но тело его найдено не было, и, что самое удивительное, печать не распалась, как должно было бы произойти в случае его смерти. А поэтому императорская семья до сих пор не потеряла надежды разыскать своего сына. – Вздохнув, Эрея задумчиво посмотрела в мою сторону и, уже не отводя взгляда, будто свыкаясь с какой-то мыслью, продолжила: – И представьте мое изумление, когда сейчас в ауре этого молодого хумана я могу чётко различить печать нашего общего родового герба. Она, конечно, не такая, как у меня, но это не имеет значения. Прошли годы. Естественно, она должна была измениться. Но её основа всё та же. И не узнать её я не могу. Ведь в моей ауре есть точно такая же. Я почувствовала родственную своей печать сразу же, как только очнулась и увидела Бага вблизи себя. Поэтому я уверена в том, кто сейчас стоит передо мной. Жаль, что он не маг, он бы смог подтвердить мои слова. Но это можно сделать в любом месте, где есть сильные маги или жрецы, в Парне, у нас. Или подтверждение может дать любой маг крови. Но все они скажут то же самое. Этот хуман – мой и Теи жених, и, как следствие, он же Ар’Тур драконойд.

– Это уже интересно, – проговорил корнол, не поворачиваясь ко мне, – вы поставили меня в тупик. Я даже не знаю, можно ли говорить это моему другу и, вообще, что из всего услышанного пересказать ему.

– Расскажите ему всё, только не говорите обо мне и Теи, – предложила Эрея, – думаю, он сам дальше разберётся. А о нас мы расскажем ему позже, просто мне нужно время и… – Она замялась, но потом продолжила: – И я хочу посоветоваться с сестрой и Теей. Он узнает всю правду, но я прошу дать нам немного времени.

– Хорошо, – согласился Лениавес, – думаю, в этом нет ничего страшного.

И он повернулся ко мне, начиная пересказ того, что ему поведала девушка.