— Всю информацию? — уточняет Искин. — Полную, и о тебе тоже?
Я помялся немного, но этот недоумённый взгляд Кура… понимает, что сейчас что-то должно произойти.
— Всю давай, нет смысла таиться от людей, от кого зависит моё будущее. И не только людей, — поправился я.
— Пакеты ушли, — пришло сообщение от Жорика.
Сижу, давлюсь сухпаем. Нас, конечно, покормят, но я обожаю сухую местную рыбёшку. Даже без пива предпочитаю её всем деликатесам. Жую по-тихому, по сторонам смотрю, стараюсь прочесть на лицах Кура и Спартака их реакцию на предоставленную насчет меня информацию. Как и ожидал, Спартак невозмутим, хотя ознакомился со всем пакетом, подготовленным Жориком, практически мгновенно. Ну, конечно, с его-то способностями, а вот Кур…
Недоумение на лице. Интерес сменяется изумлением, а потом, откровенным страхом.
О! Заозирался! Водит вокруг себя испуганным, дёрганным взглядом. Явно дошёл до информации о наших помощниках. Понимаю его, сколько он с пауками воевал за свою жизнь? Прилично! Гроза архов, а тут узнать, что паучки то, вот они, под самым боком примостились!
— И где?
Прямой взгляд. Прямой вопрос. О чём спрашивает, и так понятно.
Ну, ты смотри! То, что я почти Ваше Величество, причём, Императорское, его вообще не колышет!
— Во-первых, мы к ним в гости сейчас идём, — говорю я, — а сопровождающие… — с сомнением смотрю на Кура, — только прошу, не нервничай и резких движений не делай, и никакой, даже видимой, агрессии!
Кур кивает в ответ. Понятливый ты наш! Только я не за тебя волнуюсь, а за паучков и за Онни. И правда, что-то с самого утра девочки словно в рот воды набрали, их вообще не видно, не слышно, не отсвечивают.
— Кор! — обращаюсь я к старшему среди сопровождавших нас мультов, — скажи, чтобы наши помощники из невидимости вышли, хочу чтобы наш друг, — кивок на Кура, — с ними поближе познакомился.
— Ай! — вскрикивает Кур от неожиданности.
Онни отшатываются от нас в стороны.
Паучки, что проявились от нас в шагах десяти, ринулись бежать, как-то уж бездумно, бросаясь в места, которые, хоть немного можно назвать укрытием.
— Кур, успокойся! — ору я.
Какое там! Вояка, что всю жизнь воевал с пауками, не в силах сам совладать со своими эмоциями и выработанными инстинктами. Для него, в корке головного мозга усвоилось, что, если видишь арха — убей его!
Но, видно, нейросеть сработала, и штатная аптечка вспрыснула уколами успокоительное землянину.
Отходит. Блаженная улыбочка опять вернулась к нему на лицо, наш бедлам немного поутих.
Онни, испугано поглядывая на успокоившегося Кура, снова подсели ко мне поближе, и паучки из своих захоронок выглядывать начали.
— Ты чего-нибудь уловил? — уточняю я у Жорика.
— Абсолютно ничего, как и ты, а ведь ты у нас псион! — отвечает Жора.
— Норис тоже в непонятках, его помощник и вовсе к нему прижался, буквально на руки забрался и дрожит до сих пор, так на него испуг и негодование Кура подействовало. Не было печали! Но устаканилось, как сам Кур выражается.
— И давно у тебя ребята с такими напарниками? — первое, что он спросил у меня.
Я пожал плечами.
— Уже после того, как вы на омоложение отправились, — отвечаю я.
— Понятно… — тянет Кур.
Его взгляд уткнулся в сидящего на руках у Нориса его помощника.
— Забавный! — улыбается бывший гроза архов.