— В вашем измерении, Дж. Т., Большая Зелень находится где-то около Рима — Рима в Италии, — пояснил Отторино.
— Их ведет охотник, — продолжал Чернок, — которого зовут Тодор Далрей из Даргая. Очень опасный человек. Конечно, теперь он работает на Дэвида Маклина.
— Я не пощажу никого из них, — воскликнул Уилки с гневом и страданием.
Звенящий призыв труб привлек всеобщее внимание. Заскрипели стулья. Толпа мужчин и женщин Валкини устремилась к дверям. Отторино засмеялся.
— Графиня начинает свой утренний прием. Это для тех, кто не так близок к ней, как я… вернее, мы, я хотел сказать, Дж. Т. Чернок направился к дверям, явно ожидая, что остальные последуют за ним. Отторино поднялся, и Уилки быстро допил свой кофе. Отторино наклонился к нему.
— Прием будет особенно важным нынче утром. Своим присутствием Графиня восстановит уверенность в людях. Уилки уже начал вставать, когда его глаза упали на девушку-официантку, которая приносила им кофе. Она явно предполагала, что все в нижнем этаже ресторана столпятся в дверях. На ней была обычная серая туника, но гораздо более прозрачная, чем он видел до сих пор, а за ухом был приколот алый цветок. Она бормотала быстро, яростно и испуганно, глядя не в ресторан, где увидела бы смотрящего на нее Уилки, а на большую деревянную стойку для официантов у стены.
— Ну вот, — пробормотала она, — сука опять начала свой трюк с уличной прогулкой. Отторино мгновенно отреагировал.
Он выпрямился и надменно двинулся к ней с окаменевшим от ненависти лицом.
Он схватил девушку за плечи, развернул к себе и ударил по лицу. Уилки увидел блестящие каштановые волосы, грубоватое крестьянское личико с дерзко вздернутым носиком и светло-карие глаза, теперь потемневшие от потрясения и ужаса. С лица девушки схлынула кровь, она беспомощно уставилась на Отторино.
— Ну, моя девочка, давай-ка объяснись, и побыстрее! — прошипел толстяк.
Уилки шагнул следом за Отторино за стойку. Хаотическая смесь эмоций обуревала его. Он знал, что должен испытывать к девушке жалость, однако, не чувствовал ничего, кроме ненависти к ей подобным.
— Значит, ты из этих недовольных подонков! — угрожающе проорал Отторино. — Ну ничего, скоро мы выжмем из тебя все!.. Внезапно он замолчал.
Бесшумно открылась задняя дверь и из нее вышел молодой человек. Острый нос, тонкие черты лица и сжатые губы не внушили Уилки отвращение, как он мог ожидать, возможно, из-за юношеского пушка на щеках и по-детски широко открытых глаз.
— Настало время, Тони, — сказала девушка. — Это здесь, внизу. Я уверена, Тони!
В руке молодого человека блеснул пистолет, который он направил на Отторино. Пистолет дрожал.
— Закрой пасть, мерзавец! — грубо сказал Тони. — Иначе я прострелю тебе брюхо! Двигай-ка сюда — быстро, быстро! За дверью было заднее помещение с ведущей вниз лестницей. Тони указал на нее.
— Лезь туда, паразит! — сказала девушка. — Теперь тебя придется, скорее всего, убить! И ты тоже, — добавила она Уилки.
Отторино и Уилки не оставалось больше ничего, как спуститься по лестнице. Пистолет, стиснутый в нервном кулаке Тони, все время был направлен на них.
В подвале были обычные ящики и бутылки. В стене темнел проход.
— Туда, живо! — рявкнул Тони. Толчок пистолетом подтвердил команду. — Где фонарик, Вэл?
Девушка включила фонарик и осветила проход. Для человека под прицелом пистолета Отторино, как показалось Уилки, вел себя слишком спокойно. Он взглянул на Тони.
— Мне нужно поговорить с вами, — сказал он.
— Заткнись! — возбужденно огрызнулся Тони. — Мы знаем подобных тебе, Валкини. Паразиты! Лезь туда, иначе я пристрелю тебя на месте и… — Он замолчал.
Отторино взглянул на Уилки и сунул голову в туннель, говоря:
— Еще один бунт. Как это надоело. Они непременно будут пойманы и наказаны.
— На этот раз нет! — торжествующе сказала девушка Вэл.
Они шли туннелем с земляными стенами.
— Старый туннель, прорытый в те времена, когда шахты здесь были близко к поверхности, как я говорил вам, Дж. Т..
— Отторино по-прежнему сохранял спокойствие, а Уилки покрылся потом. — Эти несчастные мерзавцы ничему не учатся.
— Закрой свою пасть, Валкини, или я пристрелю тебя! — заорал Тони.