Я не могу достаточно хорошо разглядеть второго мужчину, как бы я ни вытягивала голову вперед. Лишь частично вижу его лицо, все остальное скрыто от моего взгляда.
Я могу лишь с уверенностью сказать, что он среднего возраста, возможно, лет пятидесяти с небольшим. У него темные волосы и на одной щеке какое-то пятно, словно алая вспышка на коже.
Чем они так расстроены?
Должно быть, Дэр чувствует на себе мой пристальный взгляд, и буквально через секунду его глаза находят меня. Сначала я улавливаю его удивленное выражение, но оно тут же сменяется тревогой. Я вижу, я это чувствую. А затем он отводит взгляд.
Он словно притворяется, что мы не видели друг друга, и мне любопытно, должна ли я сделать то же самое.
Но больше такого шанса мне не предоставляется.
После ужина, пока Элеанора и Сабина заняты обсуждением каких-то вопросов в библиотеке, Дэр подходит ко мне, одетый в черные брюки и кашемировый свитер.
Он потрясающе красив, и я отчаянно пытаюсь сделать вид, что не замечаю этого.
– Забудь о том, что видела меня сегодня, – говорит он мне, и по тону его голоса я понимаю, что ему не так уж просто произнести эти слова.
– Что? – спрашиваю я в замешательстве, пристально глядя в его лицо и стараясь не замечать его рельефный подбородок и скулы.
Дэр бросает на меня взгляд свысока, сам не понимая, как легко я пьянею от одного его вида.
– Ты не видела меня сегодня в городе, – отчеканивает он прямо и жестко, не пытаясь быть мягким в выражениях.
Я киваю, не зная, что еще я могу сказать в такой ситуации. И почему это так важно для него?
– Хорошо, – соглашаюсь я, – я не видела тебя. А что ты делал там, если это, конечно, не секрет?
Он смотрит на меня в упор, из-за чего я почти жалею о том, что спросила об этом, но тут же отбрасываю чувство вины. Мне действительно интересно, что он там делал.
– Я не могу рассказать тебе это прямо сейчас, – отрезает он, его губы при этом так привлекательны, но тон, которым он это произносит, буквально убивает меня, – поверь мне, пока тебе это не нужно знать.
– Почему?
Он замолкает, а потом снова смотрит на меня, и его глаза полны искренности, открытости, и я точно вижу, что он мой.
– Это может убить тебя.
И он уходит, пряча в своих глазах миллионы загадок, а я остаюсь, теряясь в предположениях. Может быть, я уже мертва?
Я погружена в чтение книги в библиотеке, когда туда входит Сабина. В ее руках чашка горячего шоколада, от которой поднимается пар. Она ставит ее рядом со мной, а сама садится в ближайшее кресло.
– Дэр беспокоится за тебя, – сообщает она.
– Он сам вам это сказал? – спрашиваю я с сомнением, потому что он выглядел таким раздраженным во время нашего последнего разговора.
Она мотает головой:
– Нет. Но это сложно не заметить.
Я едва справляюсь с желанием закатить глаза.
– Вам не стоит переживать по этому поводу. Если бы он действительно тревожился за меня, то сообщил бы мне об этом.
Возможно.
Но, вероятно, я больше не могу заявлять об этом так уверенно.
– Не думаю, что он правда сказал бы тебе, – отвечает Сабина, – ты оттолкнула его. Он и понятия не имеет, как достучаться до тебя.