– Я так понимаю, вы хотите оказать Кансу поддержку в сражении?
– Ядошанцы тоже желают отправиться к нему на помощь. Им не по нраву, что их одурачили. Но мы с Тией быстрее доберемся верхом на ази. Если Канс противостоит Безликим, то в этом случае время играет большую роль. А если здесь что-нибудь случится, мы мигом прилетим обратно. – Он оглянулся на меня, и я кивнула. – Также Стефан оповестит Истеру и Тресею. Те всегда недолюбливали дрихтианцев. Мы отбудем, как только станет известно, что ядошанцы намерены делать.
– Удачи вам и благополучного возвращения. Передавайте привет моему брату.
– Наверное, было бы неплохо, раз ты остаешься в Тхане, решить и другие вопросы, – мягко посоветовал ему Кален.
Халад бросил взгляд на Лика, уронившего голову на стол.
– Думаю, ты прав. – Затем взял пустую чашку. – Пойду налью ему еще.
– Я с тобой, – вызвался Искатель смерти.
– Ты как? – спросила я у Лика, когда оба молодых человека ушли.
Юноша покачал головой, не отнимая лица от рук.
– Я больше никогда в жизни не буду пить.
– Сейчас подходящее время для разговора о Халаде?
– Тия, ты ужасный человек, – пожаловался он.
– Мне все так говорят.
Лик резко поднял голову.
– О… прости. Я вовсе не это хотел сказать.
– Я знаю, о чем ты. – Мне почти удалось позабыть о Дейзи, о Фоксе. Я быстро справилась с собственным унынием, подавив внезапно накативший приступ горечи. – Теперь он знает?
– Да. – У Лика был такой несчастный вид. – Я… я признался ему в пылу гнева. А он просто посмотрел на меня так, будто у меня выросла еще одна голова. Он ведь ни о чем не подозревал. Даже не рассматривал меня в таком качестве. Именно по этой причине я хотел вчера напиться и забыть обо всем. Вот почему флиртовал с твоими друзьями. Мне хотелось почувствовать, пусть всего лишь на краткий миг, каково это стать тем, на кого ты похож, а не быть тем, кто ты есть на самом деле. Знаю, это не оправдание…
– Мне очень жаль.
Он перевел на меня изумленный взгляд.
– О чем ты?
– Всего этого не должно было случиться. Тебя должны были принять в ряды аш, ты должен был стать потрясающим танцором и звездой дараши оюн без всяких там приключений.
– Меня никто не заставлял становиться ашей. Я сам этого хотел. И хотел настолько сильно, что ты это заметила. Даже когда я был всего лишь помощником в лавке зиваров с талантом к плетению рун и полной головой мечтаний. – Лик улыбнулся. – Я думал о том, чтобы уйти, но этот поступок только подтвердит мнение других обо мне – я не заслуживаю быть ашей. Да, порой бывали плохие дни, но вместе с ними было много и хороших, и я ни за что их не променяю. – Он опустил взгляд на свои руки. – Как думаешь, может быть, мне сначала следует разобраться в самом себе? И понять, что бы я хотел изменить?
Я обняла его.
– Мне очень далеко до твоей мудрости, Лик. Что бы ты ни сделал, я поддержу тебя. Но для начала мы должны избавить тебя от заклинания Обречения.
– Леди Тия, леди Лик. – В зал вошел лорд Эйдан в сопровождении лорда Нокса и Бальфура. Крупный мужчина выглядел особенно бледным, и в этом был виноват отнюдь не выпитый «Светлый Мирет»; даже самых храбрых воинов спасение от ужасной судьбы не могло оставить равнодушными. Как и Лик, он тоже был опоясан защитными рунами. – Полагаю, я должен поблагодарить тебя за то, что ты спасла мне жизнь.
– Но это из-за меня вы подверглись опасности, – возразила я, поднимаясь со своего места. Как и предсказывал Кален, после вчерашнего представления я не смела встретиться с ними глазами. – Если бы Аадил не заметил ази, вас бы всех не коснулась эта участь.
Лорд Нокс усмехнулся:
– Леди Тия, не стоит так краснеть. Все сказанное спьяну остается на дне бокалов, миледи. Мы уже не раз через это проходили.
– Я очень сомневаюсь, что, даже не будь твоего дэва, этот поганый ублюдок, прошу прощения, не обрек бы нас, – продолжил лорд Эйдан. – Первый министр со своими людьми планирует мобилизовать наше войско и оказать помощь Одалии. Дорога до Стены Митры займет три дня. Сейчас, по его словам, пока не имеет смысла торопиться – король Канс прибудет на место приблизительно в то же время. – Он потупил взор. – Я все же надеялся, что тоже смогу присоединиться к ним, но Стефан придерживается иного мнения.
– Вы были обречены и все равно хотите сражаться?