Кален устроился у меня за спиной, Лик и Халад вскочили на своих лошадей.
«Я люблю тебя», – тихо произнесла я. На стороне Фокса что-то шевельнулось, но сам он так и не откликнулся. Кален укутал меня в свой плащ, спрятав мое лицо, и натянул вожжи. Вскоре все три лошади мчались сломя голову по дороге.
– Нам понадобится твоя помощь, чтобы разобраться со стражниками, – сказал мне Халад. – Ты готова?
Я кивнула и сосредоточилась. Призвав руну Предсказания, направила ее в сторону городских ворот. Отыскала сознание одного из солдат. «Не замечай нас», – приказала я ему, добавив к руне заклинание Принуждения. Как только оно подействовало, я устремилась дальше, успокоив мысли всех солдат, которых удалось найти. На этот раз, когда за нами никто не гнался, никто не поднимал тревогу, сбежать было легче.
«Открой ворота», – обратилась я к последнему стражнику, и перед нами распахнулись тяжелые створки. Я затаила дыхание, ожидая, что сейчас кто-то выкрикнет предупреждение, отдаст приказ армии нас окружить и все происходящее окажется ловушкой, но на выезде из города нас встречали лишь факелы надвратных башен и мерцающие огни непослушных фонарей, когда мы покидали наш дом в последний раз.
– Ты позволил ей уйти! – В гневе леди Альтисия становилась совершенно другим человеком. Ее коротко стриженные волосы вздымались точно взволнованный гребень петуха, а округлая фигура странным образом вдруг принимала угловатые очертания. – Почему ты не позвал нас? Что вынудило тебя броситься на кладбище – не в сопровождении отряда солдат или Искателей смерти, а Барда, которого ты подверг опасности? Ты же знал, что не сможешь взять ее один. Любая мало-мальски обозленная старейшина обвинит тебя в пособничестве и подстрекательстве!
Взрослая аша имела полное право злиться, однако Фокс оставался непреклонен и ничем не выдавал своих эмоций, чтобы не допустить испытующих взоров. Он как раз читал письмо Темной аши, когда женщина ворвалась в комнату. Разгладил листы на столе, задержав пальцы на последних словах одной из страниц, и перевел на нее взгляд.
– Насколько ты помнишь, вы были заняты другим делом. – В отличие от аши, его голос звучал почти задумчиво. – Я руководствовался лишь интуицией. Покидая Даанорис, Тия установила между нами преграду Вуали. У меня не было доступа к ее мыслям, оставались только предположения. Но даже будь у меня за спиной все аши квартала Ив, они вряд ли сумели бы арестовать Тию. Сейчас она совсем другая, Альти. Она в любой миг пожертвует всем, если придется.
– Так ты предлагаешь ничего не делать?
– Нет. Я предлагаю отследить местонахождение ази. Нам любыми способами необходимо разузнать, куда подевались остальные ее дэвы. Кион служил лишь отвлекающим маневром. Где сейчас остальные шесть? Именно там нам и следует быть. – Его взгляд сделался жестким. – Она не хочет, чтобы мы входили в Дрихт.
– В кои-то веки я склонна с ней согласиться. Не зря его зовут пустынным королевством. Единственный путь в Сухие земли лежит через дрихтианские города, мы по уши увязнем в них. Даже если повезет, переход через горы до Круга Культа убьет наших солдат. Фокс, я доверяю тебе, но, если дело касается твоей сестры, таких людей найдутся единицы, ты уж меня прости.
– Об этом мы узнаем в свое время, – вмешалась в разговор принцесса Инесса. – Наша армия встречается с войсками Канса в Пещерных горах, где, по его мнению, Аадил сосредоточил свои защитные силы. В этом месте от Дрихта нас отделяет только переправа через море. К тому же тебе прекрасно известно, что старейшины предпочли бы видеть Фокса в темнице независимо от того, активирована руна Вуали или нет. Он спас меня, а также мою мать и Гестию. Только это известие убедило их в его преданности. Если Тия отложит свои поиски сердца сумрака ради охоты на Дружа, у нас появится время. Мы должны найти его раньше нее – возможно, он до сих пор с Аадилом.
Аша насупилась.
– Ну хорошо. Мы отправим разведчиков на поиски остальных дэвов. У нас и так слишком много дел, чтобы еще спорить о том, что уже давно прошло. Ядошанцы предлагают нам свою поддержку, а у нас для размещения гостей практически нет мест. Что касается Канса, король Одалии сейчас не в своем королевстве. Этот парень снова ушел в поход со своей армией, а мы все знаем, чем это закончилось в прошлый раз. Фокс, я до сих пор разочарована в тебе. Не думай, будто я сама бы отказалась от возможности поговорить с Тией. – Тон ее голоса стал спокойным и задумчивым. – Я ведь тоже помогала ее воскрешать.
– Вашему высочеству и императрице Аликс угрожала опасность? – тихо спросил я у принцессы, когда леди Альтисия поспешно удалилась решать новые задачи.
– Искатель смерти по имени Леви оказался не единственной жертвой руны Обречения. В последующие дни и недели, после побега Тии, внезапно прокатилась целая волна нападений обреченных. Одна… одна из моих служанок обратилась посреди тронного зала, прямо у меня на глазах, а за ней тут же еще трое придворных. Совершенно ясно, что следующими целями должны были стать мы. Но Фокс в одиночку убил их всех. – Ее губы тронула легкая улыбка. – Он был неподражаем.
– Инесса, – смущенно начал лорд Фокс, заслышав лестные слова о себе.
Она только отмахнулась от него.
– Тогда Гестия в приступе сумасшествия обвинила его в покушении на убийство и заточила в темнице. Эта молва быстро распространилась среди солдат и Искателей смерти, которые мгновенно выступили в его защиту. Только Темная аша может использовать заклинание Обречения, а Фокс, даже будучи фамильяром, не способен призывать Тьму. Но его несправедливое наказание сработало нам на руку. Многие жители города выступили с протестом – я же говорила тебе, Фокс, что вся наша благотворительная деятельность – это не просто показуха, – и сообщество было вынуждено отпустить его. По прошествии нескольких недель пронеслась новая череда обреченных, только на этот раз Фокс спас Гестию.
Лишь для того, чтобы старейшина умерла ужасной смертью в Даанорисе.
– Но разве доброе имя Темной аши не было восстановлено?
– В некоторой степени да, но оставались еще старейшины. Те не могли самостоятельно сотворить заклинание. Они утверждали, будто сокрытие запрещенных рун не позволяло своенравной Темной аше наложить на них свои руки. Нам так и не удалось доказать их причастность к пропаже сердца Микки, которая тем не менее считала их невиновными. Тия находилась за пределами Киона – слишком далеко, чтобы причинить какой-то вред. Мы зашли в тупик.
– Но не в убийстве ее сестры?
Улыбка принцессы дрогнула.
– Да. Не в нем. Но… Фокс был единственным свидетелем. Без него все доводы против Тии были неубедительны. В конечном итоге именно этот факт окончательно убедил старейшин в том, что он не на ее стороне. Из всех предъявленных ей обвинений только это мы не могли благополучно оспорить.
– Мне пришлось во всем сознаться Микки, обеспечить ее всеми необходимыми ресурсами для защиты Тии. – Взгляд лорда Фокса был неподвижен и бесстрастен. – Мне пришлось. Но это означало поведать старейшинам о том, что на самом деле случилось. В конце концов все это не важно. Одна из моих сестер мертва. Убита рукой собственной сестры. И тут не нужно принимать чью-либо сторону. – Он пролистал оставшиеся страницы писем Костяной ведьмы. – Но мы теряем слишком много времени, – нетерпеливо рявкнул он. – Если здесь есть разгадка, мы обязательно найдем ее в конце…
Тут он замер и высказал вслух мой самый худший кошмар:
– Страницы не дописаны. Последний лист обрывается на середине предложения.
– Что? – Теперь настал мой черед подскочить, ринуться к столу и самому просмотреть письма.
Он был прав. Перед нами была неполная история.