С момента возвращения из Левадии Анхельм заметил, что Рин сильно изменилась. Или открылась ему с другой стороны, тут уже сказать наверняка было нельзя. Ее беспечность сменилась подозрительностью на грани паранойи. Каждый вечер она проверяла все подвалы и подсобные помещения в поместье; окна наглухо зашторивались, ставни закрывались. Потребовала от Анхельма закрыть на ключ комнаты, которые редко использовались, и провела с ним долгую беседу. «Запомни, Анхельм, убийцы никогда не будут вступать с тобой в переговоры, — говорила она. — Они не будут ждать, пока ты приготовишься. Они нападут в самый неудобный момент, когда ты будешь спускаться по лестнице, готовиться ко сну или сидеть в уборной. Они не погнушаются устроить ловушку. Поэтому, если я говорю бежать — беги, прыгать — прыгай, лететь — маши руками что есть силы. Мне нужно полное доверие и подчинение на уровне рефлексов».
Со дня последнего съезда Дворянского собрания прошло полтора месяца, и все это время Рин места себе не находила. Скандал, который разразился тогда, Анхельм запомнил на всю свою жизнь.
~*~
*DISCLAIMER: Как и в случае с Порри Гаттером, никакая часть этого романа не может быть скопирована или воспроизведена без применения копировальной или воспроизводящей техники и распространена по Интернету без помощи доблестных пиратов. Автор всячески приветствует распространение добра по миру, однако просит не забывать, что поставщиком этого самого добра является он, а также заходить на официальную страницу в ВК https://vk.com/itsthepuppetshow
Подписывайтесь, ставьте лойсы, и я буду ответно любить вас, выдавая продолжение истории о Рин.:) Кстати, что там с ней…
Глава 1.2
Рин обнаружила себя лежащей на жесткой больничной койке напротив большого окна, в просторной светлой палате. Солнце клонилось к горизонту, теплый золотой свет создавал ласковый уют. Через открытое окно доносился щебет птиц и хохот детворы. Прохладный ветер забирался под рубашку, по коже шли мурашки. Рин не чувствовала своих ног. Бесполезными кусками мяса они лежали врозь, к ним были примотаны деревянные шины. Руки были привязаны к поручням койки. Очень хотелось пить, правый глаз болел и был закрыт повязкой. В душе царило странное спокойствие. Она чего-то ждала, но не помнила чего именно.
Дверь открылась, в палату вошел печальный Варданис. Он сел на край ее постели, и сказал:
— Рин, поговорить серьезно мы должны.
— О чем же?..
— Об отношениях твоих с речным мастером.
— Не начинай, — предупреждающе протянула она.
— В себе ты замыкаешься, боль и обиду на него по кругу ты гоняешь, и это не дает тебе лечение продолжить. Ведь я не раз уже упоминал, что тела состояние от состояния души зависит.
— Я не хочу с тобой об этом говорить.
— А хочешь ли ты на ноги подняться?
— Ты знаешь, что хочу. Подняться и сбежать отсюда навсегда.
— Но ты не сможешь. К мастеру речному ты привязана. А Фрис… Он не нуждается в тебе.
— Ты не можешь так говорить.
— Я говорю лишь правду, ничего иного. Сама подумай: да если б он тобою дорожил, позволил бы он этому случиться? — Варданис показал на ноги Рин. Девушка опустила голову. — Он Повелитель Рек, казалось бы, почти всесилен. А на деле что же? Не уберег, не спас… И в Истван не приходит даже.
— Он боится. Ему твое присутствие претит.
— О нет. Всего лишь равнодушие его наружу показалось.
Рин не ответила. Варданиса хотелось уничтожить на месте за его глупые слова… Но ведь Фрис и вправду не показывается уже долгое время…
— Позволь себе пожить нормальной жизнью. Ну разве заслужила ты такого отношенья?
— Не тебе решать, как ко мне относится Фрис.
— Но вижу я, что эти чувства мешают исцеленью твоему. Ничто не может быть мне более желанно, чем полное твое выздоровленье.
Рин промолчала в ответ.
Варданис с тяжелым вздохом приподнял ее рубашку и положил руку ей на бедро. Не в силах отодвинуться или помешать, Рин угрожающе зарычала. Мужчина не убрал руку, лишь схватил настойчиво и недвусмысленно.
— Убери! Не трогай! Не прикасайся! — закричала Рин.
— Я не желаю тебе зла, — спокойно ответил Варданис. — Уж если ты прикосновения мои терпеть не можешь, придется вылечиться, чтоб дать мне по рукам моим нахальным.
— А если я дам по рукам твоим нахальным? — послышался из дверей громовой голос. В палату вошел высокий черноволосый мужчина сухопарого телосложения, одетый в белый халат. Варданис сразу же поднялся и уважительно поклонился.