Убей меня (ЛП): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Она отворачивается, сдвигаясь на край сиденья.

— На самом деле, эта информация не стоила того, чтобы получить травму, — протяжно говорит она с легким русским акцентом, который обычно очень умело скрывает.

Я усмехаюсь.

— Приму к сведению.

Уна считает себя неуязвимой, потому что внушает страх. Но это не ее личная заслуга — просто она полагается на самый главный животный инстинкт. Выживание. Люди готовы на все, чтобы выжить, поэтому страх становится ценным союзником. Я давно усвоил, что выживание — это не жизнь, поэтому либо получу то, что хочу, либо умру, пытаясь это получить. А я всегда добиваюсь своего.

Глава 4

Уна

Мы подходим к воротам и ждем в очереди вместе с остальными гостями. Рука Неро скользит по моей талии и, опустившись ниже, располагается на бедре. Я стискиваю зубы, но прилагаю все усилия, чтобы сохранить невозмутимый взгляд и улыбку. Пусть я и убийца, но в первую очередь актриса. Я могу быть кем угодно, могу сыграть любую предложенную роль в любом обличье, потому что убийство, как таковое, — это самая простая часть. Основная проблема в том, чтобы сблизиться с жертвой. Поверьте, когда убиваешь людей вроде тех, с которыми приходится иметь дело мне, необходимо сблизиться с ними, прежде чем сделать выстрел. А у них есть привычка уклоняться от пуль и стрелять в ответ.

Сжав пальцы на моем бедре, он притягивает меня ближе.

— А ты смельчак, — ворчу я себе под нос. Он сдвигает руку, и жар его ладони, проникая сквозь ткань платья, добирается до кожи.

У него вырывается смешок.

— Может, я просто хочу удостовериться в твоем профессионализме.

— Хм, — я улыбаюсь одному из охранников, который обыскивает впереди стоящую женщину, не сводя с меня глаз. Я провожу рукой вдоль своего тела, пока не касаюсь пальцев Неро, после чего нежно обхватываю его руку и сжимаю. Он издает легкое ворчание. — Как думаешь, на каком уровне будет твой профессионализм, если я сломаю тебе руку? — шиплю я сквозь зубы, сладко улыбаясь на публику.

Он склоняется и проводит пальцем по моей щеке.

— Потерпи, Изабэль. Нас сейчас будут обыскивать, а у меня на тебя стояк, — он склоняется еще ниже, почти касаясь губами моего уха. — Я обожаю женщин, склонных к насилию.

А я обожаю заставлять мужчин истекать кровью. На работе я сосредоточена, держу себя в руках, но все же что-то в нем пробуждает желание принять этот вызов, который Неро бросает мне одним своим присутствием. Для посторонних мы должны казаться влюбленной парой — настолько влюбленной, что не в состоянии оторваться друг от друга. Главное — произвести правильное впечатление. Я сильнее сжимаю его руку и вижу, как на мгновение напрягается его лицо. Он немного отстраняется, и я медленно отпускаю его, но не отвожу глаз, когда его пальцы, пробежав по моему бедру, ласково поглаживают верхнюю часть ягодиц.

Стоящую перед нами пару пропускают, и мы подходим к охранникам.

— Разведите руки в стороны, — заученным тоном говорит мне один из них.

Я выполняю приказ и задерживаю дыхание, пока его руки быстро ощупывают мое тело. Он переходит к Неро, и в это же время второй охранник проверяет меня сканером на наличие «жучков». Естественно, ничего не находит. Все, что нужно для убийства Лоренцо, — это только я сама, и ничего такого, что может быть обнаружено или вызовет подозрения. По окончанию обыска Неро улыбается и на итальянском желает им хорошего дня, после чего кладет руку мне на поясницу.

— Прежде чем угрожать мне вывихом плеча, запомни: мы с тобой пара, Morte. И поверь, чем достовернее я продемонстрирую, как сильно хочу тебя, тем сильнее тебя захочет и мой брат, — он понижает голос. Хотя ничего из сказанного этим мужчиной не должно волновать меня, но, как ни странно, я взволнована настолько, что сама заметила это.

— Ну, у вас, итальянских мальчиков, это семейное.

Он пропускает мою фразу мимо ушей, и мы проходим в сад за домом, окруженный высокими каменными стенами. Здесь все оформлено в стиле классических вилл Тосканы: терракотовая черепичная крыша и цветы, растущие вокруг огромного особняка. Как только мы оказываемся во внутреннем дворе, люди начинают здороваться с Неро. Опять же, хотя его имя не имеет большого веса, и я замечаю это по манере общения людей с ним, его врожденная сила придает ему вид победителя. Стоит ему заговорить, как они тут же опускают глаза — даже более старшие по возрасту, которые не должны испытывать к нему такого уважения. Это даже не уважение — это порыв, инстинктивная реакция, возникающая у людей против их воли. Николаю он бы понравился. С такими способностями Неро быстро попал бы в актив. Хотя итальянцы глупы. Для них кровные узы важнее способностей. Последнее, в чем я убедилась в жизни: тот факт, что твой отец трахнул твою мать не делает тебя достойным уважения. Но у итальянцев так заведено. Кто я такая, чтобы судить?

Согласно легенде, Неро представляет меня как Изабэль Джейкобс — американку, с которой он встречается, пока семья не подыщет для него благовоспитанную итальянскую девушку и не заставит жениться на ней. Опять же традиции. На меня смотрят так, как в мафиозных кругах смотрят на любую женщину: симпатичный аксессуар, единственная ценность которого заключается в умении раздвигать ноги и готовить еду. Ни то, ни другое не входит в набор моих навыков. За время своей работы я поняла, что мне на руку, когда женщину недооценивают и быстро списывают со счетов.

Мы пробыли здесь уже минут двадцать, прежде чем я увидела Лоренцо и поняла, что он давно наблюдает за мной. Он стоит под руку со своей невестой, и выглядит она испуганной. На вид ей не больше двадцати. Большие зеленые глаза и темные волосы, волнами струящиеся по спине. Что ж, я спасу ее от вынужденного брака по расчету. На мгновение я встречаюсь глазами с Лоренцо, и когда он не отводит взгляд, дарю ему легкую улыбку, после чего опускаю ресницы, словно стесняюсь. Посмотрев на него снова, я вижу, что его внимание переключилось на Неро, стоящего слева от меня. Взгляд его полон неприязни.

Неро стоит в окружении верных парней, готовых есть из его рук. Они смеются и говорят по-итальянски — явный намек на то, что этот разговор не для моих ушей. Естественно, я понимаю каждое произнесенное ими слово. Но отталкиваю от себя Неро, и он, сдвинув брови, бросает на меня сердитый взгляд. Я делаю вид, что злюсь, и убегаю прочь. Возле небольшого открытого бара я протискиваюсь мимо группы стоящих здесь женщин, изящно сжимающих пальчиками тонкие ножки фужеров с шампанским.

Вежливо улыбнувшийся мне бармен похож на пингвина в смокинге.

— Водку со льдом, — говорю я ему.

Он наполняет стакан прозрачной жидкостью — от соприкосновения с алкоголем кубики льда потрескивают — и придвигает его мне.

— Иногда женщины предпочитают что-то покрепче.

Мои губы медленно растягиваются в улыбке, когда я поворачиваюсь к владельцу голоса с едва уловимым акцентом. Лоренцо не такой высокий, как брат, и, совершенно точно, не обладает такой же аурой могущества, несмотря на свое главенствующее положение. У него такие же темные волосы и темно-карие глаза, такие же высокие скулы и твердая линия подбородка, что вкупе с полными губами, я уверена, заставляет женщин терять голову. И все же, говоря объективно, Неро круче во всех отношениях.

— Всегда, — я подношу напиток к губам и делаю глоток, глядя на Лоренцо поверх стакана. Он поворачивается, прислоняется спиной к барной стойке и обводит взглядом собравшихся на поляне людей.