Бар поразил ее своей тишиной. Зал был довольно хорошо освещен, хотя и затянут табачным дымом. У многочисленных игровых автоматов, выстроившихся вдоль дальней стены, не было никого, лишь несколько мужчин, сидевших за столиками по двое или по трое, спокойно потягивали напитки ярких цветов. Устроившиеся у барной стойки четыре девицы в кричащих нарядах болтали о чем-то своем. Позади прилавка, словно на троне, восседал хозяин, здоровенный толстяк в грязной рубашке, с мерзким и хитрым лицом; рядом с ним, под рядами бутылок, виднелся разнообразный ассортимент резиновых дубинок и рукоятка огромного шестизарядного револьвера.
Стелла оперлась о стойку. Хозяин заведения щелкнул пальцами, появилась бесцветная официантка.
— О! Мне все равно чего, — сказала Стелла. — Бурбон с содовой, если можно.
Хозяин наклонился к ней:
— Только что прибыли? Ищете работу?
— Нет, ищу одного человека.
Хозяин присвистнул.
— Что ж, ему повезло! И кто же это?
— Тераи Лапрад.
— Тогда понятно! Простите, он вам назначил свидание у меня?
— Нет, но мне сказали, что я смогу найти его здесь.
Хозяин посмотрел на свои часы.
— Действительно, скоро должен появиться, чтобы начать свой праздничный обход.
Он наклонился еще ниже и доверительно произнес:
— Послушайте, вы, похоже, девушка серьезная. Уходите отсюда, пока Лапрад не явился. Когда вы прибыли в Порт-Металл?
— Сегодня после полудня.
— Стало быть, на «Сириусе»? Странно, вы не похожи на человека, который стал бы путешествовать на такой развалине. Я вот что вам скажу: здесь девушки уже через месяц после прилета выскакивают замуж или же кончают очень плохо. На Земле у меня осталась дочка, сейчас еще учится. Ей, конечно, недостает вашего шика, но вы напомнили мне ее, потому я и хочу предупредить вас. Уматывайте отсюда! Возвращайтесь на Землю, на Марс, Зои, Нова-Италию, или откуда вы там прибыли! Уматывайте как можно скорее, если только вы не явились сюда, чтобы присоединиться к вашему жениху, но в таком случае вы бы не искали Тераи. Но помните, если вдруг жизнь даст трещину, работенка для вас у меня всегда найдется.
— Спасибо, но я не намерена выскакивать замуж, да и «плохо кончать», как вы выразились, не собираюсь!
— Что ж, старина Жозеф Мартиссу вас предупредил. А вот, кстати, и он, ваш Лапрад!
глава 2
Ночь изыскателей
Улица огласилась ужасным звоном кастрюль, ударяемых одна о другую, дикими воплями и громким хохотом.
Дверь распахнулась, словно выбитая взрывом. На пороге, внесенный людским потоком, появился мужчина, настоящий гигант. Он остановился на секунду на пороге, придерживая раскинутыми в стороны руками обе створки, и глаза его мгновенно обежали зал. Яркий свет бил ему прямо в лицо, и Стелла успела разглядеть его, прежде чем он прошел в зал.
Ростом он был около двух метров, плечи — такие широкие, что невольно возникал вопрос, как он ухитряется проходить в двери прямо, — казались еще более широкими из-за тонкой талии. На нем был туземный наряд с бахромой и жемчужным бисером вдоль швов; жилет из мягкой коричневой кожи оставлял обнаженными огромные руки и мощную шею. Но больше всего поразила девушку его голова. Смоляные, коротко подстриженные волосы не затеняли высокого смуглого лба, под которым сверкали странные глаза с косым разрезом и тяжелыми монголоидными веками. Очень темные, почти черные, они были неподвижными и зоркими, как у хищной птицы. Немного широкий нос с горбинкой, тонкогубый иронический рот, выступающие скулы и подбородок с ямочкой завершали эту маску, исполненную силы и угрозы.
Испустив невнятное рычание, гигант выпятил грудь так, что жилет едва не лопнул по швам, и двинулся к стойке.
— Эй, командир, налей-ка всем по первой!
Голос был властным и суровым.
— Тут тебя ждут, Тераи, — проговорил хозяин бара, показывая на Стеллу. — Не проститутка.
Повернувшись к девушке, гигант обвел ее пристальным, изучающим взглядом. Тем не менее то не был «раздевающий» взгляд тех ловеласов, которых ей доводилось встречать на Земле. Он иронично поклонился.
— Это вы меня ищете? Очарован, мадемуазель, — проговорил он по-французски. — Но, быть может, — добавил он, — вы предпочитаете, чтобы я говорил по-английски?
— Мне все равно. Я хотела бы предложить вам одно дело.