— Иолия — не моя, и я не сомневаюсь в твоей храбрости. Я крайне признателен тебе за то, что ты осталась охранять меня, даже если это больше смахивало на безумие. Думаю, Иолия поступила бы так же, хотя, вероятно, и с меньшим успехом. Помоги мне встать, я голоден.
— Держи, вот рюкзак с провизией. У нас осталось всего ничего. Обо мне не думай, я уже поела. Что будем делать, когда пища закончится?
— Попробуем местное мясо или фрукты, если найдем. Каков будет результат, сказать не могу.
— Как только подумаю обо всех инструментах для анализа, которые остались на катерах!.. Кстати, вчера вечером я видела катер, летевший внизу, далеко-далеко… Я подавала сигналы, но меня не заметили.
— Они, несомненно, вернутся. Чем быстрее мы поставим флаг или что-то вроде этого на вершине горы, тем будет лучше. Помоги-ка, я попробую идти.
Он сделал несколько неуверенных шагов, опираясь на ее плечо, потом бессильно опустился на землю.
— Иди вперед.
— Я не могу оставить тебя одного!
— Днем нам мало угрожает. Я пойду короткими переходами. Не знаю, что за яд у этих насекомых, но я чувствую себя таким слабым, словно из меня высосали половину крови! Где наши боеприпасы?
Анаэна протянула ему оружие, он проверил его при слабом свете умирающего огня, скривился.
— В одном два заряда, в другом — шесть. Скорей бы нас подобрали, не то мне придется изготовить лук и стрелы!
Они двинулись в путь с первыми лучами зари. Тинкар шел с трудом, но, к его радости и удивлению, по мере продвижения усталость скорее уходила, нежели усиливалась. Тем не менее он отправил Анаэну вперед и догнал ее только после полудня. Склоны старого вулкана были не очень крутыми, но их загромождали каменные блоки, между которыми росли густые кустарники; нередко встречались и овраги.
На ночь они устроились под навесом старой, изъеденной эрозией скалы — крышей им служил древний застывший поток лавы. Вокруг поблескивали сколы обсидиана.
— Ну вот, будет из чего изготавливать наконечники стрел, если нас вовремя не отыщут, — пошутил он. — Наступает вечер, пора разжигать костер.
Они собрали на крохотной площадке большую кучу сушняка и стволов мелких деревьев, и вскоре в ночи весело вспыхнуло пламя.
— Теперь я настроен оптимистично, Анаэна. Помню, перед стартом я сказал патриарху, что собираюсь начать разведку прямо под точкой расположения «Тильзина». Это несколько сужает площадь поисков, а то, что ты видела катер, доказывает одно — этот район обследуют.
Она вдруг спросила:
— Ты любишь Иолию?
Он посмотрел на нее с любопытством.
— Не знаю. Думаю, да.
— Ты уже дал ей слово?
— Нет, а что?
— Ничего. Просто хотела знать. А Орена?
— Думаю, я ее никогда не любил. Но мне в тот момент был нужен хоть кто-то. Я ее забавлял, она поддерживала меня морально. Мы квиты.
После этих слов они надолго замолчали. Затем Тинкар встал.
— Я подежурю первым. Иди спать.
— Нет, дежурить должна я, — возразила Анаэна. — Я меньше устала.
— Я разбужу тебя, как только почувствую утомление. Иди!
Он уселся, прислонился к скале, и именно в этом положении его застигла вспышка света. Луч ударил с неба, пробежал по склону и застыл на нем. Тинкар вскочил и замахал руками, крича:
— Анаэна! Они здесь! Они здесь!