34. ЛЮДИ КО-РО-БА
— Отец! — воскликнул я. — Отец!
Я бросился в объятия Мэтью Кабота, который со слезами обнял меня и, казалось, никогда не выпустит.
Снова я вижу это строгое сильное лицо, эту квадратную челюсть. густую буйную гриву волос, так похожую на мою, это сухощавое тело, эти серые глаза, сейчас полные слез.
Я почувствовал удар по спине, чуть не упал, повернулся и увидел огромного мускулистого Олдера Тарла, моего учителя в оружейном искусстве; он хлопал меня по плечу, и его ладони были подобны копытам тарна.
Кто-то потянул меня за рукав, я взглянул и чуть не попал углом свитка в глаз. Свиток держал маленький человечек в синем.
— Торм! — воскликнул я.
Маленький человек закрыл песочного цвета волосы и водянистые светлые глаза широким рукавом своей одежды и без стыда плакал, прижавшись ко мне.
— Ты испачкаешь свой свиток, — предупредил я его.
Не поднимая головы и не переставая плакать, он переложил свиток под другую руку.
Я схватил его, закружил, лицо его открылось, и Торм из касты писцов громко закричал от радости, его песочные волосы развевались на ветру, слезы бежали по лицу, но он так и не выпустил из рук свиток, хотя чуть не ударил им Олдера Тарла. Но вот он зачихал, и я осторожно опустил его.
— Где Талена? — спросил я у отца.
При этих словах Вика отступила.
Но радость моя тут же исчезла, потому что лицо отца приняло серьезное выражение.
— Где она? — спросил я.
— Мы не знаем, — ответил Олдер Тарл, потому что отец не мог найти слов.
Отец взял меня за плечи.
— Сын мой, — сказал он, — жители Ко-ро-ба рассеяны, и никто из них не мог встречаться, и от города не осталось камня на камне.
— Но вы здесь, — возразил я, — три человека из Ко-ро-ба.
— Мы встретились здесь, — сказал Олдер Тарл, — и так как казалось, что наступает конец мира, мы решили в последние мгновения держаться вместе
— несмотря на волю царей-жрецов.
Я посмотрел на маленького писца Торма, который перестал чихать и теперь вытирал нос рукавом своей голубой одежды.
— Даже ты, Торм?
— Конечно, — ответил он. — В конце концов царь-жрец — это всего лишь царь-жрец. — Он задумчиво потер нос. — Впрочем, — согласился он, — и этого достаточно много. — Он посмотрел на меня. — Да, вероятно, я храбр. — Посмотрел на Олдера Тарла. — Не говорите другим членам касты писцов, — предупредил он.
Я улыбнулся про себя. Торм явно хотел отделить друг от друга законы касты и добродетели.
— Я всем скажу, — добродушно ответил Олдер Тарл, — что ты самый храбрый из всех писцов касты.
— Ну, если так сформулировать, возможно, эта информация не принесет вреда, — согласился Торм.
Я взглянул на отца.
— Ты думаешь, Талена здесь?
— Сомневаюсь, — ответил он.