Гунны: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Да как же он ехал на лошади целый день, он же рассыпаться мог? И тут старик, будто прочитав мои мысли, легко, не хуже подростка-кочевника, спорхнул со своего коня и направился к нам.

Иргек и Ирек, приложив правые руки к сердцу, склонились перед ним и одновременно сказали:

— Приветствуем тебя, хан Баджанак.

Но хан, даже не взглянув на них, подошел ко мне и крепко обнял меня так, что кости захрустели.

«Ого, у шала-то силищи еще хватает», — подумал я с удивлением.

— Прости меня, мой внук! — проговорил он сквозь слезы.

«За, что?» — подумал я, с еще большим удивлением посмотрев ему в лицо, но сказать ничего не смог. Меня охватила робость перед ним. Несмотря на все его телесное тщедушие, от него исходила почти осязаемая аура власти и силы. От чего я и стал «тормозить».

— Прости, Богра, за то, что я не смог уберечь твою аже и свою дочь! — снова сказал он.

— Что случилось, хан? — враз выкрикнули Иргек и Ирек.

Баджанак повернулся к ним, на его лице появилось деланное удивление и вопрос, как будто он только сейчас увидел их стоящих рядом со мной.

— Мы советники и родственники вашего правнука, кагана всех кочевников и властелина Великой степи Богра, потомки младшего сына великого кагана Моде Иргек и Ирек, — проговорили они, снова склонившись перед ним.

Баджанак повернулся и посмотрел на меня, будто спрашивая: правда ли это. Я машинально кивнул.

Хан снова повернулся к близнецам и тихо произнес:

— Так вы еще не знаете? — а затем, уже обращаясь к стоящим позади меня тысячникам, сотникам и всей моей армии, неожиданно для его старческого тела громким и звучным голосом профессионального оратора выкрикнул:

— Так вы еще не знаете? Пять дней назад этот полукровка, сын ханьской шлюхи Шымыр, во главе двух туменов усуней и трех туменов ханьцев разорил кочевья саков и усуней принявших покровительство моего внука — великого хана Богра. Город, построенный его отцом — великим ханом Шоже — на реке Талас они сожгли и разрушили, а всех жителей, не успевших укрыться, убили. Они убили и мою дочь — Тураки!

Глава восьмая

— Вождь! Парман с остатками армии укрылись в Самарканде, — сообщил воин в желтом плаще, накинутом поверх золоченных доспехов.

Буюк, продолжая мрачно наблюдать за боем нескольких тысяч гуннов и канглы с девятью туменами, объединенной армии хорезмийцев и саков, махнул рукой стоящему рядом лучнику, который вскинул лук и пустил в небо горящую стрелу. В следующее мгновение все войско кочевников, повернувшись почти одновременно, вышло из боя и поскакало по направлению к городу.

Войско хорезмийцев остановилось и не преследовало отступающих. На это и надеялся Буюк, когда он с командирами армии согдийцев поняв, что сражение с двукратно превосходящей армией врага проиграно, решили вывести основные силы из боя, а кочевников оставить прикрывать их отход. Буюк надеялся, что командующим армией хорезмийцев должен быть опытный воин, прошедший десятки, если не сотни, стычек и битв с не прекращающими свои набеги кочевниками. И такой военачальник, прекрасно осведомленный о тактике кочевников ложного отступления для заманивания сил врага в ловушку, должен был побояться продолжать преследование отступающих воинов.

Буюк, уже направляясь в Самарканд в сопровождении посыльного согдийца и лучника, увидел, как от основной армии кочевников отделилось несколько сотен гуннов и, не сбавляя темпа, направились на северо-восток.

«Лошан наконец решился предать Богра, но у парня хватило достоинства дождаться окончания битвы», — ухмыльнулся про себя Буюк и, хлестнув коня камчой, ускорил его бег.

— Где Праман? — спросил Буюк у командира стражи западных ворот, в арку которых он въехал.

— В своих покоях, господин, — ответил он.

— Хоше, передай тысячникам и сотникам, чтобы они собрались в тронном зале дворца, — приказал он лучнику гунну и галопом направил своего коня по широкой улице в сторону центра города, сбивая по пути не успевших увернуться перепуганных самаркандцев. Воин в желтом плаще, не отставая, следовал за ним.

Буюк соскочил с коня у огромных парадных дверей дворца и, пробегая мимо стражи, которые едва успели открыть перед ним двери, почти рыча, спросил у них:

— Где покои Пармана?

— На верхнем ярусе правого крыла, — заикаясь, ответил стражник уже в спину спешащего вождя усуней.

При приближении Буюка два здоровенных стражника в полных доспехах гвардии царя Согдианы, у дверей спальни Пармана, скрестили копья перед ним.

Буюк, не останавливаясь, молча приблизился к ним и, правой рукой рванув одного стражника за копье к себе, встретил его левым локтем в скулу. Не успел первый упасть, Буюк припечатал затылком к стене второго стражника с такой силой, что тот тоже рухнул под его ноги.

Буюк пнул освободившуюся дверь, которая от силы удара слетела с петель, и вошел с криком: