Растоптавший бабочку Брэдбери (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«…«Вставай, приятель, мы уходим!» Я проснулся в мокрой от росы траве. Сквозь свистящую автоматную очередь мы ринулись обратно в нашу траншею и заняли оставленную французами позицию на опушке леса. Сладковатый запах и застрявший в проволочном заграждении сверток привлекли мое внимание. В предрассветном тумане я выскочил из траншеи и очутился возле съежившегося французского трупа. Сгнившее тело рыбьего цвета зеленовато светилось из разодранной униформы. Обернувшись, я в ужасе отпрянул: рядом со мной, у дерева, примостилась какая-то фигура. На ней была блестящая французская кожаная куртка, а на спине – все еще набитый до отказа ранец, увенчанный круглым котелком. Пустые глазницы и редкие кисточки волос на черно-коричневом черепе выдавали, что передо мной был мертвец. Другой сидел, перекинув туловище через колени, будто его внезапно сломило. Вокруг лежали еще дюжины трупов, сгнивших, оцепенелых, ссохшихся в мумии, застывших в жуткой пляске смерти. Французы месяцами выдерживали такую жизнь возле павших товарищей, не имея возможности их похоронить...

... Мы перепрыгнули через несколько окопов и наспех вырытых кусков траншей. Как раз когда я находился в прыжке над одним, более тщательно вырытым окопом, сквозная пуля ударила меня в грудь, подбив, как дичь на лету. С пронзительным криком, в звучании которого из меня, казалось, выходила сама жизнь, я несколько раз крутнулся и грохнулся на землю.

Тяжело ударившись о дно окопа, я отчетливо осознал, что это действительно конец. Однако странным образом это мгновение относится к немногим, о которых я могу сказать, что оно было истинно счастливым. Точно в каком-то озарении я внезапно понял всю свою жизнь до самой глубинной сути. Я ощутил безмерное удивление, что вот сейчас все кончится, но удивление это было исполнено странной веселости. Потом огонь куда-то отступил, и, словно над камнем, надо мной сомкнулась поверхность шумящих вод...

...Внезапно, как рушится плотина в наводнение, пронесся крик ужаса: «Они прорвались слева! Мы погибли!» В это ужасное мгновение я ощутил, что жизненная сила снова, как искра, вспыхнула во мне. Мне удалось двумя пальцами впиться в дыру на высоте руки, проделанную в стене траншеи мышью или кротом. Я медленно поднялся, скопившаяся в легких кровь текла из ран. По мере того как она вытекала, я ощущал облегчение. С непокрытой головой и в распахнутом мундире, с пистолетом в руке я уставился на сражение.

Сквозь белесые клубы дыма прямо на нас бежала цепь людей в полном боевом снаряжении. Некоторые падали и оставались лежать, другие перевертывались, как подстреленные зайцы. За сто метров до нас воронки поглотили оставшихся. Должно быть, это был совсем юный отряд: они выказывали рвение, свойственное неопытности.

Как по нитке, по гребню возвышенности ползли четыре танка. В несколько минут они были растоптаны артиллерией по земле. Один развалился пополам, как игрушка из жести. Справа, шатаясь, опустился на землю с предсмертным криком фаненюнкер Морман. Он был храбр, как молодой лев. Это я знал еще по Камбре. Его уложил выстрел прямо в лоб, нацеленный точнее, чем тот, рану от которого он мне тогда перевязывал.

Дело, казалось, было еще не проиграно. Я прохрипел фенриху Вильски, чтоб он полз налево и своим пулеметом заткнул прорыв. Он вернулся очень быстро и сообщил, что в двадцати метрах уже все занято: там были части совсем другого полка. До сих пор я стоял, держась левой рукой, как за руль, за пучок травы. Теперь я смог повернуться, и мне открылась странная картина: англичане частично проникли на участок траншеи, слева примыкавший к нашему, частично же двигались вдоль нее со штыками наизготовку. Едва я успел осознать близость опасности, как новый, еще более неожиданный сюрприз ошеломил меня. За моей спиной еще двигались атакующие: это по направлению к нам вели пленных с поднятыми руками. Итак, враг почти сразу же после того, как мы пошли на штурм, проник в деревню. Теперь мешок был затянут. Он отрезал нас от своих соединений.

Картина все больше оживлялась. Англичане окружили нас и потребовали бросить оружие. Произошло замешательство, как на тонущем корабле. Слабым голосом подбадривал я рядом стоящих к борьбе. Они стреляли в своих и чужих. Наша горстка была окружена немым молчанием и криками. Два могучих англичанина слева погружали свои штыки в траншею, откуда к ним моляще тянулись руки.

И под нами стали раздаваться пронзительные голоса: «Нет смысла! Снимай оружие! Не стреляйте, ребята!»

Я взглянул на двух офицеров, стоящих рядом со мной в траншее. Они беспомощно улыбнулись в ответ и бросили на землю свои портупеи.

Теперь выбор оставался только между пленом и пулей3...»

«Годится! – сделал вывод он, - у малого, явно был литературный талант... Если время будет – надо будет обязательно почитать».

Вдумчиво шаря по самым неожиданным местам, ища всевозможные нычки оставшиеся от реципиента, он обнаружил тощую пачку денег - которые из-за скачущей в это время инфляции, скорее всего уже ничего не стоили и, заводского изготовления, стальной австрийский кастет с четырьмя шипами и клеймом «H. STEINBRUCK GRAZ». Кастет был грубо доработан напильником – подогнан «по месту» и, в руке сидел как влитой...

«На первое время сойдёт, - подумал он и сунул обе находки в карман, - а там видно будет».

Ничего больше значимого не найдя, Эрик раздевшись прилёг на кровать и, продрых как сущий младенец до самого обеда. Пообедав и, не удержавшись от того, чтобы не побесить дядюшку - сделав ему пару язвительных замечаний по поводу качества сервиса, он прихватив с собой кофейник, чашку и спиртовку для подогрева, опять поднялся к себе наверх, где его ждал целый ворох старых газет.

Рисунок 8. В Веймарской республике, была жуткая инфляция…

Рисунок 8. В Веймарской республике, была жуткая инфляция…

Усевшись за стол, Эрик принялся за работу...

Рисунок 9. Штатный образец кастета, предназначенный именно для военных, точнее, для штурмовых подразделений.

Рисунок 9. Штатный образец кастета, предназначенный именно для военных, точнее, для штурмовых подразделений.

Дядюшка Фриц был изрядный скряга - не выкидывающий без крайней нужды, даже говённую бумажку!

...Тьфу! До этого, конечно не доходило, но здесь были даже изрядно пожелтевшие, бывало – сильно рванные или перепачканные чем-нибудь, довоенные газеты... Такие и, им подобные, Эрик откладывал в сторону: его интересовал последний год, даже – последние несколько месяцев.

По большей части, это была местная «жёлтая пресса» - газет с таким название, он даже не помнил! Затем, крупнейшие общегерманские германские газеты – которые, даже нацисты в 30-ых не осмелились закрыть: «Frankfurter Zeitung», «Kolnische Zeitung», «Deutsche Allgemeine Zeitung»...  Далее, по списку: «Der Social-demokrat» - центральный орган Социал-демократической партии Германии (СДПГ), «Freiheit» - ежедневная газета независимых социал-демократов.

Вообще то, политических партий в Веймарской республике было - как собак нерезаных и, у каждой партии, была своя газета - а то и, не одна. Перечислять все – сухой мозоль на языке натрёшь!

Дядюшка, был на удивление всеяден, поэтому у него обнаружилась пара номеров газеты немецких коммунистов – «Die Rote Fahne»...

Ну и, официальный орган нацистской партии - газета «Volkischer Beobachter», куда от неё деваться! Nationalsozialistische Deutsche Arbeiterpartei (NSDAP), тогда была ещё не общегерманской, а партией  «среднего класса» - мелких торговцев, бюргеров и сельских хозяев. Череда кризисов и инфляция, подорвала их благополучие - по сути уровняв с пролетариями и, теперь они, живя в постоянной атмосфере страха и неуверенности в завтрашнем дне, винили во всех своих бедах Версаль, красных и евреев... А дядюшка Фриц, как раз был из таких!

Эрнест Рубель – вселенец в тело Эрика Юнгера, имел специальную подготовку и обладал техникой скоростного чтения. Ему хватало лишь одного взгляда на статью, размером в четверть стандартной газетной страницы - чтоб понять в чём суть и, если надо воспроизвести её буквально дословно... Поэтому, весь процесс долго времени не занял.

Эрик, достаточно хорошо знал историю Германии того периода, как и мировую в целом и, с удовлетворением мог констатировать, что этот мир – «тот»! А в мире сейчас растущая экономическая стабильность, социальная база нацистов сжимается как шагреневая кожа Оноре де Бальзака и, на парламентских выборах 20 мая этого года, NSDAP потеряет сто тысяч голосов и два места в Рейхстаге. И, ничто казалось, не предвещает Великую депрессию, победу нацистов в 33-ем и последующий большой «Армагендец».

Но, что касается Советской России...

Эрик, глазам своим – вылезшим из орбит от удивления, сперва не поверил - а газета вывалилась у него из рук!