Читать книгу «Рассказы о металлах» онлайн.
- Разумеется, храм - это наших рук дело, и двух мнений тут быть не может. Мы, каменщики, выложили его кирпич к кирпичу. Взгляните, какие прочные стены, арки, своды. Века простоит он во славу царя Соломона.
- Спору нет, основа храма каменная, - вмешался плотник, - но судите сами, дорогие гости, хорош был бы этот храм, если бы я и мои товарищи не потрудились в поте лица. Приятно было бы вам смотреть на голые стены, не отделай мы их красным деревом да ливанским кедром? А наш паркет из лучших пород самшита - как радует он взор! Мы, плотники, по праву можем считать себя подлинными творцами этого сказочного дворца.
- Смотрите в корень, - прервал его землекоп, - хотел бы я знать, как эти хвастуны (он кивнул в сторону каменщика и плотника) возвели бы храм, если бы мы не вырыли котлован для его фундамента. Да ваши стены вместе с отделкой рассыпались бы от первого порыва ветра, как карточный домик!
Но царь Соломон недаром был прозван мудрым. Подозвав к себе каменщика, он спросил:
- Кто делал твой инструмент?
- Конечно, кузнец, - ответил удивленный каменщик.
- Ну, а твой? - обратился царь к плотнику.
- Кто же, как не кузнец, - не раздумывая, сказал тот.
- А твои лопату и кирку? - поинтересовался Соломой у землекопа.
- Ты же знаешь, царь, что их мог сделать только кузнец, - был ответ.
Тогда царь Соломон встал, подошел к скромному закопченному чело-, веку - это и был кузнец. Царь вывел его на середину зала.
- Вот кто главный строитель храма, - воскликнул мудрейший из царей. С этими словами он усадил кузнеца рядом с собой на парчовые подушки и поднес ему чарку доброго вина.
Такова легенда. Мы не можем ручаться за достоверность описанных событий, но, как бы то ни было, в легенде отразилось огромное значение, которое издревле придавал железу человек.
Первое железо, попавшее еще в глубокой древности в руки человека, было, по-видимому, не земного, а космического происхождения: железо входило в состав метеоритов, падавших на нашу планету. Не случайно на некоторых древних языках железо именуется «небесным камнем». В то же время многие крупные ученые еще в конце XVIII века не допускали и мысли о том, что Вселенная может «снабжать» Землю железом. В 1751 году вблизи немецкого города Ваграма упал метеорит. Спустя сорок лет венский профессор Штютц писал об этом событии: «Можно себе представить, что в 1751 году даже самые просвещенные люди в Германии могли поверить в падение куска железа с неба, - насколько слабы были тогда их познания в естественных науках... Но в наше время непростительно считать возможным подобные сказки».
Такой же точки зрения придерживался и известный французский химик Лавуазье, который в 1772 году соглашался с мнением ряда своих коллег, что «падение камней с неба физически невозможно». В 1790 году французская Академия наук даже приняла специальное решение: впредь вообще не рассматривать сообщений о падении камней на Землю, поскольку ученым мужам была совершенно очевидна нелепость «россказней» о небесных пришельцах. Но ничего не подозревавшие о грозном решении французских академиков метеориты продолжали частенько посещать нашу планету и тем самым смущать покой светил науки.
Фактов, подтверждающих это, накапливалось все больше и больше, а факты, как известно, вещь упрямая, и в 1803 году французская Академия наук (ничего не попишешь!) вынуждена была признать «небесные камни» - отныне им разрешалось падать на Землю.
На поверхность Земного шара ежегодно выпадают сотни тысяч тонн метеоритного вещества, содержащего до 90% железа. Самый крупный железный метеорит найден в 1920 году в юго-западной части Африки. Это метеорит «Гоба», весящий около 60 тонн. В 1896 году известный американский полярный исследователь Роберт Пири нашел во льдах Гренландии железный метеорит весом 33 тонны. С колоссальными трудностями находка была доставлена в Нью-Йорк, где и хранится до сих пор.
Но истории известны случаи, когда вес космических странников, встретивших на своем пути Землю, был неизмеримо больше. В 1891 году в Аризонской пустыне была обнаружена громадная воронка диаметром 1200 метров и глубиной 175 метров. Ее образовал гигантский железный метеорит, упавший здесь в доисторические времена.
Американцы проявляли к метеориту большой интерес, который к тому же еще подогревался слухами, будто бы в осколках метеорита найдена платина. Было даже создано акционерное общество по использованию метеорита в промышленных целях. Однако поживиться на «небесном подарке» оказалось нелегко: алмазный бур сломался, как только дошел до основной массы метеорита, лежащей на глубине 420 метров, и метеоритные бизнесмены, не найдя в образцах пробуренной породы платины, свернули свои работы. По мнению ученых, Аризонский метеорит весил несколько десятков тысяч тонн. Возможно, когда-нибудь металлурги вновь заинтересуются им.
Метеоритное железо сравнительно легко подвергалось обработке, и человек начал изготовлять из него простейшие орудия. Но, увы, метеориты не падали по заказу, а нужда в железе была постоянной, поэтому люди стремились научиться извлекать его из руд. И вот настало время, когда человек уже мог использовать не только небесное железо, но и свое, земное. На смену бронзовому веку пришел век железный.
Железо - один из наиболее распространенных на Земле элементов: земная кора содержит около 5% железа, или 755 000 000 000 000 000 тонн. Однако лишь примерно сороковая часть этого количества сконцентрирована в виде месторождений, пригодных для разработки. Основные рудные минералы железа - магнетит, гематит, бурый железняк, сидерит. Магнетит содержит до 72% железа и, как показывает его название, обладает магнитными свойствами. Гематит, или красный железняк, содержит до 70% железа; название минерала происходит от греческого слова «гема» - кровь. Само же слово «железо» произошло, как полагают одни ученые, от санскритского слова «джальжа» - металл, руда. Другие считают, что в основе русского названия элемента лежит санскритский корень «жель», означающий «блестеть», «пылать».
Любопытна техника отыскания железных руд в древности. Для этой цели применяли специальные «волшебные» лозы - легкие ореховые прутья с развилкой на конце. Рудоискатель брал лозу за рожки, сжимал руки в кулаки и пускался в путь. При этом требовалось строжайше соблюдать поисковую «технологическую инструкцию», которая гарантировала успешные поиски лишь в том случае, если пальцы древнего геолога все время были обращены к небу. По-видимому, все неудачи тогдашних рудоискателей (а неудач, к сожалению, было гораздо больше, чем удач) и объяснялись нарушением «технологии» поиска. Если же были соблюдены все необходимые условия, то в тот момент, когда ищущий наступал на железную жилу, лоза тут же опускалась, указывая, где находится руда.
Уже в те времена многие понимали, сколь примитивны подобные способы. Автор первого труда по металлургии известный немецкий ученый XVI века Георг Агрикола писал: «Настоящий горняк, в котором мы хотим видеть основательного и серьезного человека, не станет пользоваться волшебной палочкой, ибо мало-мальски сведущий в природе вещей и рассудительный человек понимает, что эта вилка ему в этом деле никакой пользы не принесет, но что он имеет в своем распоряжении естественные признаки руды, которыми он и должен руководствоваться». Однако еще много лет спустя поиски руды, например, на Урале, нередко велись при помощи лозы. Поклонников этого способа высмеял М. В. Ломоносов. «По моему рассуждению, - писал он, - лучше на такие забобоны или, как прямо сказать, притворство, не смотреть».
Московское государство начало остро нуждаться в железе еще в XVII веке. Царь Алексей Михайлович снаряжал экспедицию за экспедицией для поисков новых залежей железной руды. Рудоискатели должны были узнать, «где какая руда объявится», определить, «сколько ее чаять будет, и как лежит, и чаять ли ей быть прочной». Но поиски оказались безрезультатными.
В первые же годы своего царствования Петр I издал Указ: «Искать всякому литому и кованому железу умножения, стороннего светского (шведского - С. В.) железа пронять было мочно, и стараться, чтобы русские люди тем мастерством были изучены, дабы то дело в Московском государстве было прочно». А для тех, кто пытался бы утаить найденные руды, Указом предусматривались «жестокий гнев, неотложное телесное наказание и смертная казнь».
Вскоре с Урала поступило сообщение о том, что у горы Высокой найдены богатые залежи «магнитного камня»: «...Среди горы пуповина чистого магнита, а кругом леса темные и горы каменные...» Присланные в Москву образцы руды получили высокую оценку специалистов, и царь приказал немедленно приступить к строительству металлургических заводов. Крупнейший из уральских заводов - Невьянский - Петр передал тульскому мастеру и железозаводчику Никите Демидовичу Антуфьеву (впоследствии принявшему фамилию Демидов), поставив перед ним задачу добиться того, чтобы Россия прекратила ввоз железа из-за границы. Завод должен был выпускать «пушки, мортиры, фузеи, шпаги, сабли, тесаки, палаши, копья, латы, шишаки, проволоки».
О знакомстве Петра I с Никитой Антуфьевым-Демидовым сохранилась такая версия. Однажды по дороге на Азов царь остановился в Туле. Он велел прислать к нему искусного оружейного мастера, чтобы тот починил заграничный пистолет. За дело взялся Никита Антуфьев, и к утру уже он принес царю готовый пистолет. Петр удивился, что его заказ так быстро выполнен. «А мы не хуже заграничных», - ответил ему оружейник. Царю же эти слова показались пустым бахвальством. Рассерженный, он ударил Никиту по щеке. Тот, однако, не растерялся и сказал: «А ты, царь, сначала разберись, а потом дерись». С этими словами он вынул из кармана пистолет, который царь давал ему для починки.
Оказалось, что за одну ночь он изготовил новый пистолет, точно такой же, как заграничный, причем сделал это столь искусно, что даже опытный глаз Петра не заметил подмены. Царь был поражен. Сменив гнев на милость, он приблизил тульского оружейника к себе, а вскоре, когда выяснилось, что Невьянский завод не справляется с военными заказами, передал его Антуфьеву-Демидову.
Никита Демидов, а позднее и его сын Акинфий Демидов много сделали для развития отечественной металлургии. Уральское железо высоко ценилось на международном рынке. «Демидовское железо, старый русский соболь, - писала в середине прошлого века английская газета «Морнинг пост», - ...играет важную роль в истории нашей народной промышленности; оно впервые введено было в Великобритании для передела в сталь в начале XVIII столетия, когда сталеделательное производство наше едва начала развиваться. Демидовское железо много способствовало к основанию знаменитости шеффилдских изделий».
Качеству железа и железных изделий издавна придавалось большое значение. Рассказывают, что в старину оружейник, сдавая изготовленную стальную кольчугу, надевал ее на себя, а заказчик брал в рукй кинжал и наносил по кольчуге несколько ударов. Если при этом мастер оставался в живых, его «продукция» признавалась годной и он получал большие деньги. Если же оружейник выпускал брак, то плату получать уже было некому.