Одной из самых востребованных тем, и не только в кинематографе, была еще не забытая история борьбы ирландцев против британского гнета. Идея ее использования не была изобретением гитлеровцев — те лишь актуализировали тематику, взятую на вооружение немецкой пропагандой еще во время Первой мировой войны.
Кадр из фильма «Жизнь за Ирландию» (Анна Дамман и Вилль Квадфлиг)
В новой, нацистской версии тема Ирландии, помещенная, впрочем, в более широкий исторический контекст, что позволяло использовать разные пропагандистские мотивы, прозвучала в фильме Хайнца Хельбига «Полотно из Ирландии» («Leinen aus Irland»)[208]. Ключевой конфликт сюжета — тяжелое положение чешских ткачей в период Первой мировой войны. Причина их тягот указана однозначно — ответственность возлагается на англичан и евреев. Заодно используется еще один мотив: показывается выгода, которую приносит Чехии присоединение к экономике Великого рейха. Фильм, в котором снялись известные актеры, такие как Ирена фон Мейендорф, Рольф Ванка, Георг Александер и Зигфрид Бройер, сыгравший «хитрого еврея», генерального секретаря компании «Либусса АГ», был высоко оценен гитлеровской цензурой за его политические и художественные достоинства.
Довольно оригинальным ходом стало использование в антибританской кинопропаганде образа знаменитой королевы Марии Стюарт. В 1940 году Карл Фрёлих посвятил ее судьбе фильм «Сердце королевы» («Das Herz der Königin»). В главной роли снялась сама Цара Леандер, так что не удивительна огромная рекламная кампания, которой сопровождался выход картины.
В 1940-м на экраны вышло еще два антибританских фильма. Первый — «Робинзон» («Ein Robinson») Арнольда Фанка, снятый в 1939 году в Чили и южной Аргентине, — демонстрировал «пиратские методы» британцев в годы Первой мировой войны и судьбу одного из членов экипажа крейсера «Дрезден», который, не желая попасть в руки врага, добровольно взорвал судно. Второй фильм — «Лиса из Гленарвона» («Der Fuchs von Glenarvon») Макса Киммиха, в котором антибританская пропаганда велась через показ борьбы Ирландии против Великобритании. Тему освободительной борьбы ирландцев Киммих затронул также в картине «Жизнь за Ирландию» («Mein Leben für Irland»)[209], известной и под вторым названием — «Ирландская трагедия» («Irische Tragödie»). В фильме показана среда ирландской патриотической молодежи, враждебной Англии, а действие оканчивается восстанием в Дублине в 1922 году. В обеих лентах режиссер прибегал к резкому противопоставлению персонажей: все англичане крайне порочны, а все ирландцы — благородны.
Работа Ганса Штайнхофа «Дядюшка Крюгер» («Ohm Krüger»), главный фильм антибританского цикла, вышла в апреле 1941 года[210]. Сама по себе идея использования в картине темы войны, которую вели бравые буры против могущественной Британской империи, пытаясь защитить свою независимость, несомненно была весьма удачной. В либеральных кругах симпатия к бурам была всеобщей (об апартеиде тогда знал далеко не каждый), и это давало прекрасный повод, чтобы показать британцев в наихудшем свете. Таким образом, сама тема открывала перед сценаристами идеальные возможности, чтобы проявить себя. Можно было посмеяться или даже поглумиться над королевой Викторией, а также Уинстоном Черчиллем, одним из главных противников Третьего рейха, чья фигура тоже ассоциировалась с Англо-бурской войной. Создатели «Дядюшки Крюгера» приписали англичанам не только самые безобразные черты характера, но и собственные, немецкие методы ведения войны. Зритель мог увидеть, как британцы провоцируют начало конфликта с помощью диверсии, сжигают села, пытают, морят голодом и убивают гражданское население в концлагерях, наконец, как бесчеловечно они обходятся с интернированными. Злым англичанам противостоят храбрые буры, которыми предводительствует дядюшка Крюгер — или дядюшка Пауль, как его звали на самом деле. Эффект усиливался тем, что Пауль Крюгер, президент Трансвааля, немец по происхождению, был реальной фигурой. В течение всей картины главный герой вызывает у зрителей симпатию, даже когда демонстрирует свои человеческие слабости. Трогательна также сцена, в которой Крюгер — в июле 1904 года, уже в изгнании — умирает в скромном гостиничном номере.
Кадр из фильма «Сердце королевы» (Цара Леандер и Вилли Биргель)
Главную роль в картине сыграл Эмиль Яннингс, блестяще выполнивший стоявшую перед ним задачу. Правда, Виктор де Кова в опубликованных воспоминаниях утверждает, что Яннингс трижды отвечал Геббельсу отказом на предложение сыграть эту роль, пока в конце концов не получил письменный приказ. Надо отметить, что и других персонажей играли представители актерской элиты Третьего рейха. «Дядюшка Крюгер» собрал полный комплект высших квалификационных оценок, а также стал первой нацистской кинокартиной, удостоенной титула «Народный фильм». На Венецианском фестивале работе Штайнхофа присудили Кубок Муссолини как лучшему иностранному фильму. В целях антибританской пропаганды картину использовали не только в Германии. По личному поручению Гитлера ее послали даже в Японию. Тем не менее пропагандистское руководство посчитало, что «Дядюшку Крюгера», как и фильмы, показывающие свободолюбивые устремления ирландцев, не стоит демонстрировать в чешских и польских кинотеатрах. О том, как по-разному можно интерпретировать смысл этого произведения в зависимости от политических убеждений, свидетельствует информация, размещенная в потсдамском Музее кино времен ГДР, например такая фраза: «Южноафриканский расист и колониалист, выступающий против британского господства, становится „борцом за свободу“ в антианглийском фильме».
Кадр из фильма «Дядюшка Крюгер»
В годы войны было снято немало других фильмов, в которых можно найти антибританские мотивы. Впрочем, их мы уже упоминали, так что тут остановимся только на одном — речь идет о картине Фрица Кирхгофа «Удар по Баку» («Anschlag auf Baku»), которой пришлось претерпеть многократные переделки, пока она не вышла на экраны в 1942 году. Первая версия с натурными сценами, отснятыми на румынских нефтяных месторождениях в 1940-м, была готова еще в 1941-м. Начало войны с СССР и изменение ситуации в странах Ближнего Востока вынудили создателей внести ряд корректив. Это не пошло на пользу фильму, который как в художественном, так и в пропагандистском отношении не дотянул до ожидаемого уровня.
Развлекательное кино
Характеристика кинопродукции Третьего рейха была бы неполной без разговора о тех картинах, главной целью которых было развлечь зрителя. Можно ли применить к ним термин «пропагандистское кино», учитывая, что их часто создавали ради хороших кассовых сборов или чтобы поднять настроение населения, что было особенно заметно в военные годы? Знаток кинематографа Третьего рейха Герд Альбрехт полагает, что данный термин применим лишь к 15 % картин, выпущенных в 1933–1945 годах, или, если быть точнее, к 153 фильмам[211]. При изучении составленного автором перечня у человека, знающего и другие, не вошедшие в него работы, возникают сомнения в корректности данного списка. Однако не стоит предъявлять Альбрехту претензии по этому поводу, поскольку само понятие «пропагандистское кино» не является достаточно точным, чтобы с его помощью квалифицировать кинопродукцию Третьего рейха как «хорошую» или «плохую», абстрагируясь при этом от оценки картин с эстетической точки зрения и имея в виду лишь их политический аспект.
Можно, к примеру, заявить, что пропагандистскими являлись все те произведения, которые создавались по личному распоряжению Геббельса и других высокопоставленных чиновников Третьего рейха или подчиненных им учреждений. Однако такой критерий окажется сомнительным, поскольку директивы Геббельса очень часто менялись, так же как направления внешней и внутренней политики Рейха. Столь же ненадежным будет критерий оценки фильмов цензурой по степени их политической ценности. Достаточно вспомнить картину Фрёлиха «Если бы все мы были ангелами» («Wenn wir all Engel wären»; 1936), которая, хотя в ней и играл Хайнц Рюман, являлась самой обыкновенной, разве что добротно сделанной, легкой комедией. Геббельс дал указание присвоить этой работе чрезвычайно высокие квалификационные оценки — фильм был признан особо ценным не только в художественном, но и в политическом отношении. Мы знаем, что́ за этим стояло. Геббельс намеренно стимулировал создание хороших комедийных фильмов, а кроме того, хотел успокоить кинематографистов, напуганных недавними репрессиями против тех, чьи шутки пришлись не по вкусу министру пропаганды. Получается, за его решением крылись соображения политического свойства. Цензурные решения оккупационных властей в послевоенной Германии также не могут служить абсолютно точным оценочным критерием. Союзники запретили дальнейшие показы 223 художественных фильмов 1933–1945 годов, однако в их число попадали и работы, снятые до 1933 года. Впрочем, в более поздний период многие запрещенные картины вернулись на немецкие экраны, поскольку в отрыве от реалий гитлеровской Германии они перестали выполнять функцию пропаганды нацизма. Кроме того, как оказалось позднее, некоторые подобные картины можно было использовать в пропагандистских целях уже при новом раскладе сил, в новых политических условиях разделенной Германии.
Таким образом, при оценке кинопродукции Третьего рейха мы, несомненно, должны исходить из того, что любой фильм, даже если он далек от политики, неизбежно отражает социальные отношения в стране. В условиях тоталитарного государства все, что адресовалось публике, подлежало строгому контролю, то есть практически любая лента, если она вступала в противоречие с пропагандистскими задачами Третьего рейха, не попадала на экран. Автор фильма имел дело с заказчиком; между продюсером и автором стоял аппарат предварительной цензуры, а между продюсером и зрителем — цензуры карательной.
Около 50 % всех полнометражных фильмов Рейха — комедии[212]. Среди них можно выделить такие жанровые разновидности, как собственно комедия (Komödie), люстшпиль (Lustspiel)[213] и шванк (Schwank)[214]. Однако с такими подразделениями больше считаются критики, нежели сами создатели и зрители. Комедийные картины охватывали широкий спектр тем. В наибольшем количестве выпускались музыкальные комедии, по-прежнему позволявшие максимально использовать звук в кино; много было и комедий на спортивные, «народные» и криминальные темы. Все ли они отличались аполитичностью? Разумеется, нет. Например, разные политические акценты — от расистских до милитаристских — ощутимы в комедиях о спорте. Авторы комедий о крестьянской жизни, в свою очередь, не оставались в стороне от влияния концепции «кровь и почва».
Без пропагандистских акцентов не обходились и драмы, посвященные обществу и его нравам. Провозглашение ценности крепкой семьи и многодетности само по себе было политически нейтральным, однако в условиях Третьего рейха приобретало свою специфику. Это хорошо понимали руководители спецслужб, когда в годы войны среди прочего рекомендовали не показывать в кино конфликты между супругами. Исключением, при этом плохо вписавшимся в обстоятельства военных лет, стал фильм Хельмута Койтнера «Романс в миноре» («Romanze in Moll»; 1943). В нем рассказана история несчастливой, трагической любви, которую испытывала жена скромного провинциала к прославленному композитору и дирижеру. В Германии картину встретили прохладно, но реакция заграничной публики была иной.
Койтнер был также создателем лирического фильма о владельцах небольшой баржи, плавающей по реке, который много хвалили уже после войны. Его героев сыграли такие актеры, как Карл Раддац, Ханнелора Шрот, Густав Кнут, Урсула Граблей и набиравшаяся опыта в кино будущая звезда эстрады, певица Хильдегард Кнеф. Натурные съемки шли с мая по сентябрь 1944 года, а в декабре фильм — с рабочим названием «Под мостами на Хафеле» («Unter den Havel brücken»), впоследствии измененным на «Под мостами» («Unter den Brücken»), — поступил на рассмотрение цензуры, вместе с семью другими картинами. Шансов демонстрировать его в кинотеатрах уже не было, зато его с большим успехом показывали по окончании войны, а некоторые критики даже признали работу Койтнера лучшим художественным фильмом из всех, что были сняты в Германии за годы жестокой диктатуры.
Солдат на фронте не должен был беспокоиться за свое супружеское счастье. Детективные ленты, которые чем дольше шла война, тем реже снимались, из обыкновенного развлечения превратились в фильмы, предостерегавшие население о шпионской деятельности врага. Название одного из них — «Внимание! Враг подслушивает» («Achtung! Feind hört mit»; 1940) — даже стало расхожим пропагандистским лозунгом, призывавшим граждан Третьего рейха к бдительности. Привкус политики ощущался во всем, даже в музыкальных фильмах, которые в Рейхе выпускались в огромном количестве. Они служат прекрасной иллюстрацией механизма создания развлекательного кино.
Музыкальные фильмы
Значительная часть художественных фильмов, произведенных в Третьем рейхе, была ориентирована на темы, так или иначе связанные с музыкой. Будь то пустые музыкальные комедии, ревю и оперетты, которые, конечно, снимались чаще всего, немногочисленные экранизации опер или еще более редкие фильмы с использованием симфонической музыки, а также кинобиографии великих композиторов, дирижеров и виртуозов — везде речь шла о максимальном использовании тех возможностей, которые привнес в кино звук. Особый интерес у создателей вызывала легкая музыка, ведь кино с самого начала своего существования было рассчитано на массового потребителя. С этим фактом приходилось считаться и тем, кто хотел представить в своих фильмах классическую музыку — хорошим музыкальным произведениям в таких фильмах часто сопутствовал примитивный сюжет. По той же причине картины, посвященные выдающимся композиторам, чаще всего строились вокруг специально выбранного популярного произведения, которое выполняло функцию лейтмотива и, как правило, давало название фильму. Такого рода картины выпускались и в Веймарской республике, и в Третьем рейхе, да, впрочем, и во всем мире — с той, возможно, разницей, что в фильмах гитлеровской Германии, рассчитанных в том числе на зарубежную аудиторию, делался особый акцент на пропаганде немецкой музыки, в общечеловеческой значимости которой министерство Геббельса отдавало себе полный отчет. Немецкая музыка, распространяемая и через такой популярный институт, как кино, должна была стать орудием в борьбе за немецкие интересы на международной арене. С ее помощью можно было вести весьма эффективную пропаганду, казалось бы вовсе избегая каких-либо политических акцентов.
Серию фильмов о выдающихся немецких композиторах открыла историческая любовная мелодрама, главным героем которой стал Карл Мария фон Вебер. Картина была названа в честь его популярного произведения «Приглашение к танцу» («Aufforderung zum Tanz»), а ее премьера прошла 7 декабря 1934 года. Из-за посредственной режиссерской работы (Рудольф ван дер Носс) и не самого представительного актерского состава фильм получился не столь привлекательным, чтобы получить хорошую прессу и завоевать особую популярность у кинозрителей. В 1936 году вышла мелодрама «Три девушки и Шуберт» («Drei Mäderl um Schubert»), посвященная австрийскому композитору Францу Шуберту[215]. Фильм снял венский режиссер Эмерих В. Эмо. Музыку по мотивам произведений героя фильма написал Алоис Мелихар, а в главных ролях снялись Мария Андергаст, Гретль Таймер, Эльза Эльстер и любимец венской театральной и кинематографической публики Пауль Хёрбигер. Картина была квалифицирована как ценная в художественном отношении и обладающая просветительской ценностью, а пресса хвалила ее создателей за то, что они отошли от плохих традиций оперетты «Дом трех девушек».
Кадр из фильма «Приглашение к танцу» (Ганс Мозер (слева) и Пауль Хёрбигер)
Крупнейший австрийский композитор Вольфганг Амадей Моцарт появлялся в нескольких лентах Третьего рейха. Первый раз — в фильме «Маленькая ночная серенада» («Eine kleine Nachtmusik»; реж. Леопольд Хайниш), который являет собой пример искусной политической пропаганды. Известная всему миру серенада, давшая фильму название и ставшая его музыкальным фоном, должна была привлекать зрителя к картине. Кроме того, сценарий Рольфа Лаукнера, основанный на замечательной новелле одного из самых выдающихся немецких лириков Эдуарда Мёрике, должен был внушать доверие зрителю с обостренным чувством прекрасного. К уже сказанному можно добавить игру великолепных оркестров Берлинской и Венской филармоний. Элемент эффективной пропаганды кроется в том, что фильм, показывающий путешествие Моцарта в Прагу, вышел на экраны спустя всего несколько месяцев с момента занятия этого города гитлеровскими войсками. 18 декабря 1939 года там тоже состоялась его премьера. Через сюжет и музыку картина показывала причастность города на Влтаве к широко понимаемому кругу немецкой культуры и, таким образом, стала одним из аргументов в пользу нацистской аннексии.
Далее Моцарт, представленный уже не как австрийский, а как типично немецкий творец, появился в фильме 1942 года «Ночная встреча» («Nächtliche Begegnung»). В нем показано, как впервые пересеклись пути великого классика и молодого, еще мало кому известного Бетховена. В том же году на студии «Вин-фильм» Карл Хартль снял биографическую картину о Моцарте под названием «Кого любят боги» («Wen die Götter lieben»). В основу его сценария, написанного Эдуардом фон Борсоди, легла новелла Рихарда Биллингера. Моцарта сыграл молодой талантливый драматический актер Ганс Хольт (в главных ролях выступили также Ирена фон Мейендорф, Винни Маркус и Пауль Хёрбигер), а фильм удостоился высших официальных оценок — как особо значимый с политической и художественной точек зрения. Его торжественная премьера состоялась 5 декабря 1942 года в Зальцбурге, на родине Моцарта. Спустя несколько недель он шел в главных кинотеатрах Вены и Берлина, а также в швейцарском Цюрихе.
Картина Хартля задумывалась как начало серии биографических фильмов студии «Вин-фильм», посвященных великим композиторам. Однако претворить такой замысел в жизнь венским кинематографистам не удалось, хотя в 1944 году они еще успели выпустить картину «Шраммели» («Schrammeln») — о двух музыкантах, популярных в Вене XIX века (Иоганне и Йозефе Шраммелях). Благодаря хорошей режиссерской работе (Геза фон Больвари) и безупречной игре известных актеров (Марта Харелль, Пауль Хёрбигер, Ганс Мозер, Ганс Хольт, Фриц Имхоф и др.) фильм завоевал большую любовь кинозрителей. Но цветной фильм Вилли Форста «Венские девушки» («Wiener Mädeln»), героем которого стал сочинитель вальсов Карл Михаэль Цирер, до крушения Третьего рейха выйти на экраны не успел. Он попал в кинотеатры лишь после войны и имел огромный успех[216].
Два фильма, посвященные известным немецким композиторам, были созданы во время войны на киностудиях Берлина. Первый из них, «Фридеман Бах» («Friedemann Bach»), драму из жизни старшего сына Иоганна Себастьяна Баха, выпустила в 1941 году студия «Терра». Снял его дебютировавший в качестве режиссера известный берлинский сценограф Трауготт Мюллер. Отборный актерский состав, в который вошли звезды немецкой сцены — Густав Грюндгенс в роли главного героя, Ойген Клёпфер и Вольфганг Либенайнер, а также прекрасное музыкальное сопровождение Марка Лотара с включением фрагментов композиций Иоганна и Фридемана Бахов обеспечили картине необычайно высокий художественный уровень. Менее эстетически амбициозной, зато проявляющей определенные политические тенденции получилась мелодрама о Роберте Шумане и его жене, известной пианистке Кларе Шуман. Вышла она в 1944 году на студии «Уфа» под манящим названием одного из самых популярных произведений Шумана — «Грезы» («Träumerei»). В качестве режиссера и соавтора сценария выступил Харальд Браун, главные роли исполнили Маттиас Виман и Хильда Краль, а музыку по мотивам сочинений Шумана, Брамса и Листа написал Вернер Айсбреннер.
[208] Фильм 1939 года студии «Вин-фильм». Авт. сцен. Харальд Братт. Комп. Антон Профес.
[209] Фильм студии «Тобис». Дата премьеры — 17 февраля 1941 года. Авт. сцен. Макс В. Киммих и Тони Хупперц. Комп. Алоис Мелихар. В ролях Анна Дамман, Вернер Хинц, Рене Дельтген, Вилль Квадфлиг, Ойген Клёпфер, Пауль Вегенер, Вилль Дом и др. (В СССР фильм шел под названием «Школа ненависти». — Примеч. перев.)
[210] Фильм студии «Тобис». Сорежиссеры Герберт Майш и Карл Антон. Экранизация романа Арнольда Кригера «Человек без рода» («Mann ohne Volk»). Комп. Тео Маккебен. В ролях Эмиль Яннингс, Луция Хёфлих, Вернер Хинц, Гизела Улен, Элизабет Фликеншильдт, Фердинанд Мариан, Густав Грюндгенс, Эдуард фон Винтерштайн, Макс Гюльсторф, Флокина фон Платен, Отто Вернике, Хильда Кёрбер, Харальд Паульсен, Пауль Бильдт и др.
[211] Albrecht G. Op. cit. S. 330 и след.
[212] Всего, по нашим подсчетам, была снята 571 комедия. Тут учтены и фильмы, созданные в сотрудничестве с другими странами, и австрийские картины 1933–1938 годов, которые демонстрировались в кинотеатрах Третьего рейха.
[213] Люстшпиль — задорная музыкальная комедия. — Примеч. перев.
[214] Шванк — юмористическое или сатирическое произведение фарсового характера, иногда в стихах. — Примеч. перев.
[215] Стоит упомянуть, что еще в 1933 году Вилли Форст посвятил Шуберту фильм «Песня моя летит с мольбою» («Leise flehen meine Lieder»), в котором сыграли Ганс Ярай и Марта Эггерт. Картина имела успех и за рубежом, однако она не являлась чисто немецкой, поскольку была результатом австрийско-немецкой копродукции.
[216] В 1949 году австрийская версия (вторая была создана в Германии) получила в Австрии награду как лучший фильм года.