– Он отключил телефон, до его водителя я тоже не могу дозвониться.
– Водителя? – На следователя это произвело впечатление. – Что за водитель?
– Его зовут Сэм, – ответила я. – К сожалению, я не знаю его фамилии. Ника лишили прав, поэтому Сэм его возит. Он отвез Ника с Эмили в ясли… по крайней мере, я так думала.
– Ясно. Во сколько у вашего мужа был самолет? Вы знаете, когда он приземлится?
– Он не поехал в аэропорт, это была ложь. Он увез Эмили куда-то в другое место.
Следователь нахмурился.
– Откуда вы знаете?
– Я не знаю, но это очевидно.
Я рассказала ему о разговоре с Джен и звонке Хейли, умолчала лишь о том, что, по словам Ника, я психически неуравновешенна.
Женщина-полицейский принесла поднос с кружками, над которыми шел пар.
– С молоком и без сахара, правильно? – спросила она, передавая мне кружку с надписью «Лучшей мамочке в мире».
– Э-э-э, простите, но я не совсем понимаю, – сказал следователь. – Вы официально женаты, правильно?
Я кивнула.
– Вы не разведены и не живете раздельно? И в свидетельстве о рождении вашей дочери ваш муж указан отцом?
– Да, конечно. А какое это имеет значение?
– Ну, это значит, что он несет ответственность за Эмили и, таким образом, не может считаться ее похитителем. – Он взял кружку и с удовлетворением хлебнул.
– Но он же не может увезти ее без моего разрешения?
– Может. Так же, как и вы.
– Это несправедливо.
Но произнеся эти слова, я осознала всю иронию ситуации. Я планировала то же самое. Наверное, Сэм рассказал Нику, и тот, защищая свои интересы, решил преподать мне урок. Каким подлым человеком оказался Сэм: выдумал, что у Ника с Джен якобы интрижка, рассказал Нику о моих намерениях. Почему? Из-за того, что я его отвергла?
Следователь закончил писать и положил ручку.
– У вас есть основания полагать, что отец Эмили представляет для нее опасность?
– Нет, никаких, он отлично с ней обращается, но ее место здесь, дома. Пожалуйста, верните ее мне.
Следователь пожал плечами.
– Ваш муж не нарушает закон. Если бы он нарушил предписание суда не приближаться к ней, тогда другое дело, но в вашем случае, когда ваш брак только-только распался…
Распался. Его слова вонзились мне под кожу.
– Я все равно не понимаю. Он забрал у меня дочь. Я же имею право знать, где она.
– Смотря по обстоятельствам. В случае, если один из супругов подвергается домашнему насилию или боится за безопасность ребенка, очень важно держать их местонахождение в тайне.
– Но я не подвергала его насилию! – запротестовала я.
В моей голове стала формироваться картина. Может, в этом и был план Ника – притвориться, что я представляю угрозу для Эмили, и тогда ему не придется раскрывать, где он. Боже, как сильно он на меня разозлился, раз пошел на такое! Что же Сэм ему наплел?