— Нет, это была собака. Его собака, ты понимаешь? Того мужчины... я думаю, они нашли
Кэти.
— Похоже, это Кэти убила собаку, а не наоборот.
Мери молча кивнула. Мысль, что Кэти противостояла этому четырехлапому монстру,
бросила ее в озноб.
Кэти определенно ранена, если вообще еще жива.
Мери удивлялась, насколько зачерствела она в этом жестоком мире. Она не чувствовала к
Кэти ни жалости, ни раскаяния. Нет, в лучшем случае смутное сожаление, что жизнь Кэти
закончилась таким жестоким способом.
Но что, если она еще жива? Эта ведьма может все пережить.
— Ты ее ненавидишь, — рядом с ней тихо констатировал Леон. — Даже сейчас, пока она
сражается за свою жизнь, ты ее ненавидишь.
Мери медленно кивнула.
~187~
Рейн – Викверс – Лабиринт просыпается
Rainer Wekwerth - Das Labyrinth erwacht
— Это ненависть, когда ничего не чувствуешь при мысли о смерти другого? Нет, может
быть, я не ненавижу ее. Мне просто все равно, что с ней. Я только надеюсь, что она заберет всю
свою злость с собой. Что, это тебя огорчает?
Почему я так ужасно отношусь к нему? Он рискует своей жизнью, чтобы спасти меня.
Что-то в Леоне провоцировало ее. Даже здесь и сейчас. Манера, в которой он обращался
с ней на равнине. Как с куском мяса. Как со скотиной. Он безжалостно понукал ею, оскорбил и
обидел.
Без него ты никогда бы не дошла сюда. Ты была бы где-нибудь в земле и умерла бы от
жалости к себе.
Несмотря на это Леон пробуждал в ней чувства, которых она не хотела. Рядом с ним она
постоянно злилась. И ничего не могла с этим поделать. Эти чувства бурлили в ней и она больше
не была собой. И, несмотря на то, что она почти ничего не знала о своей прошлой жизни, не
могла вспомнить, каким человеком она была и как проживала свою жизнь, она не хотела такой
быть. Чувства, которые Леон провоцировал в ней, были такими сильными, что она сама себя