Купол Экспедиции: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

У Бориса тоже кризис, семейный. Отправился доказывать себе свою мужественность, скинув на жену бытовые заботы. Не знаю, но меня почему-то это смешит, хотя я еще и не испробовала на собственной шкуре, каково остаться с маленьким ребенком и метаться между работой, детсадом и детской поликлиникой, пока муж ковбойствует и дефилирует по склонам, размахивая ружьем.

Впрочем, мне с моими ландшафтными заморочками есть чему у них поучиться.

Иногда смотрю на нашу четверку как бы сверху, разглядываю волшебную коробочку с живыми фигурками — вот вереница всадников пылит по пепловой равнине, вот выбирается на аласы, на зеленой траве парусят палатки, костерок трепещет, фигурки разбредаются, занятые насущными делами, порядок которых задается не планом, а самой невычисляемостью ситуации. Вот это чувство ситуации, чувство системы изумляет более всего. Идеальный коллектив, занятый, без преувеличения говоря, выживанием, работает как организм — то есть не задумываясь. Никто не отдает команд — каждый безошибочно чувствует, что именно должен делать. Каждый выкладывается на полную катушку — но одновременно играет в героя, даже если его никто не видит. Мне смешно, какие героические позы они принимают — прямо голливудские персонажи, как ухмыляются, ловя друг друга на одном и том же актерстве. Придуманные имена поэтому и не отлипают — конечно, это Джон арканит сбежавшую лошадь, а не Виталий, это Билл пошел на медведя, а не Борис.

А мне куда? На медведя братья явно не пустят, бедняжке Флэсси остается только одно — искать занятия, достойные боевой подруги. Готовку и постирушки мне никто особенно не навязывает — просто знаю, что надо.

Иногда Виталий рисует очередную многофигурную композицию, отражение суточных перемещений в пространстве, и каждый здесь узнаваем — не только осанкой или поворотом головы, но даже манерой держать лошадь под уздцы. Подметил, глазастый, как у меня ноги заплетаются, и даже прическу точно изобразил — два хвостика, прихваченные капроновыми бантами. Только на картинке замечаю, какой у меня глупый детсадовский вид. Смеется, гад!

Только сейчас отметила почти полное отсутствие алкоголя. «Гильзочки» были малы и редки. С никотином тоже как-то аскетично — трубка Шефа в особых случаях, пачка «Столичных» на весь сезон у меня, а у тех двоих — и вовсе ничего.

Странно, никого это не волновало.

8.

Теперь — о кризисе самоопределения?

Да ладно, никакого кризиса у меня и нет. Пусть они яростно самоутверждаются как мужчины — я же, напротив, блаженствую в состоянии совершенной бесполости. Бесформенная брезентовая куртка, сапоги кирзовые, ногти обломаны, глаз заплыл от комариного укуса. У меня в рюкзаке зеркальце есть, но я не доставала ни разу — зачем? Полное равнодушие к собственной внешности, зато непрерывное внутреннее возбуждение — так и ведет по магнитным линиям, так и тянет, только куда? Магия места, топологические игры, любовь пространства. Что-то в этой земле скрыто — гул под ногами, раскаленные магмы, завихрения силовых полей, во мне гудят наведенные индукционные токи. Вибрирую, живу на полную катушку — острей, больней, пристальней. Иногда немыслимая тяжесть прижимает к земле, будто гравитационная постоянная изменилась, иногда, наоборот, летаю.

Все просто — человек и природа. Между нами ничего нет — стен, электричества, чужих книжных мыслей, городских шлаков. Все честно. Пересыпая в ладонях черный вулканический пепел, обжигаясь о головешки костра, гладя лошадь по выпуклой шее и ловя ее лиловый косящий взгляд, я чувствую Божественное присутствие. Чистое, родниковое, оно наполняет меня час за часом, и чем труднее выдался день, тем его больше. Но эту внутреннюю торжественность надо прятать от других, только наедине с собой извлекать из солнечного сплетения, каждый раз шалея от прошибающего насквозь света.

Своего рода эротика — но тсс!

Именно поэтому люблю ходить в маршрут одна.

9.

Будучи по рождению человеком равнинным, остро переживаю горный рельеф. Он притягателен динамикой красоты — пространство завораживает, как музыка, если перемещаешься в нем. Любое изменение точки обзора чревато неожиданностями, то постепенными гармоничными изменениями форм, то резкими переменами. Нас сотрясают эмоциональные бури и утешают нежные полутона. Партитура должна быть озвучена, но музыка без слушателя ничейна и сиротлива, вот и рельеф не проявлен без путешественника. Наплывы масс и линий, кулисообразное смещение задника, внезапно вздыбившиеся вертикали, плавные кривые свидетельствуют о силах иного масштаба и позволяют думать о руке мастера. Особенно здесь, в вулканическом регионе — мастер был здесь совсем недавно.

Еще аналогия — путешествие подобно чтению, и независимо от количества накрученных километров может быть пристальным, а может — поверхностным. И чем пристальней — тем яростней будет потрясение. Мне всегда хотелось попасть внутрь музыки, внутрь книги, но раз это невозможно — есть еще горный ландшафт. Внутрь ландшафта.

Переживание пейзажа вызывает совершенно неадекватную эйфорию. За ужином хохочем над любой шуткой, даже не самой удачной.

— Что лучше сухой портянки? — вопрошает Ермаков.

— Чистая сухая портянка!

— Моя сухая портянка!

— Две сухие портянки!

И так до бесконечности. Спать пора, а мы истерически ржем.

10.

Взрыв 1956 года снес верхнюю часть конуса Безымянки, мгновенно превратив тонны камней в вулканический пепел и засыпав им несколько квадратных километров. Последующие двадцать лет отчасти сгладили следы катаклизма, но пейзаж так и остался неземным. Пепел — лишь термин, на самом деле просто мелкий черный песок, из которого точат белые, как мамонтовы кости, стволы без веток и коры — но они уже дальше, в нескольких днях пути. Вблизи же самого вулкана, кроме песка, почти ничего нет, даже больших камней не так много. Величие фантастического пейзажа обусловлено преобладанием неорганической составляющей мира — травы практически нет, кустов тем более, вот почему проблема дров становится самой актуальной.

Кажется, тут самое время о романтике вспомнить, как о доминанте мироощущения. Нынешнее время к романтике не то, что несправедливо — просто сам предмет утерян, а термин остался, вот и вызывает массовое отторжение и негодование.

Я как-то в Живом Журнале попыталась прояснить себе причины такого негодования. Спросила френдов просто — а что вы под романтикой понимаете? Ответы удивили.

Ну, в общем причины негодования мне понятны. Списочек достаточно симптоматичен. Мне кажется, люди путают романтику с пошлостью.

Еще раз просмотрим ключевые слова. Ну, так что это?

Скрытый обман. Отсутствие способности мыслить. Вера в иррациональное. Огламуренная проекция. Непрактичная красивость. Набор штампов для маскировки примитивных потребностей. Инструмент для манипуляций. Фальшивка.

Доморощенные социологические выводы прямо напрашиваются! Печальное состояние нашего среднестатистического собеседника — жизнь в ощущении постоянного обмана. Утверждение же «чудаков», что существует и безобманная область, только сильнее раздражает.