– Я будто уже там! – похвалился Лука, – Хотите завязать мне глаза? Я все равно...
— Ну ладно, ладно, – торопливо сказал Меллори. – Я
вам верю. Одолжи-ка мне свою шляпу, Кейси. – Он запихал пистолет в шляпу, напялил ее на голову, мягко соскользнул в воду и поплыл рядом с Лукой.
— Майор, наверное, механик не спит, – тихо произнес
Лука.
– Я тоже так думаю, – хмуро ответил Меллори. Снова раздался треск автоматов и хлесткий, как удар кнута, выстрел маузера. – Как и всякий в Навароне. . Если он не глух и не мертв. Останься сзади, как, только увидишь лодку.
Подплывешь, когда позову.
Через десяток секунд Лука коснулся руки Меллори.
— Вижу, – прошептал Меллори. Неясный силуэт возник всего в пятнадцати ярдах.
Меллори бесшумно поплыл к катеру, без единого всплеска, сдерживая дыхание. На юте, возле машинного люка, смутно маячила фигура человека. Немец напряженно вглядывался в темноту – в направлении верхней части города и крепости. Меллори неторопливо обогнул корму и оказался с другой стороны катера, за спиной у механика.
Осторожно снял шляпу, вытащил из нее пистолет. Он знал, что не промахнется с семи футов, но стрелять в немца не мог. По крайней мере сейчас. Леерное ограждение на палубе было скорее символическим – дюймов восемнадцать высотой. Плеск от упавшего в воду тела всполошит посты у входа в бухту.
— Не двигайся, иначе стреляю! – тихо сказал Меллори по-немецки.
Часовой окаменел. Меллори заметил в руках немца карабин.
— Клади карабин. Не оборачивайся.
Часовой послушно подчинился. Меллори вылез на палубу. Не отводя от часового пистолета, легко шагнул вперед, ударил немца рукояткой, поймал обмякшее тело раньше, чем оно свалилось в воду, и осторожно опустил на палубу. . Через три минуты все были на борту, целые и невредимые.
Меллори двинулся за прихрамывающим Брауном в моторный отсек. Тот, включив фонарь, профессиональным взглядом окинул поблескивающий шестицилиндровый двигатель.
— Да... – благоговейно произнес Браун. – Вот это двигатель! Прелесть! Работает с любым количеством цилиндров. Я знаю эту модель, сэр.
— Не сомневался, что так оно и будет. Можешь завести его?
— Минутку, дайте осмотреться, – Браун обладал неторопливостью и терпением прирожденного механика.
Медленно, методично обшарил лучом безупречный интерьер машинного отсека, включил топливный насос и сообщил Меллори: – Надежнейшая штука, сэр. Управляется из рубки.
Так же дотошно Браун обследовал рулевую рубку.
Меллори нетерпеливо ожидал, когда закончится осмотр.
Дождь заметно стихал, хотя и был еще довольно сильным.
Но в его потоках уже можно было разглядеть слабые очертания выхода из бухты. В десятый раз подумал Меллори о том, что часовые не должны догадываться о плане их побега. Маловероятно, чтобы немцы заподозрили их в намерении захватить катер самого коменданта! Шум, устроенный Андреа, наверняка заставил немцев убедиться, что диверсанты не помышляют о побеге. Он наклонился вперед, коснулся плеча Брауна.
— Двадцать минут двенадцатого, Кейси, – промолвил он. – Если эсминцы пойдут раньше, нам на голову свалятся тысячи тонн скалы.
— Все готово, сэр, – объявил Браун и кивнул на приборную доску. – В полной готовности.
— Очень рад этому, – горячо отозвался Меллори. – Давай заводи! Только не спеша и потише.
Браун извиняюще кашлянул.
— Пока мы еще пришвартованы к бую, сэр, неплохо бы проверить пулеметы, прожекторы, сигнальные фонари, спасательные жилеты и буйки. Не мешает знать, где все расположено. На всякий случай, – просительно закончил он. Меллори тихо рассмеялся и хлопнул его по плечу.
— Из тебя получится хороший дипломат, шеф. Отлично, так мы и сделаем. – Человек сухопутный до мозга костей, Меллори почувствовал, какая пропасть между ним и такими людьми, как Браун. И не боялся признаться в этом. –