– У вас, должно быть, высокий ИУ.
– ИУУ?
– Нет. ИУ. Личный индекс удовлетворенности.
Человек покачал головой.
– У меня такого вообще нет.
Крейг чуть не онемел.
– Но как же?!
– Вот и до вас приходил тут один. Довольно давно…
Рассказывал про этот ИУ, только мне что-то послышалось
ИУУ. Уверял, что я должен такой иметь. Ужасно расстроился, когда я сказал, что не собираюсь заниматься ничем подобным.
– У каждого есть ИУ, – сказал Крейг.
– У каждого, кроме меня. – Он пристально посмотрел на
Крейга. – Слушай, сынок, у тебя неприятности?
Крейг кивнул.
– Мой ИУ ползет вниз. Я потерял ко всему интерес.
Мне кажется, что что-то у нас не так, неправильно. Я чувствую это, но никак не могу определить.
– Им все дается даром, – сказал человек. – Они и пальцем не пошевелят, и все равно будут иметь еду, и дом, и одежду, и утопать в роскоши, если захотят. Тебе нужны деньги? Пожалуйста, иди в банк и бери сколько надо. В
магазине забирай любые товары и уходи; продавцу плевать, заплатишь ты или нет. Потому что ему они ничего не стоили. Ему их дали. На самом деле он просто играет в магазин. Точно так же, как все остальные играют в другие игры. От скуки. Работать, чтобы жить, никому не надо. Все приходит само собой. А вся эта затея с ИУ? Способ ведения счета в одной большой игре.
Крейг не сводил с него глаз.
– Большая игра, – произнес он. – Точно. Вот что это такое.
Человек улыбнулся.
– Никогда не задумывались? В том-то и беда. Никто не задумывается. Все так страшно заняты, стараясь убедить себя в собственном благополучии и счастье, что ни на что другое не остается времени. У меня, – добавил он, времени хватает.
– Я всегда считал наш образ жизни, – сказал Крейг, –
конечной стадией экономического развития. Так нас учат в школе. Ты обеспечен всем и волен заниматься, чем хочешь.
– Вот вы сегодня перед прогулкой позавтракали, – после некоторой паузы начал человек. – Вечером пообедаете, немного выпьете. Завтра поменяете туфли или оденете свежую рубашку…
– Да, – подтвердил Крейг.
– Что я хочу сказать: это откуда берутся все эти вещи?
Рубашка или пара туфель, положим, могут быть сделаны тем, кому нравится делать рубашки или туфли. Пишущую машинку, которой вы пользуетесь, тоже мог изготовить какой-нибудь механик-любитель. Но ведь до этого она была металлом в земле! Скажите мне: кто собирает зерно, кто растит лен, кто ищет и добывает руду?
– Не знаю, – ответил Крейг. – Я никогда не думал об этом.
– Нас содержат, – проговорил человек. – Да-да, нас кто-то содержит. Ну, а я не хочу быть на содержании.