Уле мотнул головой.
– Или в садовники наймись. У тебя очень даже хорошо получится. Всем этим барам с большими усадьбами только садовника подавай, машин не признают, не тот шик.
Уле снова мотнул головой.
– Душа не лежит с цветочками возиться, – объяснил он.
– Как-никак двадцать лет с лишком кукурузе отдал.
– А может, и нам вертолет завести, какой поменьше? –
сказала Марта. – И провести воду в дом. И ванну поставить, чем в старом корыте на кухне мыться.
– Не справлюсь я с вертолетом, – возразил Уле.
– Еще как справишься. Невелика хитрость. Вон погляди на андерсоновских ребятишек: от горшка два вершка, а уже летают почем зря. Правда, один из них тут затеял дурачиться и вывалился из кабины, но…
– Ладно, я подумаю, – перебил Уле с отчаянием в голосе. – Подумаю.
Он повернулся, перемахнул через ограду и зашагал в поле. Марта стояла у машины и глядела ему вслед. По припорошенной пылью щеке скатилась слеза.
– Мистер Тэйлор ждет вас, – сказала девушка.
Джон Дж. Вебстер опешил.
– Но ведь я у вас еще не бывал. И не договаривался с ним о встрече.
– Мистер Тэйлор ждет вас, – настойчиво повторила она и указала кивком на дверь с надписью:
ОТДЕЛ ПЕРЕСТРОЙКИ
– Но я пришел сюда узнать насчет работы, – возразил
Вебстер. – А не затем, чтобы меня перестраивали. Здесь ведь бюро найма Всемирного комитета, или я ошибся?
– Нет, не ошиблись, – ответила девушка. – Так доложить о вас мистеру Тэйлору?
– Если вы так настаиваете…
Девушка нажала рычажок и сказала в микрофон:
– Мистер Вебстер здесь, сэр.
– Пусть войдет, – ответил мужской голос.
Вебстер вошел в кабинет, держа шляпу в руке.
Седой мужчина с молодым лицом жестом предложил ему сесть.
– Вы хотите устроиться на работу?
– Да, – подтвердил Вебстер, – но я…
– Да вы садитесь, – продолжал Тэйлор. – Если вас смутила надпись на двери, забудьте о ней. Мы отнюдь не собираемся вас перестраивать.
– Я никак не могу найти себе место, – объяснил Вебстер. – Которую неделю хожу, и всюду отказ. Вот и пришел сюда к вам.
– Не хотелось к нам обращаться?