Звёздные корабли. Туманность Андромеды: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Школа всегда дает ученикам самое новое, постоянно отбрасывая старое. Если новое поколение будет повторять устарелые понятия, то как мы обеспечим быстрое движение вперед? И без того на передачу эстафеты знания детям уходит так бесконечно много времени. Десятки лет пройдут, пока ребенок станет полноценно образованным, годным к исполнению гигантских дел. Эта пульсация поколений, где шаг вперед и девять десятых назад – назад, пока растет и обучается смена, – самый тяжелый для человека биологический закон смерти и возрождения. Многое из того, что мы учили в области математики, физики и биологии, устарело. Другое дело – ваша история: эта стареет медленнее, так как сама очень стара.

Они заглянули в другую комнату. Стоявшая спиной преподавательница и увлеченные лекцией школьники ничего не заметили. Здесь были рослые юноши и девушки по семнадцати лет. Их порозовевшие щеки говорили, насколько захвачены они уроком.

– Мы, человечество, прошли через величайшие испытания. – Голос учительницы звенел волнением. – И до сих пор главное в школьной истории – изучение исторических ошибок человечества и их последствий. Мы прошли через непосильное усложнение жизни и предметов быта, чтобы прийти к наибольшей упрощенности. Усложнение быта приводило к упрощению духовной культуры. Не должно быть никаких лишних вещей, связывающих человека, переживания и восприятия которого гораздо тоньше и сложнее в простой жизни. Все, что относится к обслуживанию повседневной жизни, так же обдумывается лучшими умами, как и важнейшие проблемы науки. Мы последовали общему пути эволюции животного мира, которое было направлено на освобождение внимания путем автоматизации движений, развития рефлексов в работе нервной системы организма. Автоматизация производительных сил общества создала аналогичную рефлекторную систему управления в экономическом производстве и позволила множеству людей заниматься тем, что является основным делом человека, – научными исследованиями. Мы получили от природы большой исследовательский мозг, хотя вначале он был предназначен только для поисков пищи и исследования ее съедобности.

– Хорошо! – шепнула Эвда Наль и тут увидела дочь.

Девушка, ничего не подозревая, задумчиво смотрела на волнистую поверхность оконного стекла, не дававшую возможности видеть что-либо вне класса.

Веда Конг с любопытством сравнивала ее с матерью.

Те же прямые длинные черные волосы, переплетенные у дочери голубой нитью и подвязанные двумя большими петлями. Тот же сужавшийся книзу овал лица, в котором было что-то детское от слишком широкого лба и выступавших под висками скул. Снежно-белая кофточка из искусственной шерсти подчеркивала темноватую бледность ее кожи и резкую черноту глаз, бровей и ресниц. Ожерелье красного коралла гармонировало с безусловно оригинальной внешностью этой девушки.

Дочь Эвды была одета в такие же широкие и короткие,

выше колен, штаны, как и все в классе, только отличавшиеся красной бахромой, вшитой в боковые швы.

– Индейское украшение, – шепнула Эвда Наль на вопросительную улыбку подруги.

Эвда и Веда поспешили отступить в коридор: из класса, закончив лекцию, выходила учительница. Следом устремились несколько учеников, среди них и дочь Эвды.

Внезапно девушка замерла, увидев мать – свою гордость и всегдашний пример для подражания. Эвда не знала, что в школе существовал кружок ее почитателей, решивших идти в жизни той же дорогой, что и знаменитая Эвда Наль.

– Мама! – прошептала девушка и, бросив застенчивый взгляд на спутницу матери, прильнула к Эвде.

Учительница остановилась и подошла ближе.

– Я должна уведомить школьный совет, – сказала она, не подчиняясь протестующему жесту Эвды Наль. – Мы извлечем некую пользу из вашего приезда.

– Лучше извлекайте пользу вот из кого. – Эвда представила Веду Конг.

Учительница истории залилась румянцем и стала совсем юной.

– Очень хорошо! – Она пыталась сохранить деловой тон. – Школа накануне выпуска старших групп. Жизненное напутствие Эвды Наль в сочетании с обзором древних культур и рас, данным Ведой Конг, – удача для нашей молодежи! Правда, Pea?

Дочь Эвды захлопала в ладоши. Учительница устремилась легкой побежкой гимнастки в служебные помещения, находившиеся в длинной прямой пристройке.

– Pea, ты пропустишь труд, и мы погуляем в саду? –

предложила Эвда дочери. – Я не успею навестить тебя еще раз до выбора тобой подвигов. В прошлый раз мы окончательно не решили…

Pea безмолвно взяла мать за руку. Занятия в каждом цикле школы чередовались с уроками труда. Сейчас был один из любимых уроков Реи – шлифовка оптических стекол, но что могло быть интереснее и важнее приезда матери? Веда пошла к видневшейся вдали маленькой астрономической обсерватории, оставив мать и дочь наедине. Pea, по-детски прильнув к сильной руке матери, шла рядом, сосредоточенно думая.

– Где твой маленький Кай? – спросила Эвда, и девушка заметно опечалилась.

Кай был ее учеником. Старшие школьники навещали расположенные поблизости школы первого или второго циклов и наблюдали за учением и воспитанием выбранных подопечных. При тщательности воспитания интегральная помощь учителям была необходима.

– Кай перешел во второй цикл и уехал далеко отсюда.

Мне так жалко… Зачем нас переводят с одного места в другое каждые четыре года, от цикла к циклу?

– Ты же знаешь, что психика утомляется и тупеет в однообразии впечатлений.

– Я только не понимаю, почему первый из четырех трехлетних циклов носит название нулевого – ведь в нем происходит тоже очень важный процесс воспитания и обучения малышей от года до четырех.

– Старое и неудачное название. Но мы избегаем менять установившиеся термины без крайней нужды. Это всегда влечет за собою ненужную трату человеческой энергии.

Оберегать человечество от этого призван каждый без исключения.