— Немедленно отступаем! — заорал вдруг ренегат, после чего первым кинулся бежать.
Ганесса и Ореолус толком и спросить-то ничего не успели. Зато почувствовали, как задрожала под ногами земля, а воздух завибрировал от напряжения. Драконье чутье подсказало мужчине рвать когти. Поэтому, схватив в охапку Ганессу, он бросился следом за ушедшим далеко вперед Реннетом…
Все накрыла чернильная тьма. Движения замедлились. Казалось, застывал не только воздух, но и само время.
Ореолус продолжал прижимать к себе тело святейшей, но при этом ощутил жуткое одиночество. Словно все его чувства куда-то испаряются, оставляя после себя только холод и мрак.
— … олус… олус… Ореолус, мать твою! — раздался в голове едва различимый голос.
Оглянувшись по сторонам, дракон ничего не увидел. Остался только он и причудливое эхо…
Реннет смотрел, как две фигуры, обернутые странной материей, похожей на теневое покрывало, лежали на голом каменном тротуаре. Один из них — Ореолус, был полностью поглощен тьмой, а вот в Ганессе все еще теплилась святость. Он чувствовал ее, но как ни старался, добудиться не мог.
Сконцентрироваться н собственной магии ему мешали голоса, они буквально разрывали сознание, предлагая сдаться на милость Близнецам.
Понять, в чем тут дело, много ума не требовалось. На них на всех повлияли святой магией. Религией двух Богов, чье желание когда-то давно не совпало с желаниями другого бога. Тогда они ушли, скрылись на этом острове, чтобы спустя тысячелетие восстать.
Не смотря на то, что парень сумел избежать пленения, как-то повлиять на состояние этих двоих у него сейчас не получалось. Святая магия по-прежнему оставалась его слабым местом.
— Придется действовать прямо. Бить грубо и жестко! — стиснул он зубы, и двинулся прямо к вражескому логову, к основанию башен.
К его изумлению, в плену святых чар оказались не все участники столкновения. Ненавистная его глазам длинноволосая стерва чародейка, к примеру, медленно поднималась на ноги. А еще… та могущественная ведьма, похоже, тоже оставалась в сознании, пусть и не в лучшем виде. Все прочие, включая членов Гильдии, лежали без малейшего движения.
Видя, в каком плачевном состоянии они находятся, Реннет предпочел обойти тела стороной. Вряд ли в ближайшее время они станут доставлять проблемы.
И тем не менее…
— Эй, стой на месте! Нам приказано разрушить башню! — упрямо встала девушка прямо у него на пути.
Красавицей ее сложно было назвать, а высокий рост сильно сказывался на фигуре, делая ее слегка неказистой. Однако внешность — это последнее, на что обратил бы внимание Реннет. Достаточно и того, что чародейка оставалась одной из немногих обладательниц элемента истинной тени, не говоря уже о невообразимой физической мощи. С ней следовало соблюдать предельную осторожность.
— Значит, наши цели совпадают. Но даже так, советую уйти в сторону и больше мне на глаза не попадаться. Потому что желание вернуть должок растет во мне с каждой минутой.
Она и с места не сдвинулась.
Реннет уже было хотел разобраться, но тут…
— Пожалуйста… — донеслось вдруг у нее из-за спины. Та самая ведьма направилась к ним, едва держась на ногах. — Пожалуйста, если… если ты жаждешь мести, то убей лучше меня, но не трогай ее. Она… все еще дитя! — умоляла она, после чего рухнула на колени.
Замешкавшись, Реннет переводил взгляд с ведьмы на рослую чародейку. И силился понять, почему это она просит за нее?
Видя, на что ради нее готова пойти подруга, та слегка поумерила пыл.
Обычно парень не привык выслушивать мольбы о пощаде, так как считал, что любой вступивший на путь сражений человек должен быть готов умереть. С тех пор изменилось многое, и нынешний он принял иное решение.
— Если вы согласны мне все подробно объяснить, то так и быть, битвы не будет, — пообещал он ведьме.
— Я… я не могу так все… — начала стерва снова, а потом посмотрела на подругу и замолчала.
Убедившись, что временное перемирие установлено, Реннет перешел к вопросам:
— Твое лицо мне кажется знакомым. Где и когда мы могли видеться?
— Все верно, ренегат, — кивнула ведьма. — Когда-то меня звали Изильда. Та самая мистик-маг на службе у Армии Ночи.
Он припоминал. Катарина рассказывала им о женщине, способной изгонять из людей их души. Она сравнивала этот дар с силой, которой в будущем суждено изменить все человечество. Правда была тут одна небольшая загвоздка. В бою с ней он вроде как ни разу не пересекался. В таком случае, почему его не покидает ощущение, будто они виделись?
— Ты спас мне жизнь. Нет, вернее будет сказать, ты спас мою душу. Оборотень, схвативший меня… он бы… — женщина сглотнула, видимо вспоминая нечто крайне неприятное для себя. — А ты встал на пути у чудовища.