В некоторых местах по главной улице маги, колдуны и некроманты продолжали сражаться с падшими. Смертоносные заклинания то и дело прилетали в самого Смертного Бога.
Игнорируя их усилия, ренегат направился в эпицентр развернувшихся боевых действий. Силы объединения магов уже практически были раздавлены, но против него вышли те, кто думал, что поражение — не повод сдаваться.
Ливада Крейнер во главе Алого Дождя и… конница Гейла. Реннет остановился. Возле него, будто следуя приказу, приземлились двое падших. Противник ожидал, что он атакует в полете, потому в качестве поддержки магов выступили два каменных голема. Их тяжелые шаги перекрывали даже звуки битвы. Все выглядело так, будто обе стороны приготовились к решающей схватке. Вот только… одна из сторон ненавидела дешевые ритуалы наподобие честных битв лицом к лицу.
Темно-синее пламя вспыхнуло в руке парня, но вместо того чтобы направить ее во врага, он повернулся и ударил падшего в черных доспехах, пробив его тело буквально насквозь. После чего, вытащив кулак из груды искореженного металла, Реннет спихнул падшего с возвышения.
Спустя несколько секунд всплеск магической энергии невероятной силы ударила по всем окружающим зданиям, снося их, словно огненный шар домик из снега. Неимоверный грохот, закладывающий уши, долго разносился по округе. Все соседние кварталы накрыло громадное облако каменной пыли.
Второй взрыв произошел спустя еще пару минут, уже разрушая то, что могло остаться после первого.
Группа Гончих также ощутила эти удары, хотя их разделяли два километра зданий, обычно убивающих любой звук. Стены близлежащих домов зашатались, некоторые даже обрушились. К добру или к худу, но одного из окруживших их падших придавило обломками. Так как нового взрыва не было, он все еще оставался жив.
Катарина догадалась, что там, в нескольких кварталах от них, случилось нечто ужасное. Но не могло быть и речи о том, чтобы повернуть назад. Перед ними стоял враг, сильный, непобедимый.
«Ну нет! Непобедимых не существует! Реннет сам тысячу раз утверждал, что слабости есть у каждого. Необходимо лишь отыскать их! — решила ведьма и перешла в атаку».
Группа Гончих и эти странные человекообразные падшие уже несколько раз сходились в схватке. Только чудом удавалось избежать смертельных ранений. Но их каждый раз отбрасывали.
Стоит начать с того, что магия и заклинания на противника не действовали. В смысле совсем, будто она игнорировалась ими. Группе пришлось отбиваться голыми руками и верной сталью, а если учесть, какой физической силой падшие обладали, раз за разом приходилось отступать.
Лишь благодаря исцеляющим заклинаниям Ладана Катарина и остальные сейчас стояли на ногах, а не валялись с ранениями. Каждый понимал, что придерживаясь оборонительной стратегии, они так ни к чему и не придут. На удивление, противник не торопился учинить над ними расправу, предпочитая медленно наступать, словно ослабляя и оттягивая время. Было выдвинуто предположение, что Реннет лично приказал только задержать их, а не устранять.
Тем временем, дракон Киос пришел в себя. Он тут же вспомнил, как сразу двое падших приложили его об стену несколько раз.
— Сможешь нам хоть как-то помочь? — спросила Катарина, заметив его шевеление. В следующий миг ей пришлось отразить сильнейший удар пепельно-серой латной перчаткой падшего воина. Пустив на это все оставшиеся силы, женщина отбросила противника назад.
Пламенный Убийца, принимавший участие еще в Светоносной войне семь десятилетий назад, с каждым новым годом слабел. Однако одно-два поражения не могли заставить его отступить, сдаться врагу.
— Ты спрашиваешь, могу ли я победить их, при этом не уничтожая? — с улыбкой на губах осведомился архимаг.
— Да… так у тебя появился план? — почувствовала она в нем какой-то странный порыв.
— Ни капли уважения к старшим, — усмехнулся тот, а затем ринулся вперед, так ничего толком и не объяснив.
Обычно при воспламенении одежда мага-дракона сгорает, полностью обнажая тело. Но существовало несколько видов металлов, что не горели и не плавились даже при сверхвысоких температурах. На Киосе сейчас была одежда из такого рода материала, вышитого в несколько слоев. При каждом превращении она частично разрушалась и со временем приходила в негодность. Пусть по весу она была тяжеловата, а цена сильно кусалась, зато в ней он хотя бы сохранял остатки достоинства архимага и главы целого клана.
Разбежавшись, дракон уклонился от рук падшего, поднырнул под них, а затем, используя весь свой вес, повалил его на землю. Уже в следующее мгновение интенсивный жар и пламя охватило их обоих.
— Что он делает? Это же не поможет! — крикнул Кром, старательно перевязывая сломанную руку.
Катарина тоже поначалу думала, что самоубийственная атака дракона не возымеет успеха, но потом… они увидели.
Киос и схваченный падший медленно погружались в камни мостовой, а затем и в почву, будто в тающий снег. Небольшое озерцо лавы буквально поглощало их обоих, когда как остальные воины латники не спешили выручать своего собрата, а просто стояли и наблюдали. Было бы странно, если бы они боялись угодить в этот раскаленный колодец.
Дракон появился из клубов пара спустя минуту, источая жуткое зловоние и невыносимый жар. Его глаза к тому моменту зажглись настоящим хищным безумием. Зарычав, он бросился на остальных. Кассандра, едва успела отскочить в сторону.
Падшие души быстро пришли к выводу, что наибольшую опасность для них сейчас представляет обезумевший дракон, потому спешно окружили его со всех сторон. Катарина распорядилась отвлечь их внимание на себя, чтобы не дать свалить Киоса — их последнюю надежду.
Сам Пламенный Убийца, отличавшийся спокойным нравом, уже перешел ту грань, когда мог контролировать драконьи эмоции. Он обратился в существо, руководствующееся голыми инстинктами. Гончим приходилось осторожничать, чтобы самим не угодить под его внимание, не стать для него целью, потому что для них это гарантированно закончилось бы смертью.
Они видели, с какой неистовой свирепостью дракон сражался. Бил прямо кулаками в эти забрала, обхватывал их и кидал на землю, чтобы потом утопить в расплавленной почве.
Но даже так, противник не собирался сдаваться или отступать. Страх им был неведом. Сменяя друг друга, они атаковали Киоса. Это выглядело так, будто они разрушали прочнейшую стену точечными ударами.
Заблокировав один из таких, дракон выдохнул струю пламени в лицо падшего, но не с целью нанести урон, а чтобы ослепить. Правда, ответной атаки провести не смог, так как другой падший вмешался, атаковал его сзади. Не смотря на драконий облик и многократно возросшую силу огненной стихии, физические характеристики Пламенного Убийцы нисколько не изменились. Поэтому самый типичный удар в челюсть заставил его пошатнуться и потерять равновесие.
Падшие вновь сменили друг друга и на сей раз место атакующего занял высокий, в глубоко-черных латах. Прямо у всех на глазах его облик изменился, обретая более резкие и можно сказать гротескные черты. Пальцы на руках и ногах вдруг удлинились и заострились, превратившись в настоящие когти, похожие на черные лезвия. Даже тело претерпело некоторые изменения. Ноги немного подогнулись, голова опустилась, а плечи стали шире и крепче.