Стало тихо, но дама, видимо, собрав всю свою энергию перед отчаянным шагом, прошептала мне еле слышным голосом:
– Знаете ли вы, кто находится в нашем купе?
– Кто?
– Это же он… он… я вас уверяю.
– Кто он?
– Арсен Люпен.
Она не спускала глаз с пассажира, и скорее в его, нежели в мою, сторону было брошено это страшное имя.
Пассажир надвинул шляпу на нос. Для того чтобы скрыть замешательство или просто-напросто собирался заснуть?
Я попытался возразить даме:
– Арсена Люпена вчера заочно приговорили к двадцати годам каторжных работ. И маловероятно, что уже сегодня он будет настолько опрометчив, чтобы показаться на людях. Кроме того, газеты, если не ошибаюсь, сообщили, что этой зимой, после нашумевшего побега из Санте, его видели в Турции.
– Он едет в нашем поезде, – повторила дама, стараясь говорить громче, явно для того, чтобы ее услышал наш спутник, – мой муж заместитель начальника управления исправительных учреждений, и сам комиссар вокзала сообщил нам, что ищут Арсена Люпена.
– Это еще не основание…
– Его видели в зале ожидания. Он взял билет до Руана, в первый класс.
– Но ведь его легко было арестовать.
– Он исчез. Контролер у входа в зал ожидания не заметил его, предполагают, что он прошел через пригородный перрон и поднялся в экспресс, который отходит на десять минут позже нашего поезда.
– В таком случае его, наверное, там и взяли.
– А если в последний момент он выпрыгнул из своего вагона и перебрался сюда, на наш поезд… что вполне возможно… и вполне вероятно?
– Значит, его схватят здесь. Так как служащие вокзала и полицейские агенты не могли не заметить этого скачка из одного поезда в другой, и когда мы прибудем в Руан, его непременно поймают.
– Его – никогда! Он опять найдет способ улизнуть.
– В таком случае я желаю ему счастливого пути!
– Но до тех пор он такого натворит!
– А именно?
– Откуда мне знать? Тут можно ожидать чего угодно!
Она была крайне взволнована; да и в самом деле, обстановка в купе в какой-то степени способствовала столь сильному нервному возбуждению.
– Действительно, бывают любопытные совпадения… –
бросил я ей как бы невзначай. – Но успокойтесь. Если даже
Арсен Люпен едет в одном из вагонов этого поезда, вести себя он будет очень смирно; и чтобы не навлечь на свою голову новых неприятностей, будет, наверное, думать только о том, как бы избежать угрожающей ему опасности.
Мои слова нисколько не успокоили ее. Тем не менее она промолчала, не желая, видимо, показаться бестактной.
Я же стал перелистывать газеты и прочел отчеты о процессе Арсена Люпена. Поскольку в них не содержалось ничего такого, что не было бы уже известно, они меня не слишком заинтересовали. Кроме того, я устал, не выспался и почувствовал, как веки мои тяжелеют, а голова клонится набок.
– О, месье, не надо спать!