Коул облизнул пересохшие от напряжения губы. Мисс
Кэрнаби почувствовала, что щеки ее краснеют.
– Ну, а потом в небе появились вороны Одина. Они встретились с воронами пророка Илии и долго летали, описывая круги. А затем враз набросились на девушек и стали выклевывать им глаза. Тут раздались крики, вопли и стоны, а голос все повторял: «Примите жертвоприношение! Сегодня Иегова и Один побратались кровью». После этого жрецы вынули жертвенные ножи и...
Мимо проходил Липскомб, охранявший порядок в храме на Зеленых Холмах, ревностный фанатик секты, и мисс Кэрнаби с облегчением бросилась к нему от Коула, на губах которого показалась садистская улыбка.
– Простите, вы не видели здесь мою брошь? Я ее где-то обронила..
Липскомб был груб и невоспитан, женщин он ненавидел всей душой. Он сквозь зубы пробормотал, что ему нет дела до чьих-то брошек и ничего искать он не собирается.
Но мисс Кэрнаби не отставала от него, пока Коул не остался далеко позади.
В эту минуту из Священной обители появился сам
Пастырь. Он шел, ласково улыбаясь, и Эми, набравшись смелости, спросила его, не считает ли он поведение Коула странным.
Великий Пастырь успокаивающе положил руку на плечо мисс Кэрнаби и произнес:
– В вашем сердце страх – изгоните его! Полюбите ближнего своего, и страх исчезнет.
– Но мне кажется порой, что Коул просто сумасшедший. Он рассказывает про такие странные видения. .
– Разумеется, его видения странны и несовершенны, кивнул Великий Пастырь, – но кто из нас может похвалиться полным совершенством? Наступит время, когда
Коулу явится совершенство духа, как и любому из нас.
Нужно только терпеливо ждать обетованного часа.
Эми смутилась и, покраснев, спросила:
– А Липскомб? Почему он так грубо относится к женщинам?
Ласковая, все понимающая улыбка снова озарила лице
Великого Пастыря.
– Липскомб – это верный сторожевой пес, – сказал он.
Пусть он невежествен и груб, но зато предан, как и полагается псу.
И Великий Пастырь величественно двинулся прочь.
Мисс Кэрнаби увидела, что он подозвал к себе Коула, отечески положил ему на плечо руку, что-то сказал. Что ж, будем надеяться, подумала Эми, что Великий Пастырь хоть как-то повлияет на Коула, на темы его странных видений.
До осеннего праздника паствы оставалась всего неделя.
Вечером, за день до праздника, Эркюль Пуаро ждал мисс Кэрнаби в небольшой чайной в соседнем с Зелеными
Холмами городишке.
Поздоровавшись, Пуаро спросил:
– Сколько человек будет на празднике?
– Думаю, человек сто двадцать, – ответила мисс Кэрнаби. – Есть и новые, их будут принимать в паству.
– Превосходно. Вы, конечно, знаете, что вам делать.