Единственным нашим козырем был Гастингс, а также победа, которую в действительности одержал не он, а некто другой. Но пострадать пришлось Тому Трейверсу и вам тоже.
Он помолчал немного, потом указал на Бездонный
Колодец и продолжал уже более спокойным тоном.
– Я вам говорил, – сказал он, – что не верю в мудреные выдумки насчет башни Аладдина. Я не верю в империю, которую можно возвысить до небес. Я не верю, что английский флаг можно возносить все ввысь и ввысь, как
Вавилонскую башню. Но если вы думаете, будто я допущу, чтобы этот флаг вечно летел вниз все глубже и глубже, в
Бездонный Колодец, во мрак бездонной пропасти, в глубины поражений и измен, под насмешки тех самых дельцов, которые высосали из нас все соки, – нет уж, этого я не допущу, смею заверить, даже если лорд-канцлера будут шантажировать два десятка миллионеров со всеми их грязными интригами, даже если премьер-министр женится на двух десятках дочерей американских ростовщиков, даже если Вудвилл и Карстерс завладеют пакетами акций двух десятков рудников и станут на них спекулировать. Если положение действительно шаткое, надо положиться на волю божию, но не нам это положение подрывать.
Бойл смотрел на Фишера в изумлении, которое граничило со страхом и даже с некоторым отвращением.
– А все-таки, – сказал он, – есть что-то ужасное в делах, которые вы знаете.
– Да, есть, – согласился Хорн Фишер. – И меня вовсе не радуют мои скромные сведения и соображения. Но поскольку в известной мере именно они могут спасти вас от виселицы, не думаю, чтобы у вас были основания для недовольства.
Тут, словно устыдившись этой своей похвальбы, он повернулся и пошел к Бездонному Колодцу.
Николас Картер
ЗАГАДКА МИССИС ДИКИНСОН
К знаменитому сыщику Нику Картеру пришли трое: полный пожилой мужчина, худой пожилой мужчина и молодой человек, которого нельзя было назвать ни худым, ни толстым.
Полного мужчину звали Феррис, худого – Стил, а молодого человека – Ричард Стил, он был племянником мистера Стила.
Разговор начал мистер Феррис.
– Мы все люди занятые, поэтому будем немногословны,
– сказал он. – Вы знаете меня, знаете мистера Стила. Мы представляем ювелирную контору «Феррис и Стил». Молодой мистер Стил – наш кассир. Вы также знаете Джорджа Дикинсона, не так ли?
– Торговца разными безделушкам и редкостями? –
спросил Ник. – Ему вообще незачем торговать. Денег-то у него – на дюжину богачей хватит. Видимо, занимается торговлей только из любви к ней.
– Именно так. А миссис Дикинсон – ее вы знаете?
– Нет. Слышал только об их свадьбе. Она, кажется, намного моложе супруга.
– Ему под шестьдесят, а ей не дашь к двадцати пяти. И
она настоящая красавица, честное слово. Представьте себе; черные искрящиеся глаза, смуглая кожа – чистая испанка?
Более того, она истинная леди, и по рождению и по воспитанию. Могу похвалиться, что узнаю настоящую леди с первого взгляда. Впрочем, миссис Дикинсон и невозможно спутать с кухаркой. Итак, сэр, наше дело касается ее, и дело это печальное. Можете ли вы поверить, что это прелестное существо больно клептоманией и что она обворовывает нас уже несколько месяцев?
– Могу ли я поверить? – переспросил Ник – Все зависит от фактов.
– О, факты неопровержимые. Мистер Стил и я, мы сами видели, как она это делает.
– Почему же вы позволяете себя обворовывать?
– Может быть, мы ошибались, может быть, мы вели себя безрассудно, – сказал Феррис, – но только из благих побуждений. Позвольте рассказать вам, что произошло.
Это началось в июне, всего лишь через несколько месяцев после их свадьбы. Однажды она пришла к нам в магазин и представилась. В это время я был в магазине. Ее муж торгует с нами уже много лет. Когда нам удается достать что-нибудь особенное по его части, мы всегда даем ему знать об этом, и если сложить вместе суммы сделок, которые мы с ним заключили за последние десять лет, то получится шестизначная цифра.
Разумеется, я был очень рад видеть миссис Дикинсон, мне было любопытно на нее посмотреть. Я показал ей наш магазин. Она спрашивала о ценах на различные предметы, но ничего не купила. На следующий день, однако, она вернулась и приобрела драгоценностей… минуточку…