Кто именно?
– Все равно кто. Чтобы сбить с толку полицию.
Рённ посмотрел на Гюнвальда Ларссона и кивнул. Потом обратился к лежащему в кровати:
– Что вы чувствовали?
– Решение принять всегда трудно. Но я такой, что если на что-то решился, то обязательно доведу это до конца, даже если… – Он осекся и через несколько секунд сказал: –
Вы обещали уйти отсюда.
– Мы такие, что обещаем одно, а делаем совсем другое, – заявил Гюнвальд Ларссон.
Форсберг с горечью посмотрел на него.
– Вы только мучите и обманываете меня.
– В этой палате хватает тех, кто обманывает, – сказал
Гюнвальд Ларссон. – Вы решили убить Ёранссона и ассистента Стенстрёма несколько недель назад. Я прав?
– Да.
– Откуда вы знали, что Стенстрём полицейский?
– Я наблюдал за ним. Так, чтобы Ниссе не заметил.
– Откуда вы знали, что он работает в одиночку?
– Его никогда никто не сменял. Я пришел к выводу, что он работает на свой собственный страх и риск, чтобы сделать карьеру.
Гюнвальд Ларссон помолчал с полминуты.
– Вы сказали Ёранссону, чтобы он не брал с собой никаких документов, – наконец произнес он.
– Да, я приказал ему это, когда он позвонил в первый раз.
– Каким образом вы научились открывать двери автобуса?
– Я наблюдал за работой водителя. Но все равно сделал это с трудом, потому что автобус был другой марки.
– Где именно вы сидели в автобусе? Внизу или наверху?
– Наверху. Вскоре я остался там один.
– А потом вы сняли автомат с предохранителя и спустились вниз.
– Да. Я спрятал его. Ниссе и тот, другой, который сидел сзади, не могли его видеть. И все же один из пассажиров вскочил с места. Нужно всегда быть готовым к таким вещам.
– А если бы автомат заело? Он ведь очень старый.
– Я знал, что он не откажет. Я знаю свое оружие и проверил его перед тем, как отвезти в офис.
– А когда вы отвезли его в офис?
– За неделю до этого.
– И вы не опасались, что там его кто-нибудь найдет?