Мои сны никогда не отличались ясностью и реальностью, ничего не изменилось и в этот раз. Я помню, как губы парня коснулись моих губ, как его глаза смотрели точно в мои, но ровным счетом ничего не помню о том, что чувствовала в тот момент. И чувствовала ли вообще?
А Сашка, оторвавшись от меня и улыбнувшись, сказал:
— По-настоящему все будет гораздо лучше.
Это прозвучало так многообещающе, что я даже проснулась.
— Девушка, проснитесь, мы приехали, — позвал меня водитель, средних лет мужчина с небольшой залысиной.
— А? Ага, спасибо, — достав деньги, я расплатилась с таксистом и по-быстрому выбралась из машины.
— Ужас, и какая только муть не приснится, — задумчиво прошептала я, слегка прикусив губу.
ГЛАВА 7
Забота обо мне в твоих же интересах
Я сидела на подоконнике в своем родном институте и листала конспекты, как вдруг сразу с двух сторон меня оглушили.
— Ку-ку! — стройным хором проорали два самых ленивых человека на нашем факультете.
Виталик и Стас — два брата-акробата, невесть почему решившие поступить на педагогический.
— Чего надо? — не слишком дружелюбно посмотрела я в их сторону.
— Машулик, дорогая…
— Красивая, умная…
— Добрая, очаровательная…
— Милосердная, мудрая…
— Ласточка…
— Солнышко…
— Цветочек, конфетка…
— Дай переписать конспекты!
Такое красивое начало — и такой облезлый конец.
— Пф… Они мне и самой нужны, вообще-то, — непрозрачно намекнула я.
— Пожалуйста, Маш!
— Мы просто спишем и все.
— Или отксерим.
— Какое спишем, какое отксерим? До пары десять минут осталось! — возмутилась я и, развернувшись, потопала в сторону аудитории.
Зайдя в светлое, но от этого не менее отталкивающее помещение (кто бы знал, сколько народу тут завалилось!), я села на свое законное место на галерке. Но, нарушая привычное течение вещей, по бокам от меня устроились «просители». Мило улыбнувшись, наглые близнецы поделились своими планами.
— Мы сядем рядом с тобой и будем переписывать, конспекты далеко не уйдут. И тебе, и нам хорошо.
Нет, ну я так не играю! Каждый раз припрутся, усядутся — и давай всю пару перешептываться. Прямо у меня над ухом… ушами. И ведь отказать почему-то не могу. Не знаю, действительно ли это проявление доброта или просто слабохарактерность, но результат всегда один: довольные списывальщики и угрюмая я.
— Маш, ну ты че такая грустная? — шутливо ткнул меня в плечо Стас уже после того, как пара закончилась и мы втроем вышли на улицу. Так сказать, поближе к солнцу, свежему воздуху и высоким, с желто-красной листвой березам, которые в немыслимых количествах росли на территории нашего института, — и подальше от захламленных и запыленных аудиторий.