Саша наклонился и, чуть прищурившись, с полминуты рассматривал что-то вдалеке.
— А вон там что? Часовня? — в голосе проскользнуло удивление.
— Да, и еще несколько других… построек, — скривилась я.
Вот не понимаю, зачем сюда поставили все эти буддистские, греческие штуки, когда есть наша православная часовня?
— Ты там часто бываешь? — спросил парень, отстранившись на пару сантиметров.
— Часто, почти каждый раз, как прихожу сюда, — проговорила я, заворожено глядя на золотой купол.
— Знаешь, я бы тоже не отказался туда зайти.
Повернувшись к Сашке, я улыбнулась…
Какое-то время мы просто молчали, стоя в обнимку и глядя на маленьких человечков в разных частях парка, но, к сожалению, вскоре нашу… кх-м, идиллию нарушили трое подростков лет пятнадцати-шестнадцати, тоже возжелавшие подняться на башню.
— Пойдем, — шепнул на ухо Сашка, немного отстранившись и подталкивая меня к лестнице.
Пришлось спускаться, только в этот раз впереди шел уже сам парень.
Я смотрела на его светлую макушку, которая даже в темноте была белая-белая, почти как снег.
— Саш, а ты волосы красил? — спросила.
— Это мой натуральный цвет! Я кто, по-твоему, чтобы краситься? — блондин оскорбился, как самая настоящая блондинка.
Сказано это было до того негодующим и обиженным тоном, что меня поневоле начал душить смех. Пытаясь не рассмеяться, я прикрыла рот ладонью, закусила губу, но уже через секунду тихо захихикала, бормоча себе под нос ехидное «блондиночка».
Сашка недолго терпел издевательство над своей персоной, и стоило нам только выйти на свет, как он начал меня щекотать.
— Ну, Сашка, — взвизг. — Мне щекотно! — смех. — Я щекотки бою-у-усь!..
— Сильно-сильно боишься?
— Сильно-сильно, — закивала я.
— Ну, ла-а-адно, пожалеем тебя, — довольно протянул мучитель, поддерживая едва стоящую на ногах меня. Вот уж когда я прочувствовала, что значит защекотать до смерти.
— У меня… из-за тебя… ребра болят! — еле выдохнула я, хватая за руку этого типа.
— Зато ты добавила себе несколько минут жизни, — утешил он меня.
Я хмыкнула, но отвечать не стала. Вместо этого развернулась на сто восемьдесят градусов и потопала по дорожке, оставляя Сашку позади.
Разумеется, он меня догнал и сейчас шагал рядом, разглядывая (хоть и пытался не сильно вертеть головой) парк. А я все думала, чем же таким ему ответить.
Защекотать не смогу: во-первых, не факт, что он боится щекотки, а во-вторых, если что, может ответить тем же… и опять хуже будет лишь мне.
В ближайшем фонтане искупать? Не настолько я злая, чтобы осенью человека в холодной воде топить.
Мысли бегали, шестеренки крутились, а ноги сами собой принесли меня к часовне.
— Пойдем? — спросил парень, разглядывая маленькую клумбу, около которой мы остановились.
Кивнув, я взяла платок, один из тех, что специально повесили около входа, и вошла. За мной, придерживая тяжелую дверь, зашел Саша.
И сразу мы как будто оказались в совершенно другом, далеком от этого парка месте.