Я кивнула. Если бы мне приносили сюда еду, я могла бы провести здесь несколько месяцев.
Я подошла к ближайшему шкафу и коснулась корешков книг. От них исходило едва заметное волшебство. Я не обладала магией, но могла чувствовать ее.
– Я слышал, у вас в академии тоже роскошная библиотека?
Я усмехнулась:
– Ага, роскошная. Только нас туда не пускают. Ведь книги стоят бешеных денег.
Он удивился еще больше:
– Но книги пишутся для того, чтобы их читать. Разве не так? И как же вас обучают магии без книг?
Наверно, это было воздействие вина. Воздействие, с которым я еще не умела бороться. Если бы не вино, уверена, я никогда бы не произнесла это вслух:
– Так нас и не обучают.
Его темные глаза будто стали еще темнее.
– Вы шутите, мадемуазель? В магической академии не обучают магии?
Это была прекрасная возможность остановиться. Свести всё к шутке, посмеяться. Но мне будто вожжа под хвост попала.
– Представьте себе, не обучают. Вам не смешно? Мне тоже. Но, кажется, вы не удивлены?
Я села в ближайшее кресло.
Мой собеседник буравил меня оценивающим взглядом. Будто пытался понять, сказала ли я правду.
– Честно говоря, сомнения у меня появились во время вашего представления на балу, – он опустился в кресло, что стояло рядом с моим.
– Да? – неприятно удивилась я. – И что же заставило вас усомниться?
Все наши действия были столь тщательно отрепетированы, что мне казалось, более убедительными просто нельзя было быть.
– Участие в нём императора, – пояснил Этьен. – Его величество никому не позволил бы читать свои мысли – тем более, в присутствии стольких людей. Он мог пойти на этот шаг только в одном случае – если был уверен, что читать мысли вы не умеете. К тому же, идея с охотой на кабана была неудачной.
– Но его величество сам подсказал нам ее! – воскликнула я и прикусила язык.
Ах, ну что я за болтушка!
На губах Этьена появилась улыбка:
– И когда это было? Уверен, что не меньше двух недель назад.
Ну, да, это было в прошлом месяце – как раз тогда, когда мы с Арманом начали готовиться к балу.
– Видите ли, мадемуазель… Кстати, я до сих пор не знаю вашего имени! Хотя нет, подождите! Как же вас объявил распорядитель? Кажется, Джулиана?
– Джулана, – сердито поправила я. Мне почему-то было неприятно, что он неправильно запомнил мое имя. Хотя, казалось бы, какая мне разница?
Он взмахнул рукой – дескать, это неважно. Мне стало еще обиднее.
– Так вот, неделю назад во время охоты на кабана его величество упал с лошади. Он едва не погиб. Об этом мало кто знает. Но думаю, вы понимаете, что с тех пор любая мысль об охоте заставляет его содрогаться. Поэтому когда вы изобразили на холсте именно эту сцену, я только укрепился в мысли, что здесь что-то не так. А ее высочество принцесса Амалия? Она тоже участвовала в вашей постановке?
– Нет, – я покачала головой. – Но его величество передал нам, что его сестра уже несколько месяцев мечтает о колье с изумрудами.
Ну, вот, я открыла наши карты. Надеюсь, в зале больше не было никого, столь же проницательного.