Сияй, Бореалис! Армейские байки (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Лессан издала глубокий вздох и поплелась к старту.

— Можно ещё и отжимания — для бодрости, от вздохов, — добавил Шинан.

***

Лютый мороз сковал стены Гвальтзарда, проникал в самую глубь асфальта, неторопливо тянулся к людям и норовил похитить их тепло. Ещё недавно здесь билась обычная жизнь города на границе с севером. Война прогнала отсюда эту жизнь и вселила свою. Большинство домов пустовало, и когда наступала тьма, она вбирала в себя безликие силуэты многоэтажек. Возможно, не окажись Гвальтзард вплотную с Бореалем, его бы не населяли сейчас военные.

Лирет вместе с Гарином стояла на посту южного въезда в город. Оба, с красными озябшими носами, топтались на месте, жевали сухари и пили безвкусный горячий чай, считая взглядом проходивших мимо солдат и проезжающие военные грузовики. У обоих лица сковала тоска на пару с морозом.

— Лучше бы медиком была, — проворчала Лирет, разминая одеревеневшие пальцы, которые стали похожи на замороженные сосиски. — Всё отмерзнёт к чертям. У них хватает ума привозить чай со вкусом не чая, а вот где мои заслуженные варежки? Из натурального меха, тёплые и мягкие.

— Вероятно, служат в качестве ковриков у эманатов, — пробубнил Гарин, набив рот сухариками.

Вечно он поедал больше. Девушка вырвала из его рук разорванную упаковку и угрюмо захрустела. Точнее она даже не хрустела — от холода зубы сами крошили во рту сухари. Вдруг раздался какой-то непонятный звук.

— У тебя что, газы пошли? — Лирет недовольно покосилась на напарника.

— Какие газы? — вытаращил глаза тот.

Звук не прекращался. Рычащий и ревущий, он приближался откуда-то, и тогда оба уткнули взгляд в трассу, по которой к городу, на сером унылом фоне, нёсся подозрительно цветастый броневик. Своим шумом драндулет привлек внимание, затем резко затормозил у поста, едва не снеся шлагбаум, затем ненадолго побледнел в сером облаке выхлопных газов. Лирет уставилась на диковинку, забыв жевать сухари. Это воплощение чьей-то изощрённой фантазии являло собой какой-то ржаво-металлический слепок из других машин. Причём хозяин зверя тщетно пытался скрыть коррозию, пёстро разукрасив из баллончика весь каркас. Там были и цветочки, и радуга, и матерные словечки, к капоту, прямо посередине, был приколочен четырёхрогий череп. Девушка переглянулась с Гарином. Тот нервно хохотнул, чуть ли не подавившись. Наверно, какой-то цирк гастролировал и по ошибке зарулил сюда.

Из драндулета вылезли пятеро. Тот, что был за рулём, оказался рослым мужчиной. Из-под густых чёрных бровей сверкали огненно-карие глаза, глубокий шрам проводил черту по диагонали изборожденного мелкими шрамиками лица. Из-под кучерявой чёрной бороды розовели пухлые губы. Субъект был полностью облачен в меха. Присмотревшись сквозь лобовое стекло драндулета, Лирет заметила, что руль тоже отделан мехом.

— Эй, Лирет, ты же хотела варежки, попроси у него, — трясся от смеха Гарин.

— Какой-то меховой фетишист прямо, — усмехнулась девушка. — Но мне кажется, он из меня обивку для сидений сделает.

За меховым фетишистом вылезла высокая смуглокожая девушка в тёплой короткой куртке и обтягивающих джинсах. Все её уши блестели от кошмарного количества серёжек. Кучерявые волосы подбирала красная повязка. Смуглянка беспристрастно обвела всё вокруг взглядом. Упёршись задом в капот, она скрестила руки на груди и прикусила пухлую губу, поправив рукой запутавшуюся в прядке волос серёжку.

— В солярии пересидела, видать, — прошептал Гарин.

Рядом с той возникли ещё двое, судя по всему, братья-близнецы. У одного была повязка на правом глазу, у другого — на левом. Дабы не нарушать креатив тайного сообщества Размалёванного Драндулета, молодые люди покрасили волосы в сумасшедшие цвета. У одного клоуна они были зелеными, у другого — синими.

Последний представитель тайного сообщества выдался менее выделяющимся. На фоне ряженых товарищей он выглядел обыкновенным парнем и притом казался младше всех. Одет он был в обычную зимнюю куртку с меховой опушкой на капюшоне — ничего особенного, одним словом. Разве что необыкновенно белые волосы подбирали инженерские очки, похожие на зелёные фонари. Пока пятёрка ждала указаний военных, он держался в сторонке, но в целом вписывался в свою компанию. Седовласый, ежась на холоде, безучастно жевал чебурек и одновременно вёл неравную борьбу с тяжёлыми от усталости веками, которые норовили смежиться в любую секунду. Образ вызывал смешанные чувства. Краше только в гроб кладут, а этого как будто оттуда вытащили и заставили жить дальше.

— Это у него макияж? — осторожно спросила Лирет, будто стесняясь своего вопроса.

— Это синяки, — вполголоса ответил Гарин.

Гостям разрешили въезд, они втиснулись обратно в машину, и драндулет с рёвом въехал в пределы Гвальтзарда, задымив за собой дорогу. После этого Лирет больше не видела эту странную пятёрку. Однако после полудня всех барьерщиков созвали на срочный сбор. Командир построил всех в одну шеренгу, длинной с улицу, и приказал стоять смирно. Он куда-то отлучился. Лирет и Гарин затерялись где-то в середине этой вереницы. Обоим стало тепло в кругу товарищей. По шеренге гулял шёпот.

— Слышь, это наёмники были, — вполголоса сказала Лирет, поймав поток информации.

— Если в армию зовут наёмников, значит, от нас толку немного, — ответил Гарин.

— Тебя вообще не удивляет их внешний вид?

— Наёмники — отбитые ребята, так что я не удивился. У меня сейчас назрел совсем другой вопрос: зачем нас собрали здесь?

Вместо ответа и он и Лирет увидели, как возвращается командир. Тот шёл не один: следом шагал молодой человек в пуховике. Между ними сквозило большое расстояние, будто они шли по отдельности. Барьерщики замолкли.

— Вам нужна помощь с выбором? — обратился командир к парню.

Он собирался подойти к молодому человеку ближе, но тот вдруг посторонился.

— Не стоит, — сказал парень. — Я справлюсь сам.

Командир остановился. В его лице что-то изменилось, и он отступил назад, будто его обрызгало грязью. Тем временем седовласый стал шагать вдоль шеренги, беспристрастно скользя взглядом по каждому барьерщику. Он смотрел куда угодно, но только не в глаза. Лирет осторожно высунула голову из строя, наблюдая за тем, как напарники ёжатся, точно присутствие наёмника сдирало с них накидки. Он выглядел несколько отрешённо, что с ним совершенно не хотелось связываться. Лицо парня оставалось неподвижным, как застывший гипс, даже когда на голову с крыши шлёпнулся снежный комок и рассыпался по седым волосам. Наёмники нередко имеют дело с убийством людей, девушка побоялась разглядеть в его взгляде отражение смерти, и если вначале образ парня показался ей комичным, то сейчас она молила духов, чтобы его подпертые мешками глаза даже не смотрели сюда. Он не дошёл до середины шеренги. Остановил свой выбор на одном несчастном, побелевшем от волнения барьерщике и велел ему следовать за ним. Этот момент почему-то вызвал у Лирет неприятное ощущение.