Потом Валентина выслушала пространную лекцию на тему правил игры в шахматы, о том, что следует делать и чего делать ни в коем случае не следует и игра показалась ей совсем не такой простой.
— О Боже, — простонала Анриетта, — восхищаюсь твоим терпением, Тина. Лично я сейчас засну. Мне уже начал сниться сон, где ладья забодала королеву.
Валентина фыркнула, а Луи проговорил:
— Ты напрасно столь пренебрежительно отзываешься о шахматах, дорогая.
— Ну что ты, я в восторге от того, что вы нашли себе занятие. Развлекайтесь, разве я вам мешаю? И вообще, я обожаю шахматы. В теории. Это так строго, так изящно, так пропорционально, и фигуры красивые. Вот только мне спать хочется, глядя на все это великолепие.
— Вот и спи, только оставь свое ворчание.
— Книжку почитай, — предложила и Валентина.
— Да ну вас, — отмахнулась Анриетта.
Все же, она поднялась с дивана и взяла с полки какую-то книгу.
— Почитать вам вслух? — предложила она на всякий случай.
На что ее муж и кузина почти одновременно воскликнули:
— Не мешай!
Женщина хихикнула и раскрыла том на первой странице.
Наконец, Валентина запросила пощады.
— Простите, кузен, — сказала она, потирая пальцами висок, — но с меня пока хватит.
— Тогда на сегодня все, кузина, — согласился Луи.
— Господи "На сегодня"! — воскликнула Анриетта, — бедная Тина! Ты посмотри, как ты ее замучил, Луи. Удивляюсь, как у нее еще не лопнула голова от всех этих премудростей.
— Глупости. Думать — полезно, — отозвался тот.
— Но не каждую же минуту. Так и с ума можно сойти.
— Вообще-то, это интересно, — сказала Валентина, — только мне сначала нужно все это переварить, а то у меня в голове каша.
— Да зачем тебе это нужно? — удивилась кузина.
— Мне нравится. И вообще, ты прямо как тетя Маргарита. Просила ее научить меня играть в покер, она и начала причитать: "Зачем тебе это нужно?" А сама-то играет.
— Ну, я в шахматы не играю.
На следующий день после завтрака учеба возобновилась. Луи сел за столик и не забыл пригласить кузину. Анриетта тут же начала возмущаться.
— Сколько можно, Луи! Вы вчера весь вечер сидели над этой противной доской, а я умирала от скуки. И чем прикажешь мне заняться сегодня? Ты ведь не один. Я тоже хочу пообщаться со своей кузиной. В конце концов, она ко мне приехала.
— У вас еще будет много времени для общения.
— Очень в этом сомневаюсь, — фыркнула жена, — тебя ведь хлебом не корми, дай поиграть в шахматы. Безобразие просто.
Анриетта все-таки смирилась и махнула рукой. Она лишь изредка отвлекала Валентину, считая, что не стоит понапрасну перенапрягаться из-за этих дурацких деревянных фигурок.
— Тина, я сажусь писать письмо твоим тетушкам. Может быть, ты хочешь черкнуть им несколько строк?
— Не хочу, — нетерпеливо отозвалась та, не отрывая напряженного взгляда от доски, — передавай им от меня привет.