Завет Локи: читать начало книги онлайн

– Неважно, все это давно уже в прошлом, – сказал я. – Ведь жизнь, по-моему, не стоит на месте?

Эван рассмеялся, и в его смехе мне явственно послышалось нечто весьма знакомое, только я никак не мог определить, в чем тут дело. Это явно было как-то связано с моим прошлым. С некими событиями из совсем другой жизни…

Я пролистал Книгу Лиц, хранившуюся в памяти Попрыгуньи. Значит, так: Эван. Ее лучший друг с раннего детства. Гениально играет в разные ролевые игры. Любимый цвет – густо-красный, цвет крови. Любимый мультфильм – «Тампопо». Любимый роман – «Les Miserables»[26]. Любимое блюдо – пицца-чили с ананасом и большим количеством перца халапенья.

Да, не очень-то много, хотя информация о пицце мне понравилась. Я придвинулся чуть ближе к Эвану, чтобы получше его рассмотреть. На мой взгляд, самый заурядный парень, если не считать этого металлического кресла. Каштановые волосы; безбородый; лицо умное, открытое; явно присутствует чувство юмора. Словом, знакомого в его облике не было ровным счетом ничего. Разве что меня немного смущал тот синий огонь, что пылал в его здоровом глазу. А еще меня преследовало ощущение, что я откуда-то его знаю. Что я всегда его знал…

– Лучше бы все же ты не оказался тем, о ком я подумал, – в задумчивости промолвил я.

А он усмехнулся и сказал:

– Ну, мой дорогой, я разочарован. Я надеялся, что после всего того, через что нам пришлось вместе пройти, ты сразу меня узнаешь, Капитан.

Я так и сел, причем довольно неудачно – на ребро жесткого винилового кухонного табурета. Да уж, надо было, конечно, сразу догадаться! Надо было сразу – упрекал я себя – узнать его хотя бы по этой улыбке, которая столь редко освещала его лицо в Асгарде, и по этому смеху, который там звучал еще реже, частенько предвещая к тому же разные неприятности. И я, разумеется, должен был узнать его по этому горящему синему глазу, смотревшему так остро, что, казалось, его взгляд пронзает меня насквозь. Да, это он дал мне прозвище Капитан. Больше никто и никогда так меня не называл. Никто со времен Конца Света. Вот почему у меня не оставалось ни малейших сомнений…

…что в теле Эвана поселился Один!

Свет

Глава первая

Я не выдержал и расхохотался. Великие боги! Неужели и Один, властелин Асгарда, наш Генерал, Создатель Девяти Миров, Повелитель Рун, Летописец древности, оказался в столь унизительном положении, что был вынужден занять тело какого-то убогого юнца, представителя племени Людей, который, судя по всему, даже нормально ходить не может?..

– На самом деле ходить я как раз могу, – возразил Эван, – но только когда у меня «хорошие дни». – И он принялся с совершенно излишними подробностями объяснять мне, каково в данный момент его физическое состояние, и что для него «хорошие» или «плохие» дни, и в чем суть его лечения, и до чего мучительна эта непреходящая боль в суставах… Слушая его, я судорожно рылся в памяти Попрыгуньи, пытаясь отыскать некую точку отсчета в ее дружбе с Эваном.

Но Попрыгунья вместе со своими воспоминаниями ухитрилась забиться в самый дальний уголок своего ментального пространства и, свернувшись там клубком, без конца повторяла: «Все равно этого быть не может!» и «Да пошли вы все на фиг!». К сожалению, ни одна из этих фраз никак не могла мне помочь в нынешнем, весьма затруднительном положении.

– И давно ты в этом мире? – наконец спросил я.

– Достаточно давно, – сказал Один.

– А как ты сюда попал?

Он пожал плечами.

– По-моему, примерно так же, как и ты. По реке Сновидений, которая, как известно, пересекает все миры – и существующие, и существовавшие, и те, что еще только могут когда-нибудь возникнуть. – И Один так ласково мне улыбнулся, словно был мне любящим братом или закадычным другом. – Величайшие умы этого мира воспринимают реальность как некое древо с роскошной кроной, в ветвях которого содержатся сведения обо всех возможных результатах любого из возможных деяний. Не правда ли, весьма похоже на наши представления о мире?

– Это же Иггдрасиль! – воскликнул я. Ну да, это был самый настоящий Иггдрасиль, Мировое Древо, к ветвям которого – согласно древним преданиям – подвешены все Девять Миров.

Генерал улыбнулся.

– Быстро соображаешь. На первый взгляд здешний мир может показаться весьма отличным от того, который мы покинули, однако у них много общего. Недаром даже здешние названия наук подозрительно созвучны с рунической терминологией асов. И вообще, в обоих этих мирах очень многое пересекается, а немалое количество элементов и вовсе являются общими. – Один широким жестом повел рукой, как бы охватывая весь Молбри. – Возьми хоть этот городок. Согласно теории множественности миров, непременно должна существовать некая версия и самого этого городка, и его обитателей в любом количестве альтернативных миров. Возможно, и в нашем с тобой прежнем мире она существует.

– Хм… – Что ж, это, по крайней мере, звучало ничуть не менее правдоподобно, чем та теория создания мира, которую меня когда-то заставили усвоить (она, если не вдаваться в ненужные подробности, состояла в том, что весь процесс Созидания происходил благодаря некой гигантской корове[27]).

– Мало того, – продолжал Один, рассеянно гладя лохматого белого пса, так и льнувшего к его ногам, – согласно еще одной теории – она здесь именуется «квантовой» и в том числе включает некое условное понятие «кошка в коробке»[28], которая одновременно и жива, и мертва, – наши боги и сейчас вполне могут быть как живыми, так и мертвыми. Эван обладает достаточными знаниями в подобных областях и поделился этими знаниями со мной.

– А мне кажется, – возразил я, – что здешняя наука – это самая большая свалка всевозможной информации, о какой мне довелось слышать с тех пор, как Мимир Мудрый, лишившись своего тела, вернулся в Асгард из Ванахейма[29].

Один улыбнулся. Когда-то мы прозвали его Молчаливым, но сегодня он был прямо-таки невероятно разговорчив – я, во всяком случае, никогда его таким не видел с тех пор, как он вытащил меня из царства Хаоса. Наверное, думал я, на нем сказалось длительное пребывание в Нифльхейме, где он вновь открыл для себя такое удовольствие, как умная беседа.

– Нам, собственно, нужно понимать одно, – сказал он. – То, что миры существенно расширились, а в связи с этим возникли такие возможности, каких мы никогда даже и не предполагали.

– Например?

– Например, возможность вернуться в наш мир. И восстановить свой божественный статус. И отыскать друзей и соратников.

Я не выдержал и рассмеялся ему в лицо.

[26] «Отверженные», роман Виктора Гюго.

[27] Согласно этой теории, мир был создан из тела антропоморфного существа Имира (слово «ymir» означает «двойной»), который возник из растаявшего инея вместе с коровой Аудумлой, выкормившей Имира своим молоком; затем под мышками у Имира родились мальчик и девочка, а его ноги «породили» сына, и эти первые люди оказались великанами «из мороза и инея».

[28] Один имеет в виду понятие «кот Шрёдингера» – мысленный эксперимент, предложенный австрийским физиком-теоретиком и одним из создателей квантовой механики Эрвином Шрёдингером, 1887–1961, Нобелевская премия 1933.

[29] Когда асы послали великана Мимира шпионить в лагерь ванов, более древнего племени, владеющего рунами, ваны в итоге отрубили Мимиру голову и послали ее назад, асам, а Один, сохранив эту голову с помощью колдовства, спрятал ее в источнике Мудрости у корней ясеня Иггдрасиля и постоянно пользовался ее советами. Мимир прячет в этом источнике глаз Одина, который похитил у него, дав ему напиться.