Лиззи свернула и убрала спальные мешки. Я покачал головой:
– Я понесу.
Уилл взял свою сумку, а Лиззи уже снова сжимала в руках копье.
– Мне нужно оружие, – неожиданно заявила Кармен.
– Что тебе дать, Кар? – спросил Уилл.
Она повернулась на его голос:
– Нож.
Уилл кивнул:
– Он у меня. – Он извлек нож из рюкзака и вернул законному владельцу.
Кармен дрожащей рукой обхватила пластиковую рукоять:
– Ты… нашел его.
– На холме. Ты ранила Риза. Молодец.
Раскрыв нож, Кармен держала его перед собой.
– Лучше пойдем, пока не стало совсем темно. – Уилл распахнул дверь, и я в последний раз посмотрел, нет ли кого поблизости.
– Куда? – спросил Грейди.
– На северо-восток по реке, до самого моря, – указал Уилл.
И мы покинули убежище, отгоняя тучи назойливой мошкары, роившейся в палисаднике.
Чем дальше мы продвигались по реке, тем круче становился откос берега по обе стороны от нее.
– Мне это не нравится, – сказал я.
– Почему? Здесь нас не видно. – Лиззи удивленно приподняла брови.
– Да, – ответил я, – но и мы не увидим, если с запада кто-то подойдет.
Лиззи быстро сжала мою руку и тут же ее отпустила.
Уилл снова повел нас, Грейди был замыкающим, а мы с девчонками шагали в середине. Хотя это громко сказано: я хромал, навьюченный двумя рюкзаками; Лиззи ковыляла рядом, опираясь на копье; Кармен шаталась, словно зомби, заткнув изувеченную руку под кофту, а здоровой размахивала в воздухе, отбиваясь от невидимого врага.
– Как там Кармен? – шепотом спросил я.
Лиззи лишь покачала головой.
Больше я не проронил ни слова. Поджав хвосты, мы в молчании продвигались вдоль реки. Луна смазанным пятном устроилась на ночном небе, и вскоре я уже едва мог различить силуэт шедшего впереди Уилла.
Шум прибоя становился все отчетливее, и вот наконец далекий шепот моря превратился в грохот разбивающейся о камни воды. Впереди, на скалах, белыми вспышками мелькали редкие птицы.
Крутые берега угрожающе возвышались по обе стороны от реки, и меня сковал животный страх, что вот-вот обрушится каменная лавина и следом за ней спустится враг, чтобы прикончить нас.
И вот наконец устье.
Стены откосов рухнули, и я затаил дыхание. Прямо перед нами, на обширной насыпи, образованной мощным течением, раскинулся птичий базар; в покрытых известкой скалах не было ни одной щели, до сих пор не отведенной для одного из целого множества гнезд, тщательно сконструированных из собранных неподалеку веточек. Здесь стоял настоящий гвалт: мириады птиц кричали, каркали, галдели и чирикали, словно нетерпеливые зрители в ожидании представления.