Уилл подошел к нам:
– Вбей клин вон там, и я подниму Кармен.
Лиззи коснулась моей руки.
– Мы же так хотели этого, помнишь? – грустно промолвила она. – Я думала, что мы вернемся домой богатыми, ну и может слегка обгоревшими… – она мельком посмотрела на Кармен. – Я и подумать не могла…
– Откуда нам было знать, – я глубоко вздохнул и оглянулся.
– Они приближаются, – прошептал Грейди.
Я оставил рюкзак на земле и встал на первый уступ. Трещина начиналась на уровне головы. Я ухватился за нее правой рукой, так что большой палец указывал вверх, и подтянулся. Повернув колено, я всего на несколько сантиметров вставил в трещину носок левой ноги, а затем развернул его вдоль тела. Сцепление было достаточным, и я толкнулся, ухватившись рукой за следующий уступ. Сложнее всего в том, чтобы карабкаться вверх по узкой полоске трещины, было сохранять равновесие, не раскачиваясь из стороны в сторону. Мои плечи быстро забились, а шея сильно затекла.
Я вогнал в трещину пружинный клин и закрепил на нем веревку, скинув свободный конец вниз.
– Молодец, Бен! Я иду, – прокричала Лиззи.
Я почувствовал, как веревка задергалась и натянулась. Я быстро обогнул клин полез дальше.
Карабкаясь, я никак не мог отогнать от себя навязчивую мысль. Правильно я прочел координаты или нет? Или же я увидел лишь то, что хотел увидеть. Что, если это мы идем не туда?
– Чего встал? – окликнул меня Уилл. – Что такое?
– Н-ничего. – Я мотнул головой, как пес, отряхивающийся от воды, и продолжил подъем.
Трещина становилась все тоньше – я почти дошел до ее конца. Я загнал очередной клин, прицепил к нему веревку и стал искать, за что ухватиться дальше.
Сильно рискуя, я отклонился и посмотрел наверх. Оставалось еще метров восемь. Я тяжело отдувался, и вспотевшими ладонями хвататься становилось все труднее.
К счастью, утес был довольно удобным и на нем в изобилии присутствовали уступы и опоры. Зажав веревку в одной руке, я натянул страховочные перчатки, а затем обернулся на Лиззи. Совсем бледная, она смотрела на меня.
– Туда? – указал я.
Она немного отклонилась и показала большой палец.
Я шагнул в сторону от трещины. Руки и ноги ныли от бесчисленных ушибов и царапин, но я заставил себя забыть о боли. Веревка сбоку от меня закачалась под весом Лиззи, и я услышал, как Уилл подгоняет Грейди к первому клину.
На земле оставались только Кармен и мой брат.
По мере продвижения я вставлял в разломы и трещинки захваты, чтобы прицепить к ним свою собственную веревку. Я не знал в точности, насколько высоко забрался, но если и сорвусь… я накрепко привязал страховку к сбруе. Она удержит меня, если что-то пойдет не так.
Восемь метров.
Пять.
Три.
Наконец я почувствовал, как на скалу полез Уилл. Кармен оставалась сама по себе.
Я изо всех сил сопротивлялся желанию посмотреть вниз. Отсюда мне было бы видно Кёртиса и его ребят, но и что с того? Они так или иначе были близко. Ветер доносил до моих ушей отголоски их криков.
– Наверх, Бен, – подначивал я себя, – потом посмотришь.
Я потянулся к выступающему камню, сплошь заляпанному птичьим пометом, но зато идеально подогнанному под мою руку. Едва я ухватился за него, как снизу послышался крик и веревка подо мной резко натянулась. Камень выскользнул из-под моих пальцев, и я едва не сорвался, в последний миг зацепившись за вертикальную трещину. Кто-то внизу болтался, удерживаемый только страховочной веревкой. Плечо пронзила острая боль, но я сосредоточил все свои силы на том, чтобы удержаться. Я не мог даже закричать и только стонал сквозь зубы.
– Грейди, – прокричала Лиззи, – отпусти веревку!
– Я чуть не сорвался! – верещал он.