– В этом-то и проблема.
– Ладно. Давай тогда я подержу его за шею, а ты натягивай юбку.
– Есть в этом что-то неправильное, – сказала я, когда мы обе заняли свои позиции.
– Да ладно, у него нет головы, он не узнает, что над ним надругались.
Засмеявшись, я все-таки натянула юбку до талии. Затем мы поставили пластиковую даму на ноги и уставились на нее.
Скай склонила голову набок:
– У нее перекошены руки? – Она попыталась поправить правую руку, и та отвалилась. – Я ее сломала.
– Нет, ее можно вставить обратно.
Скай размахнулась оторванной рукой и шлепнула меня по заднице:
– Эй, у меня, между прочим, есть голова, и надругательство над собой я уж точно замечу.
Она залилась смехом. Пока мы еще больше не испортили манекен, я вставила руку и отодвинула его к окну:
– Спасибо, выручила.
– Не за что. – Скай уже было направилась к Линде, но остановилась. – Ой, помнишь группу, о которой я тебе рассказывала? Моего парня Генри?
– Да.
Она достала из сумочки флаер, на нем было изображение расплющенной жабы.
– Они выступают в эту пятницу. Вверх по улице. Ты должна прийти.
– Ух ты! Я постараюсь. Спасибо.
– Не за что.
Глядя ей вслед, я задумалась, о чем они с Линдой разговаривают. Что у них общего?
Услышав шуршание бумаги, я опустила взгляд и поняла, что крепко сжимаю флаер. Может быть, стоит сходить на этот концерт? По мне больше спортивные мероприятия, а не тусовки с громкой музыкой. По крайней мере, я всегда так считала. Но, стоя здесь, в магазине женской одежды, в этом наряде, и слыша смех из служебного помещения, я поняла, что, возможно, я гораздо разностороннее, чем думала.
Глава 18
Одной на концерт идти было боязно, поэтому я сгоряча позвала с собой Эмбер. Из всех знакомых для рок-концерта она подходила лучше всего.
Она должна была заехать за мной с минуты на минуту, а я до сих пор находилась в своей комнате, загнанная в ловушку шумом внизу. Не было ничего сложного в том, чтобы спуститься вниз в одежде, которую я несколько недель носила на работе, и сказать всем, что ухожу гулять, но я просто не могла это сделать. Братья ведь еще не видели меня такой, и я чувствовала себя самозванкой. Как будто я всего лишь притворялась, и они с легкостью могли меня раскусить.
Их смех был отчетливо слышен в моей комнате даже сквозь плотно закрытую дверь. Я еще раз окинула себя взглядом в зеркале: узкие джинсы, майка с довольно глубоким, непривычным для меня вырезом, распущенные волосы, которые благодаря советам Эмбер теперь выглядели блестящими и пышными.
Все, хватит. Я расправила плечи и направилась к двери. Я могу это сделать. Вот только дверная ручка ощущалась в моих руках невероятно тяжелой, слишком тяжелой, чтобы повернуть. Я не привыкла сдаваться, но на сей раз была вынуждена принять поражение. Подошла к шкафу, достала большую толстовку и накинула ее на себя. Взяла со стола резинку, забрала волосы и только тогда пошла вниз.
– Чарли! – воскликнул Гейдж, как только я спустилась. – Скорее иди сюда. Я поспорил с Брейденом, что смогу закинуть тебе в рот пять штучек попкорна за тридцать секунд.
– Что?
– Встань вон там. – Он указал на место в десяти футах от себя.
Я взглянула на Брейдена, который сидел на диване, закинув ноги на журнальный столик, и один уголок его губ слегка приподнялся. Почему из-за этой улыбки мне сразу захотелось включиться в их спор?
– Ему это не по силам, – заявил Брейден.