Читать книгу «Джон Рональд Роуэл Толкиен. Лучшие сказания» онлайн.
И потому тогда решили ничего не предпринимать, хотя у Эльронда было неспокойно на душе, и он сказал Мифрандиру: “Предчувствую я, что Единое Кольцо все же сыщется, и вновь разгорится война, и в этой войне придет конец Эпохи. Воистину, отойдет она во тьме, если только некий странный случай, недоступный взору моему, не спасет нас."
“Много странного случается в мире, — отвечал Мифрандир. — и бывает, что, когда Мудрые оказываются бессильны, помощь приходит от слабых."
Так беспокойство охватило Мудрых; но никто не прозрел еще, что Курунир обратился ко тьме и в душе уже стал предателем — ибо желал он отыскать Великое Кольцо и самому завладеть им, чтоб весь мир подчинился его воле. Слишком долго он, надеясь победить Саурона, углублялся в его замыслы, и ныне не столько ненавидел его деяния, сколько завидовал ему как сопернику. И рассудил Саруман, что Кольцо, собственность Саурона, начнет стремиться к своему Господину, буде он вновь объявит себя: но если его изгонят, Кольцо останется сокрытым. Потому он желал играть с опасностью и позволить Саурону на время укрепиться, надеясь искусством своим обойти и друзей, и Врага, когда явится Кольцо.
Саруман велел следить за Ирисной Низиной и вскоре обнаружил, что шпионы Дол Гулдура рыскают в тех местах по течению Реки. Так понял он, что и Саурон знает о том, как погиб Исильдур, и в страхе вернулся в Исенгард и укрепил его; и все более углублялся он в тайны Колец Власти и искусство их сотворения. Но ничего не сказал он об этом в Совете, надеясь первым отыскать вести о Кольце. Он собрал великое множество соглядатаев, среди них были и птицы, ибо Радагаст помогал ему, нисколько не разделяя его предательства и считая, что это лишь часть обычного слежения за Врагом.
Но тьма в Лихолесье все разрасталась, и из всех темных закутков мира лихие твари стягивались в Дол Гулдур; одна воля объединяла их, и их злоба была нацелена против эльфов и уцелевших нуменорцев. Потому был снова созван Совет, и много говорили там о тайнах Колец; а Мифрандир обратился к Совету: “Нет нужды отыскивать Кольцо, ибо покуда оно существует в мире и не уничтожено — до тех пор будет существовать и сила, породившая его, и Саурон будет копить силы и не терять надежды. Могущество эльфов и Друзей Эльфов давно уже не то, что прежде. Скоро уже он и без Великого Кольца превзойдет вас в мощи: ибо Девять ему подвластны, а Три из Семерых он уже получил. Нам нельзя промедлить с ударом!"
На сей раз Курунир был с ним согласен, надеясь, что Саурона выбьют из Дол Гулдура, который слишком близко от Ирисной Низины, и у Врага не будет времени продолжать там поиски. Потому — в последний раз — он помог Совету; они собрали все силы, ударили на Дол Гулдур и выбили Саурона из его твердыни, и на недолгое время Лихолесье вновь объединилось.
Но удар этот запоздал. Ибо Черный Властелин предвидел его и загодя подготовился; и Улайры, Девять Слуг его, шли пред ним, расчищая ему путь. Так что его бегство было притворным, и он скоро вернулся — вернулся в Мордор, прежде чем Мудрые смогли помешать ему, и вновь поднял к небу черные башни Барад-Дура. В тот год Белый Совет собирался в последний раз, и Курунир удалился в Исенгард и ни с кем больше не держал совета, кроме себя.
Множились орки, а далеко на юге и на востоке вооружались дикари. И тогда, среди нарастающего страха и слухов о войне сбылось пророчество Эльронда, и Единое Кольцо отыскалось вновь — волей случая столь странного, что и Мифрандир не мог предвидеть его; оно осталось сокрытым и от Саурона, и от Курунира, Ибо задолго до того, как они начали поиски Кольца, оно покинуло Андуин, и еще в те годы, когда в Гондоре правили короли, нашло его существо из племени рыбаков-полуросликов, живших близ Реки. Вместе с этим существом Кольцо исчезло в сумрачном укрывище у самых корней Мглистых Гор. Там оно и обитало, покуда в год удара на Дол Гулдур не отыскал его странник, под землей бежавший от орков; и с ним Кольцо отправилось далеко, в страну перианов, Малого Народца, полуросликов, живших на западе Эриадора. До того дня они почти не занимали людей и эльфов, и ни Саурон., ни Мудрые — кроме Мифрандира — не находили им место в своих помыслах.
Благодаря удаче и своей бдительности Мифрандир первым узнал о Кольце, опередив Саурона. Но им владели сомнения — как поступить? Слишком велика была лиходейская мощь Кольца, чтобы кто-то из Мудрых мог владеть им, если только он, подобно Куруниру, не желал стать тираном и новым Черным Властелином; но нельзя было вечно скрывать Кольцо от Саурона, и всего искусства эльфов не хватило бы, чтобы его уничтожить. Потому с помощью северных дунаданов Мифрандир бдительно хранил край перианов и ждал своего часа. Но слуги Саурона были вездесущи, и вскоре Враг услыхал о Едином Кольце, вожделенном им более всего на свете, и выслал назгулов добыть его. Тогда вспыхнула война, и Третья Эпоха, начавшись битвой с Сауроном, такой же битвой и закончилась.
Те же, кто видел деянья тех дней, деянья невиданные и доблестные, рассказывали повсюду предание о Войне за Кольцо и о том, как она закончилась победой нежданной, и все же задолго до того предвиденной в скорби. Поведаем здесь, как на Севере явился наследник Исильдура и принял обломки меча Элендиля, и они были перекованы в Имладрисе; и вышел он на войну, великий витязь и вождь людей. То был Арагорн, сын Арафорна, тридцать девятый потомок Исильдура по прямой линии, более схожий с Элендилем, чем все его предки. Была битва в Роханде, и пал изменник Курунир, и был разрушен Исенгард; сошлись два войска под стенами Гондора, и канул во тьму Владыка Моргула, Полководец Саурона; и наследник Исильдура повел войско Запада к Черным Вратам Мордора.
В той последней битве был Мифрандир, и сыны Эльронда, и князь Роханда, и витязи Гондора, и наследник Исильдура с северными дунаданами. Там грозили им пораженье и гибель, и вся доблесть их чуть было не пропала втуне, ибо Саурон был слишком силен.
Но в тот час сбылось предсказанное Мифрандиром, и когда Мудрые оказались бессильны, помощь пришла из рук слабых. Ибо, как поется отныне во множестве песен, перианы, Малый Народец, обитатели холмов и лужаек, принесли им спасение.
Фродо Полурослик, с одобрения Мифрандира, принял на себя бремя и один, со слугой, прошел через тьму и опасность, достиг, вопреки Саурону, самой Роковой Горы и там вверг Кольцо в то Пламя, в котором оно родилось; так Кольцо было уничтожено и сгинуло лихо его.
Тогда пал Саурон, и был разгромлен, и сгинул, обратясь в бессильный и злобный призрак: рухнули башни Барад-Дура, и от грохота их падения содрогнулись многие земли. Так пришел мир, и настала на земле новая Весна; и наследник Исильдура был коронован королем Арнора и Гондора, и укрепилась мощь дунаданов, и возродилось их величие. В Минас Аноре вновь зацвело Белое Древо, ибо Мифрандир отыскал его саженец в снегах Миндоллуина, что высился, сверкая белизной, над Гондором; и пока то древо жило, память о Древних Днях хранилась в сердцах королей.
Все это было достигнуто большей частью благодаря бдительности и мудрости Мифрандира, и в последние дни Эпохи ом явился могучим и чтимым владыкой и, облекшись в белое, вышел в битву. Но покуда не пришло ему время уходить, никто не узнал, что был он хранителем Красного Кольца Огня. Вначале кольцо это было доверено Цирдану, владыке Гаваней; но он передал его Мифрамдиру, ибо знал, откуда тот пришел и куда вернется.
“Прими это Кольцо. — молвил он, — ибо тяжки будут труды твои и заботы, но оно поддержит тебя во всем и защитит от усталости. Ибо это Кольцо Огня, и, быть может, с его помощью в этом остывающем мире ты воспламенишь сердца древней доблестью. Что до меня, сердце мое с Морем, и я буду жить на сумеречных берегах, храня Гавани, покуда не отплывет последний корабль. Тогда я буду ждать тебя."
Белым был этот корабль, длинным и стройным, и долго ждал он конца, о котором говорил Цтрдан. Когда же все было свершено, и наследник Искльдура принял власть над людьми, и владычество над Западом перешло к нему — тогда стало ясно, что кончилась мощь Трех Колец, и мир для Перворожденных стал седым и дряхлым. В то время последние нолдоры отплыли из Гаваней и навсегда покинули Средиземье. Последними же прибыли к Морю хранители Трех Колец, и владыка Эльронд взошел на корабль, приготовленный Цирданом. На исходе осени покинули они Мифлонд и плыли, покуда не сомкнулись за ними моря Замкнутого Мира, и ветра круглого небосвода больше были им не страшны — вознесясь в высоту над туманами мира, достигли они Древнего Запада, и конец пришел эльдарам в слове и в песне.
Неоконченные предания
Истари (Маги)
“Маг" — перевод с языка квэнья слова “истар" (на синдарине — “итрон") — это одни из членов “Братства" (так это называлось), проявлявший значительные познания в истории и сущности мира. Перевод этот, хоть и соответствует во многом значению слова "истар", близкого к слову “мудрый", не совсем удачен, так как Истари во многом отличаются от магов и волшебников поздних сказок; входившие в Хэрен Истарион — Братство Магов — принадлежали Третьей Эпохе и с ней ушли, и никто, кроме, может быть, Эльронда, Цирдана и Галадриэли, не знал, кто они и откуда явились,
Люди, знавшие их, вначале считали их тоже людьми, только после тайного и долгого труда овладевшими знанием и искусствами. Впервые они появились в Средиземье в году примерно тысячном Третьей Эпохи, но долгое время сохраняли обычную наружность людей, древних годами, но крепких телом, бродяг и путешественников, собиравших сведения о Средиземье и о тех, кто населял его, но не открывавших никому своих дум и целей. В то время люди видели их редко и мало обращали на них внимания. Но когда призрак Саурона начал расти и снова обрел плоть, они стали действовать, искать способы борьбы с надвигающейся Тьмой и напоминать людям и эльфам о грозящей опасности. Тогда широко распространились слухи об их внезапных появлениях и исчезновениях, о вмешательстве в разные дела, и люди узнали, что они не умирают, а только становятся старше на вид, в то время как люди умирали один за другим. Потому их начали бояться, хоть и любя, и сочли их эльфами (с которыми маги и вправду часто общались).
Однако они не были эльфами, ибо Истари пришли из-за Моря, с Заокраинного Запада, хотя долгое время это было известно лишь Цирдану, Хранителю Третьего Кольца и владыке Серебристой Гавани, который видел, как высаживались они на побережье Западных Земель. Они были посланниками Западных Владык, валаров, которые не забывали о Средиземье. Когда призрак Саурона возродился, они сделали все, чтобы противостоять ему. С согласия Эру валары послали тех, кто был одного с ними рода, но заключив их в тела людей — настоящие, а не призрачные, подвластные земной боли, страху и усталости, способные страдать от голода и жажды и даже погибнуть; хотя благодаря своему высокому духу они не умирали и лишь медленно старились под тяжестью лет и трудов. Валары поступили так, желая избежать древних ошибок, особенно, когда они пытались охранить и выделить эльдаров, являясь им в полном блеске своего могущества и славы. Теперешним их посланникам было запрещено раскрывать свое величие или стремиться завладеть умами людей и эльфов, открыто проявляя свою силу: но велено было, являясь в образе простом и слабом, советами и убеждением вести эльфов и людей к добру и стремиться объединить в любви и согласии всех тех, кого Саурон — явись он снова — пытался бы совратить и подчинить себе.
Сколько их было в Братстве, точно неизвестно, но из тех, что пришли на север Средиземья (где больше было надежды, ибо там обитали уцелевшие дунаданы и большинство эльдаров) известны пятеро. Тот, кто прибыл первым, отличался благородной осанкой и наружностью: одет он был в белое, волосы — цвета воронова крыла, а голос зачаровывал. Он был искушен в ремеслах, и все, даже эльдары, признавали его главой Братства. Были и другие — двое в лазурных одеяниях и один в буром, как земля. Последним явился тот, кто казался невзрачнее прочих — ниже ростом и на вид более древний, седовласый и одетый в серое, он опирался на посох. Но Цирдан прозрел в нем величайший дух и величайшую мудрость. Он приветствовал его почтительно и отдал ему Третье Кольцо — Нарья, Кольцо Огня. И сказал:
— Великие труды и опасности ждут тебя. И, чтобы не показался тебе твой долг слишком тяжким — возьми это Кольцо — и оно поможет тебе. Оно было доверено мне лишь для того, чтобы сохранить тайну, и здесь, на западном побережье, оно праздно. Теперь же оно должно послужить более благородной цели: воспламенению мужества в сердцах.
Серый Посланец принял Кольцо и хранил его, но Белый Посланец (искушенный в разгадывании тайн) вскоре узнал об этом даре и позавидовал ему. И это стало причиной его скрытой ненависти, которая потом стала явной.
Позднее Белый Посланец стал известен среди эльфов как Курунир, "Искусник", на языке северян — Саруман. Но это было уже после того, как он вернулся из многих странствий и поселился в Гондоре. О Синих Посланцах немногое ведомо на Западе: их называли "Синие Маги", Итрин Луин. Они ушли на восток вместе с Куруниром, но не вернулись; и неизвестно, остались ли они на востоке в целях, им самим лишь ведомым, погибли или были захвачены Сауроном и стали его слугами. Быть может также, подобно Саруману, потерпели они поражение, хотя, конечно, не так, как он. Говорят, что они были основателями и зачинателями тайных культов и “магических" обычаев, которые пережили падение Саурона. Все вышеперечисленное можно считать достоверным, ибо, как это ни странно, Истари, будучи воплощены в людские тела, могли, подобно людям и эльфам, сойти с истинного пути и предаться злу, забывая добро в поисках могущества, способного воплотить их замыслы.
Действительно, находясь в образе людей, Истари вынуждены были многому учиться заново и не сразу; и хотя они сознавали, откуда явились, память о Благословенной Земле была лишь прекрасным и далеким видением, к которому они стремились безмерно (пока оставались верны своему предназначению). Так, вынося по доброй воле муки изгнания и коварство Саурона, они исправляли черноту времени.
В сущности, из всех Истари только один остался верным долгу до конца, и был то пришедший последним. Радагаст, четвертый, полюбил животных и птиц и, покинув людей и эльфов, проводил свои дни среди диких тварей Средиземья. Отсюда он получил свое имя, которое на древнем нуменорском наречии означает, как говорят, “любящий зверей". А Курунир Лан, Саруман Белый, пал, забыв о своем высоком долге. Возгордившись и возжелав власти, стремясь вытеснить волю Саурона и утвердить свою, он попал в ловушку к Черному Властелину, еще более могущественому, чем он.
Тот, кто пришел последним, был назван эльфами Митрандиром. "Серый Странник" нигде не жил постоянно и не искал ни богатства, ни прислужников, но бродил по западным землям от Гондора до Ангмара, от Линдона до Лориэна, помогая в случае нужды всем их обитателям. Пылок был его дух (и кольцо Нарья еще больше усилило эту пылкость), ибо он, враг Саурона, противостоял огню пожирающему и разрушающему огнем животворным и питающим надежду; однако и радость его, и быстрый гнев скрывали серые, как пепел, покровы. Лишь те, кто хорошо знал его, прозревали в нем скрытый пламень. Он мог быть весел и снисходителен к простодушной юности, но скор на резкие слова для глупости; он не был горд, не искал ни власти, ни восхвалений и был любим всеми теми, кто сам не знает гордыни. Чаще всего он бродил пешим, опираясь на посох — поэтому северяне звали его Гэ́ндальф, "Эльф с жезлом", ибо считали его (ошибочно) эльфом, особенно после того, как он показал им всякие магические чудеса, особо увлекаясь огненными фокусами; делал он это лишь для веселья и удовольствия, не желая, чтобы кто-то благоговел перед ним и из страха следовал его советам.