Корица на лепестках жасмина (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

========== Первая интимная близость ==========

Питер нервно улыбнулся своему отражению в небольшом настенном зеркале. До мероприятия, на котором Тони обязал его появиться, оставалась лишь пара часов, и подросток судорожно пытался уложить непослушный каштановый волосок, постоянно выбивающийся из общей копны густых прядей. Было немного неловко стоять в неприлично дорогом и роскошном костюме посреди куч одежды и какого-то непонятного, наваленного на полу хлама, да ещё и в маленькой комнате дешёвой квартиры. Старк сам выбрал костюм для парня, потому что альфа хотел видеть рядом с собой прекрасного омегу в подходящей ему одежде. И это не был бы Энтони Старк, если бы не затащил в дорогой бутик пугливого на подобные вещи паренька, исходя лишь из собственной прихоти. Паркер помнил зарождающийся в нём страх, медленно растекающийся по всему телу, когда он вместе с альфой вошёл в залитое светом помещение с большим количеством самых разнообразных костюмов бренда «Brioni». Но паника вмиг утихла, когда сильная рука опустилась на его по-омежьи хрупкое плечо, несильно сжав. Тогда, после, казалось, тысячи перемеренных костюмов, Тони остановился на тёмно-синем непарном костюме-тройке Parioli, который, как сказал молодой продавец-консультант в лице омеги, прекрасно подчёркивал всю глубину и выразительность шоколадных глаз Питера. Паучок с замиранием сердца слушал характеристики выбранного костюма, о которых милый консультант омега старательно рассказывал Старку. Впрочем, Питеру хватило того, что данный итальянский костюм был выполнен из самого дорогого материала под названием Vanquish II, но и помимо этого костюм был сшит исключительно вручную из нитей белого золота по передаваемой из поколения в поколение технологии. Но когда продавец, мило улыбнувшись, огласил полную стоимость выбранного предмета гардероба, Паркеру и вовсе захотелось как можно скорее сбежать, прихватив с собой под локоть упирающегося Тони. Но альфа, для приличия деловито улыбнувшись в ответ, лишь протянул банковскую карту, и ни один мускул не дрогнул на его лице от столь внушительной суммы. Хотя, пожалуй, для миллиардера такие траты были вполне обыденными, а может и вовсе незначительными, но вот подросток, смирно стоящий рядом в страхе хоть немного двинуться, был чуть ли не пунцовый.

Вообще, паучок совершенно не понимал, на каком уровне находятся их со Старком взаимоотношения. Редкие прикосновения его шероховатых от постоянной работы рук к нежной коже тела, к каштановым волосам и иногда даже к налитым алой кровью щекам вселяли призрачную надежду. Однажды, забывшись из-за очередного бокала виски, Тони провёл большим пальцем руки по пухлым манящим губам омеги, в желании попробовать мальчишку на вкус, услышать его тихие всхлипы и ощутить напор длинных пальцев, судорожно сжимающих дорогую ткань итальянской рубашки. Но всё в тот момент прекратилось так же стремительно быстро, как и началось. Питеру лишь оставалось смотреть вслед отдаляющейся от него фигуре, строя самые постыдные теории о том, куда же мужчина ушёл и что собирается делать. Парень ещё долго ощущал ласковое, почти невесомое прикосновение, в котором без труда читалось неумолимое на тот момент желание, и в нём, как казалось, можно было понять всё без единого слова.

Питер отчётливо знал лишь одно: его тело, вся его омежья сущность охотно реагировала на Тони, и чем ближе они находились друг к другу, тем сильнее подросток ощущал это каждой клеточкой своего тела. На его лице мгновенно выступал пурпурно-розовый румянец, когда альфа одаривал его самой обворожительной улыбкой, которую только знал этот мир. По его телу мгновенно проносилась волна постепенно нарастающего жара, когда Старк, будто невзначай, дотрагивался до оголённых участков его кожи. В паху начинало болезненно, но так сладостно тянуть, а смазки выделялось в несколько раз больше, когда альфа смотрел омеге прямо в тёмно-карамельные глаза, казалось, со всей страстью, которая только у него была. Питер был готов позорно кончить лишь от подобных манипуляций со стороны своего наставника, попутно закусив до крови пухлую губу, чтобы заглушить стоны постыдного удовольствия.

- Питер, дорогой, за тобой приехали, - оповестила тётя Мэй. Энтони сам изъявил желание заехать за паучком, потому как добираться до места проведения мероприятия на паутине или же в общественном транспорте было бы, мягко говоря, неловко и неподобающе для него (как считал сам Старк). – Боже мой, какой ты у меня красивый, тебе так идёт этот костюм! - Мэй была в своём репертуаре, и Питер лишь робко улыбнулся ей в ответ, крепко обняв на прощание.

Честно говоря, Паркер не понимал смысла своего нахождения на так называемом мероприятии. По факту же, это была очередная вечеринка в кругу богачей и популярных или медийных личностей со всевозможной выпивкой и различными закусками на любой вкус. Но Старк просто поставил подростка перед фактом: он обязан там быть и точка. Омеге оставалось лишь гадать, для чего его позвали, да ещё и в такой чуть ли не приказной форме. Конечно, иногда между ними заходил разговор о том, что если паучок настолько сильно желает официально стать Мстителем, что готов пойти почти на что угодно, то ему не мешало бы для начала ознакомиться со всеми прелестями яркой жизни всемирного героя. Но было ещё кое-что, волнующее Питера намного больше всего остального: Тони вполне ясно дал понять, что внутри стен здания, в которое они должны были направиться, подросток должен вести себя максимально сдержанно рядом с наставником, без проявления излишних эмоций. Тони должен был представить Питера как подающего большие надежды стажёра «Старк Индастриз», который в будущем внесёт свой неоценимый вклад в научное развитие страны, ни больше ни меньше. И как бы сильно омега не желал пройти в помещение с кучей влиятельных людей этого мира под руку с обходительным Старком, даже, возможно, одарив последнего парой кротких поцелуев, он этого сделать никак не мог.

Питер вышел из дома, ощущая всем телом приятную немного промозглую прохладу осенней ночи. Взгляд омеги моментально упёрся в глянцевую серебристую Lamborghini Reventon, стоящую неподалёку на аварийных огнях биксеноновой* оптики, красиво отблёскивающих от угловатого корпуса автомобиля. Паркер, не особо увлекающийся новомодными моделями, сразу выделил поразительную схожесть с самолётом-истребителем из каких-нибудь «Звёздных войн», от чего захватило бы дух у любого мальчишки его возраста – не важно, альфа ты или омега. Угловатый стайлинг с чёткими линиями корпуса Reventon-а привёл бы любого эстета или ярого любителя искусства в неописуемый восторг, чего стоят лишь одни колёса, покрытые чёрной краской, с разной шириной резины, придающей автомобилю вид для драг-рейсинга. Lamborghini смотрелась между невысоких обычных домов Куинса так же нелепо и неуместно, как подросток совсем недавно в собственной комнате, от чего на губах тут же появилась лёгкая ироничная улыбка.

- Добрый вечер, мистер Старк, – паучок предельно аккуратно, чтобы хоть что-то ненароком не задеть и не поцарапать, уместился на слегка прохладное сиденье из премиум-кожи, попутно заинтересованно рассматривая внутреннее наполнение и отделку авто. В салоне пахло новой кожей и умопомрачительным одеколоном альфы, в котором Питер услышал отчётливые нотки петитгрейна**, мускатного ореха и лайма, от сочетания которых слегка кружилась голова. Было довольно сложно распознать сам феромон мужчины, хотя Паркер никогда его отчётливо и не слышал.

Но, как бы омега ни старался, его изучающий взгляд в конечном итоге переместился с приборной панели на самого владельца настоящего произведения искусства, в котором сейчас и находился парень. Тони сидел за рулём, приветливо улыбаясь омеге, хотя в этой простой мимике читалось что-то ещё, что для подростка и по сей день оставалось величайшей тайной. Альфа был как всегда неотразим: короткие тёмно-каштановые волосы были слегка небрежно уложены, его изюминка - своеобразно выбритая борода - была просто идеальна, а сероватый костюм с редкими вкраплениями чёрного, приятно гармонирующий с цветовой гаммой салона автомобиля, сидел точно по атлетичной фигуре.

- Великолепно выглядишь, малыш, - у омеги внутри всё сжалось, казалось, с каждым ударом сердце начинало биться всё чаще и чаще, разгоняя кровь с удвоенной скоростью прямо к зардевшимся щекам. Сегодня Питер первый раз в жизни попробовал блокираторы, о которых вычитал не так давно под влиянием СМИ, чтобы притупить собственный запах. Подросток не хотел выглядеть глупо на вечере, поэтому поступил столь опрометчиво, даже не прочитав прилагаемую к лекарственному средству инструкцию. А прочитать её стоило, ведь никто никогда не был застрахован от возможных побочных действий. Он просто высыпал себе в ладонь горсть идеально белых таблеток и тут же засунул их в рот, запив предварительно налитой в стеклянный стакан водой.

- Спасибо, Мистер Старк, это ведь вы выбирали костюм. И, эм, вы тоже выглядите очень круто! – паучок отвёл взгляд, увидев задорную ухмылку на расслабленном лице. - А где Хэппи, разве он не должен был отвезти вас? – Омега чувствовал себя неловко от смороженной невпопад глупости: «Вы выглядите очень круто!», есть же куча куда более подходящих ситуации слов. Вот кем надо быть, чтобы ляпнуть такое? Правильно, Питером Паркером! А заданный, между делом, омегой вопрос, был весьма уместен, так как в комплектацию автомобиля входили только два сиденья: пассажирское и водительское.

- Хэппи я милостиво дал сегодня выходной, - альфа на долю секунды замолчал, будто задумавшись, пристально взглянув на своего собеседника, - да и должен же я сам хоть иногда выгуливать своих деток. - Мужчина лёгким, ненавязчивым движением провёл рукой по чёрной коже руля с коричневыми вставками алькантары***. - Если ты беспокоишься о последующем возвращении домой, то можешь даже и не думать волноваться, я тебя отвезу, не сам, конечно, но под неусыпным надзором Пятницы. Всё же, я собираюсь выпить, - проговорил мужчина и завёл мотор, от чего по спине омеги пробежали тысячи мурашек. Звук ревущего двигателя Lamborghini ласкал слух своей плавностью и дерзким напором, в точности отражая характер своего обладателя.

Паркер мечтательно наблюдал за быстро проносящимися огнями ночного Нью-Йорка, попутно прокручивая в голове своё поведение на предстоящем мероприятии. Возможно, там даже будут толпы репортёров с яркими вспышками профессиональных камер, которые обязательно захотят посмотреть на того уникального человека, которого приведёт с собой сам Железный человек.

- Ты чем-то пользовался? Я имею ввиду одеколон или что-то подобное, не сильно разбираюсь в парфюмерии омег, - на отрицательный короткий ответ парня миллиардер лишь немного нахмурился, оставив Питера пребывать в полном непонимании заданного вопроса. - Послушай, Питер, я хочу, чтобы ты чувствовал себя в толпе совершенно незнакомых тебе людей максимально комфортно и, насколько это позволено, раскованно. Я буду недалеко от тебя, но ты же понимаешь, что находиться весь вечер рядом с тобой физически не смогу, слишком уж много тех, с кем меня обязывает общаться статус. Хотя, когда это меня кто-то к чему-либо обязывал? – С неприкрытым задором проговорил альфа, на несколько секунд оторвавшись от дороги, чтобы взглянуть на омегу.

- Конечно, мистер Старк, я прекрасно всё понимаю, не буду мешаться и постараюсь изо всех сил, - радостно ответил Паркер, хотя на душе явно скребли кошки.

- Вот такой ответ я и ожидал услышать. Помнишь, я как-то сказал, что хочу, чтобы ты был лучше меня? Конечно, обстоятельства тогда были малоприятные, но суть сейчас не в этом. Так вот, будь лучше, чем я, малыш, у тебя большой потенциал.

- Мистер Старк, для меня всё равно нет никого лучше вас, вы ведь знаете, - иногда подросток сам удивлялся собственной смелости и редкому напору при беседе со Старком, и сейчас был именно тот исключительный случай. Почему-то в данную секунду Питеру захотелось развеять эти грустные нотки в его хрипловатом голосе, ведь он знал, что альфу гложут полные самокритики мысли, хотя в этом он, порой, даже не признавался самому себе. Хотелось взять лицо мужчины в свои холодные ладони, ощутив на коже покалывающую щетину, вжаться губами в чужие, такие горячие и желанные, и сказать, что лучше Энтони Старка нет никого на этом свете. Нет никого лучше для Питера Паркера, и он принимает альфу таким, какой он есть, со всеми его идеальными недостатками.

- Ты льстишь мне, паучок, - усмехнулся миллиардер, а омега и не заметил, как они подъехали к высотному зданию, озарённому яркими светло-жёлтыми огнями.

***

Худшие предположения Питера насчёт репортёров не оправдались: последних не было вообще. Как понял подросток, из разговора со своим наставником, - эта вечеринка входит в разряд закрытых, куда приглашается только узкий круг весьма влиятельных в обществе лиц. Всё же, Старку не отшибло последние мозги, чтобы представлять Паркера перед всем миром во всей красе, нет. Он лишь хотел влить его в незнакомую среду и, впоследствии, посмотреть на реакцию, чтобы знать, в каком направлении двигаться в будущем. Но вот сам омега разволновался не на шутку, отсутствие вспышек камер и неприятного шума мало его утешили, а то, что он должен будет провести этот вечер в возможном одиночестве, и вовсе расстраивало. Да и в придачу ко всему вышеперечисленному, альфа запретил ему приближаться к алкоголю, аргументируя это тем, что не дорос, мол, ещё Питер для подобных удовольствий, а потом привычно съехал с темы под грозные (насколько это возможно) и одновременно милые ворчания омеги.

Мероприятие проходило на 23 этаже высотки, откуда открывался великолепный вид на ночной, никогда не засыпающий Нью-Йорк, которым Питер не уставал любоваться, пока они поднимались на стеклянном лифте до нужного этажа. Помещение, открывшееся перед омегой и его наставником, было всё залито приглушённым синеватым светом, плавно переходящим в фиолетовые тона, от чего казалось, будто это не делового рода мероприятие, а хорошо замаскированный бордель. Хотя, впрочем, света было предостаточно, чтобы рассмотреть всех находящихся неподалёку людей: одетых в роскошные вычурные костюмы, подчёркивающие все без исключения аппетитные места, омег и альф, давая даже неопытному взгляду понять, что перед ним стоит самый настоящий толстосум. Хотя и эти самые толстосумы предпочитали называть себя «влиятельными людьми мира сего с самыми благими намерениями», но со стороны это выглядело больше глупо, чем хотя бы чуточку правдиво. Столы просто ломились от закусок, названий некоторых омега даже и не знал, боясь ляпнуть какую-нибудь очередную чушь, и просто шёл следом за Старком, который держал в своей тёплой руке подрагивающую руку Питера. От подобного действия становилось чуточку спокойнее.

Честно говоря, Паркер думал, что сгорит на том самом месте, на котором стоял, словно вкопанный, под испепеляющими взглядами оценивающих его омег и надменных альф. Последние же смотрели на подростка не как на делающего большие успехи в сфере науки парня, а как на добычу, в которую хочется немедленно вцепиться клыками до выступающих багровых капель. Сказать, что омеге было неуютно – не сказать ничего, а когда Тони и вовсе скрылся во что-то активно обсуждающей толпе, так и совсем сник, выбрав на ближайшие несколько часов наиболее неприметный для посторонних глаз угол. Он прекрасно видел недовольные, скорченные лица всех присутствующих омег, когда сам миллиардер с гордостью и чем-то ещё, скрытым в карамельных поблёскивающих глазах, представлял Питера Паркера, не отказывая себе в частых, будто случайных, прикосновениях. Только вот подросток знал, что Тони не нравятся такие омеги, которых было в данном помещении в избытке, он горько улыбнулся своим мыслям. Да откуда Питеру знать, кто вообще нравится самому Железному человеку, что он знает о всемирно популярном плейбое, в постели которого побывал не один омега модельной внешности? А Питер просто дружелюбный сосед, который тайком от тёти летает по Куинсу на паутине и ходит каждый день в самую обычную школу, за исключением, конечно, выходных. Слишком грустно было всё это осознавать, но такова реальность, таков мир.

- Прости, ты ведь Питер? – совсем близко послышался мелодичный баритон, и Питер, прекратив увлекательное рассматривание узоров на тёмном мраморном полу, приподнял голову на собеседника. Перед ним стоял статный мужчина в чёрном приталенном костюме, из-под пиджака которого выглядывала белоснежная ткань атласной рубашки. Костюм безумно ему шёл, подчёркивая широкую линию плеч, гармонирующую с узкой в меру талией, и рельефные руки, мускулатура которых была отчётливо видна даже через плотную ткань пиджака. Его чёрные, как крыло смоляного ворона, волосы были немного растрёпаны, но это нисколько не портило общую картину, а глаза, цвета ясного летнего неба, изучающе осматривали омегу, из-за чего становилось немного неловко. Судя по запаху, от которого начинали слегка подкашиваться коленки, а разум стремилась накрыть дымчатая пелена, перед ним стоял весьма властный альфа, который умел и активно пользовался своими феромонами. Но, к удивлению, Паркер не отметил в его запахе какой-нибудь необычной будоражащей нотки, всё было вполне обычно: ирис с ноткой ванили. Сладко. Приторно сладко.

- Да, а вы…

- Эрик Форс, рад знакомству со столь выдающимся омегой, - альфа весьма галантно взял небольшую, по сравнению с его собственной, ладонь парня и поцеловал тыльную сторону, бросив пронзительный взгляд прямо в расширенные в неприкрытом удивлении глаза парня.

Питер судорожно одёрнул руку из чужой излишне настойчивой хватки, прислонив её к груди и смотря куда угодно, лишь бы не на человека напротив. Омега стоял в полном замешательстве, каждая мышца его тела словно оцепенела, кроме глаз, которые нервно осматривали помещение в поисках предмета, за который можно было бы зацепить взгляд.

- Ты знаешь, что твой прекрасный запах витает буквально по всему помещению? Так трудно устоять, - альфа приблизился почти вплотную к Паркеру, зажав последнего между своих рук, расставленных по обе стороны узких плеч, а омеге только и оставалось, что сильнее вжаться в холодную поверхность стены. – И почему же такой милый омега тоскует тут в одиночестве, м? – Тихо прошептал Эрик в самое ухо парня, обдав его жаром, прикусив чувствительную мочку. С губ подростка сорвался едва слышный хриплый стон. После укуса паука некоторые части тела приобрели удивительную чувствительность, которая порой до ужаса мешала и усложняла и без того неловкие ситуации, как, например, эта. – Такой отзывчивый. Знаешь, ты ведь можешь быть не один…

Рука мужчины властно переместилась на шею подростка, резким и слегка болезненным движением заставив того посмотреть прямо в голубые глаза. Но результат оказался неутешительным для альфы: в помутневших карих глазах он смог прочитать лишь стойкое презрение и ни единого намёка на страх, хотя можно было разглядеть неясный блеск скрытого желания.

- Я не один, - тихо прошипел омега, всем своим видом стараясь показать, что не боится этого огромного медведя и в любом случае будет готов дать отпор, как бы тщетно это ни было. Но, по всей видимости, холодный тон подростка лишь только раззадорил мужчину ещё больше, и он принялся впиваться жадными поцелуями в тонкую бледную шею, оставляя алые следы, невзирая на слишком сильные для омеги толчки в грудь. Что бы ни случилось, Питер дал себе слово: он не заплачет, не даст этому напыщенному придурку взять над собой верх, или он не герой, а герои не поддаются нападкам злодеев.

- Какие-то проблемы? – в нос ударил резкий, но такой знакомый запах, у Паркера не было никаких сомнений – это был Тони. Почему-то сейчас его запах был весьма отчётлив на фоне чужого, он был, одновременно, и сложным, и простым. Омега выделял в нём стойкий аромат пачули, отдающий энергией закатного солнца, такой же тяжёлой, но защищающей, таинственной. А также выбивалась немного несвойственная нотка свежеизмельчённой пряной корицы, которую Питер так любил в выпечке тётушки. Этот запах завораживал, будто укутывая в пуховое лёгкое одеяло, но настойчиво не выпускал из своих пленительных объятий, заставляя наслаждаться им всё больше с каждым новым вдохом.