- Зачем она это сделала?
- Панночка? Так из-за наследства же, из-за земли окрестной. Когда ее отец пропал, она все и получила, только впрок оно ей не пошло. Сначала мировая война, потом революция, потом гражданская… Всего лишилась и сама сгинула. Местный совхоз, считай, на этих землях и помещается. А этот, серый, отсюда не уходит. Он все-таки поумнее обычного зверя и помнит, что здесь хозяином был когда-то.
- Грустная история.
- Это точно, - Лесь кивнул. - Когда жадность человека борет - это всегда грустно. Ты вроде яйца зажарить хотела? Забыла?
- Ой!
Глава третья
Утром Ирину, спавшую в маленькой комнате, разбудили голоса за дверями. Она выглянула в окно. Лесь о чем-то говорил с полным, усатым мужчиной. Потом гость сел в стоящий за забором “козлик”, завел мотор и уехал. Лесь вернулся в дом, сразу пошел к печи и вытащил из под нее два небольших горшка. Сказал ей:
- Пойдем, поглядишь.
И вышел. Ирина вышла за ним.
- Приезжал председатель, жаловался, что засуха идет. Помочь просил. Иван ему рассказал, что я приехал.
- Вы и это можете?
- Это как раз самое простое. Любая деревенская ворожея справится, если знает, как. Сложнее в меру все сделать, чтобы дожди не лили потом пару месяцев. И надо помнить, что из ничего дождь не возьмется. Если где-то ливень, то в другом месте будет сухо. Здесь тоже своя мера нужна. Гляди теперь!
Он зачерпнул из бочки немного стоялой, зазеленевшей уже дождевой воды. Сложил горшки вместе, устьями один к другому. Потряс их и резко развел руки в стороны. Вода веером разлетелась в стороны.
- Вот и все. Теперь подождать.
Мимоходом он толкнул полную зазеленелой воды бочку. Та упала. Вода выплеснулась на двор. Лесь снова поднял ее и поставил под водосток. Вдалеке лениво, будто нехотя громыхнул гром. Ветер, и до того еле ощущавшийся, совсем стих и над землей разлилась жаркая духота.
- Вот так хорошо… Править не нужно. Главное: аккуратно все делать и тогда оно к добру будет.
Над их головами с криком пронеслась ласточка, за ней еще одна. Лесь проводил их взглядом, повернулся и ушел в дом. Ирина смотрела, как далеко на юге небо постепенно заволакивается тучами.
У нее было странное ощущение того, что кто-то смотрит на нее. Безразлично, даже и не замечая почти, как она бы не заметила песчинку в горсти родниковой воды. Ну лежит, так и пусть себе лежит. Пить-то хочется. И в то же время ее явно заметили и сделали отметку на память: вот, мол, есть такая, стоит во дворе босиком и надо учитывать ее наличие. Она села на лавку, привалилась спиной к бревенчатой стене и закрыла глаза, слушая тишину. Мир медленно вращался вокруг нее, в нем что-то менялось и тихо гудела огромная, невидимая струна. Потом это гудение превратилось в шум мотора и она открыла глаза.
…
Знакомая “Нива” тормознула у забора. Иван и еще один молодой парень выскочили из нее. Второй начал возиться с другой стороны машины, а Иван подбежал к ней. Спросил:
- Где Лесь?
- В доме, - ответила она. - Что случилось?
- Да свояченица у брата рожать вдруг надумала. Ей рано еще, восьмой месяц, а тут пошла к матери, да и споткнулась на тропке, упала. Хорошо, Петр оттуда же шел. Услышал, как стонет. Он ее успокоил, да ко мне и побежал. Я - за руль. Насилу там проехал через овраги. Лесь, поможешь?
Тот уже вышел и слушал, стоя в дверях. покачал головой.
- Не проси. Не сумею. Ребенка могу испортить и ей плохо будет. Сама должна справиться.
- Да как так-то?.. - Иван всплеснул руками.
- Мне ее трогать нельзя. Будет хуже.
- В город везти - не довезем. Она ведь полдня уже мучается.
Лесь молчал. Ирина посмотрела на его хмурое лицо и решилась:
- Воду нагрейте.