— А она, каждый раз услышав это, целовала меня.
— Почему вы расстались?
— Иногда меня слишком много, как оказалось. Она не могла дышать. Но дело даже не в этом. Вместо того, чтобы разорвать отношения по-человечески, она изменила с администратором из соседнего магазина.
— Дура она, конечно. Чего ты так загадочно улыбаешься?
— Столько мы правил нарушили с ней. Неоднократно были на грани, чтобы попасться с поличным. Она, та ещё экстремалка, была во всяком случае. Но каждое её прикосновение, поцелуй, стоили хождениям по лезвию ножа. До сих пор, вспоминая, меня бросает в жар.
— Не удивлена, я бы тоже нарушила правила с тобой, — проговорила Энни и, вставая, нависла надо мной. — У тебя красивая улыбка. И очень привлекательные губы.
— Так, может, поцелуешь? — отставив бутылку, предложила я. Энни чуть нагнулась, и её губы накрыли мои, мягкий язычок прошёлся по верхней губе и скользнул внутрь, встретившись с моим. От поцелуя не подкашивались ноги, но тело тут же среагировало, и мои руки притянули Энни ближе, пройдясь по ткани футболки.
— Хотелось бы мне, чтобы вечер закончился в постели, но что-то мне подсказывает, что нам надо остановиться на поцелуе. Так правильно, — остановив руки в области моей груди, прошептала Энни. — Есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться.
— Что может быть лучше секса? — не убирая руки с талии Энни, спросила я. — То есть, шалить не будем?
— Не-а, — произнесла Энни, улыбаясь в ответ.
— Крепкий орешек, — поднимая руки с талии Энни и двигая их к груди, проговорила я.
— Если ты проведёшь ещё раз, то орешек расколется, — прохрипела подруга. — И ты не узнаешь о предложении.
— Сдаюсь. Любопытство победило, выкладывай, — подняв руки вверх, произнесла я.
— Говорят ли тебе что-то три слова: Sega Mega Drave?
— Шутишь? Только не говори, что у тебя есть рабочая приставка и игрушки к ней? — с горящими глазами спросила я. Когда-то нас за уши было не оттащить от этой приставки. Раритет. — Боюсь вспомнить, сколько лет я не играла.
— Ну, если быть честной, я играла в прошлые выходные, со своей почти девушкой.
— Девушкой? Поподробнее, пожалуйста, — заинтересованно спросила я. — Ты умело уходила от темы отношений.
— Я никому не рассказываю о ней, но тебе, доверюсь. Та, кого я люблю, замужем, а я не могу сопротивляться её чарам или не хочу, вот уже пять лет. Возможно, ты станешь осуждать меня, но я радуюсь тем редким встречам с ней.
— Не стану. Все мы не идеальны. Но я бы не смогла делить любимую с кем-то ещё.
— И я не могу, но как только она появляется, я прощаю ей всё. Каждый раз наивно надеясь, что она уйдёт от мужа.
— У тебя такой раритет, а она вернулась к мужу? Ненормальная! Я ж у тебя на все выходные застряну, — вполне серьёзно сказала я. — Помнится, мы с подругой резались в «Мортал Комбат» и «Черепашек Ниндзя». Есть такие?
— Обижаешь, конечно есть! — Энни нажала на кнопку, и стена стала подниматься, открывая большую плазму. Она достала приставку из шкафа, и мы удобно устроились с джойстиками в руках.
— С таким разрешением я точно не играла.
— Готовься к поражению, — по-детски подзадоривала Энни.
— Не рассчитывай, я когда-то очень неплохо играла.
— Лю Кан надерёт твоему Саб-Зиро его тощую задницу, — зло посмеявшись, произнесла Энни, явно войдя в роль, чем вызвала у меня приступ смеха.
— Посмотрим, он ещё не подводил меня.
До пяти утра мы резались в эту давно забытую игрушку, смеялись от души, комментируя тот или иной момент, пока организм не стал посылать сигналы, что пора спать. Играть с Энни было сложно, но мой навык не ушёл с годами, и, проиграв пять раундов, я выиграла последующие семь. А потом мы перестали считать, решив, что победила дружба. Включили «Черепашек Ниндзя», где мы были на одной стороне и, добравшись до Шреддера, спасли планету.
— Всё, спать, — повалив меня на диван, произнесла Энни.
— В одежде?