Старк опускается на колени второй раз за день, закрывает глаза ладонями, перебарывая дикое желание вовсе вырвать глаза, чтобы только эта боль прошла, чтобы не чувствовать её больше. Чертовы соулмейты, почему же именно Паркер, он же ещё совсем ребёнок?
Мужчина плачет, низко опустив голову, один, среди чужих машин, на парковке. И эти слёзы, кровавые, алые слезы, текут по лицу, по пальцам, пачкая белоснежную рубашку с идеально отглаженными манжетами.