— Не знаю как ты, — Вадим вновь склонился к Паше, — А я пошел к раздевалке!
— Пойдем, чего здесь сидеть. Медляки еще не скоро пойдут.
Медляками общепринято назывались медленные танцы. Обычно в программе дискотеки медляки шли не сразу. В первый час их почти совсем не было. Далее же они запускались все чаще и чаще, так что к последнему часу шли уже каждые десять — пятнадцать минут. Собственно говоря, именно медляки интересовали тех, кто пришел в клуб, чтобы пообщаться с девушками. Прикольно, конечно, скакать под разные шлягеры в компании нетрезвых однокурсников. Но гораздо приятнее пригласить на танец девушку, знакомую или незнакомую, ощутить ее близость, вдохнуть пьянящий аромат духов. А лучше всего, если это любимая, и тогда медленный танец часто превращается в затяжной поцелуй и опьяняет похлеще любого спиртного.
Спору нет, многие приходят сюда именно для того, чтобы в туалете выхлестать на троих — четверых бутылку водки, запивая ее водой из-под крана, после чего ирокезами отплясывать все танцы без разбора, а под занавес учинить еще и драку. Но Вадима и Пашу именно опьяняющее чувство близости женщин заставляло таскаться без конца на эти дискотеки весь первый и второй курсы, тратя на них всю скудную зарплату курсанта младшего курса. Зарплаты этой в ту пору хватало как раз на восемь дискотек.
Вадим увидел Ларису как только вышел из зала. Она уже сдала шубу в раздевалку и теперь оглядывалась, пытаясь найти его. Вадим рванулся к ней. Несколько сзади неторопливо шел Паша, желавший лишь поздороваться. Лариса, жизнерадостная хохотушка, повернулась к ним и обрадованно улыбнулась. Вадим с налета обнял ее и поцеловал, что Паша тактично пропустил, посмотрев в сторону.
— Привет! — сказал он, когда поцелуй завершился.
— Привет! — Лариса смущенно посмотрела на Вадима, — Набросился как сумасшедший…
— Я соскучился, — заявил Вадим.
— Я тоже, — ответила она.
— Ну что, — влез Паша, — Пойдем в зал или будем тут стоять?
— Пойдем, конечно. — Вадим взял Ларису за руку.
Начинался час пик. За те несколько минут, что друзья отсутствовали в зале, народу там изрядно прибавилось. Теперь уже пройти можно было только вдоль стены зала, по краю толпы, которая еще была довольно редкой, но постепенно становилась все плотнее и плотнее. Паша зорко оглядывался по сторонам, выискивая круг 43 курса. Круг обнаружился почти у самых колонок. Парни пока еще без особого энтузиазма двигались под музыку и оглядывались в поисках интересной пары. Но так себя вели не все. Часть курсантов уже была под хмельком, и эти в первую очередь почувствовали себя раскованными.
Веселье постепенно разгоралась. Впрочем, все это не почти не касалось Вадима и Ларисы. Они, отыскав свободное местечко на креслах, устроились рядом и погрузились в тихое созерцание друг друга, которое было тем полнее оттого, что разговаривать не было никакой возможности. Паша куда-то исчез.
Через некоторое время последовал, наконец, первый медляк. Танец властно закружил влюбленных и время словно бы остановилось. Вадим с томлением в душе чувствовал как округлое тело девушки прижимается к нему, вдыхал аромат ее волос, руки его охватывали талию Ларисы, а взгляд был устремлен на ее лицо. На ее карие глаза, чувственные, полные губы, которые чуть приоткрылись и влажно блестели, словно дразня. Вадим склонил голову и они слились в затяжном поцелуе, от которого сбивается дыхание и голова туманится как от вина… Нет, положительно, в этих дискотеках была своя волнующая романтика!
Вечер прошел замечательно. Случилась, правда, в зале небольшая драка. Однако патруль стремительно растащил дерущихся, так что многие этого даже не заметили. Кто-то напился и влип в историю. Кому-то стало плохо. Кому-то наоборот, слишком хорошо. Кто-то поссорился, а кто-то впервые признался друг другу в любви… Словом, все как обычно!
Вадим и Лариса вышли из зала лишь тогда, когда отзвучали последние аккорды последнего медляка, после чего традиционно загремела финальная песня из репертуара группы «Браво», которой всегда заканчивались дискотеки. В фойе уже толпился народ. Курсанты провожали девушек, которым надо было не только получить в раздевалке верхнюю одежду, но еще и переобуться. Все скамейки были заняты. Было шумно, раздавался смех и восклицания. Вадим оставил Ларису на попечение невесть откуда вынырнувшего Паши и отправился с ее номерком к раздевалке, где толпилась изрядная очередь. Стоя там, он неожиданно увидел, как чуть в стороне Леха Коншов, что-то торопливо и, судя по жестикуляции, горячо говорит симпатичной черноволосой девушке с короткой стрижкой. Вид у девушки был расстроенный, в глазах стояли слезы. С такого расстояния и в такой атмосфере услышать их было нельзя, но было понятно, что Леха пытается сказать что-то такое, что успокоило бы девушку. Правда, без особого успеха.
Тут Вадима невежливо толкнули в спину и он увидел, что подошла его очередь. Получив шубу Ларисы, он вышел из раздевалки и мгновенно забыл о Коншове. Минут через десять они с Пашей, проводив Ларису, двинулись в общагу. На улице задувал ледяной ветер и его порывы противно забирались в рукава кителей. В конце аллеи, ведущей к «Авиатору» стоял патруль и ждал тех, кто не выполнит по форме воинское приветствие.
Здесь была своя тонкость. Дело в том, что было официальное разрешение для всех курсантов следовать в клуб в парадной форме без головного убора. В таком случае традиционная форма приветствия — прикладывание руки к голове — в российской армии не применяется — на голове нет ни шапки, ни кепки, ни пилотки. Здесь существует особенный ритуал, о котором не все помнят.
Несколько неудачников уже стояли перед начальником патруля в очереди на запись. Вадим и Паша старательно повернули голову и, держа руки по швам как положено по уставу при отсутствии головного убора, протопали строевым шагом, поприветствовав офицера. Тот вяло махнул рукой, обозначая ответное приветствие. Видимо норма на сегодня у него была перевыполнена.
— Слушай, — Паша поежился от холода, — Видел сегодня Коншова в «Авиаторе».
— Ну и что такого? — пожал плечами Вадим.
— Да ничего. Просто он после того случая ни разу не ходил, а сегодня пришел. И был он знаешь с кем?
— С кем? — Вадим внезапно вспомнил черноволосую девушку в фойе клуба.
— С Ленкой! — выпалил Паша таким голосом, словно бы в его словах крылась немыслимая сенсация.
— С какой Ленкой? — Вадим этой сенсации не разглядел.
— Ты что, не знаешь ничего что ли? — Паша был несколько разочарован тем, что его слова не возымели ожидаемого эффекта.
— А что я должен знать?
— Вот ты, блин, со своей любовью от жизни отстал… — протянул Паша, — Короче говоря, она с Коншовым познакомилась и первое время с ним гуляла. А потом Мороз ее увидел, ну и перехватил. А Коншов остался не у дел. А теперь видишь, только Мороз разбился, как Коншов уже тут как тут. Выгодно использовал обстоятельства.
— Мороз что, отбил ее что ли?
— Конечно.